Василий Васильевич Чибисов – Либидо с кукушкой (страница 60)
Мы, живущие здесь и сейчас, никогда не почувствуем разницы между двумя сценариями. Была ли материя первична? Или ее сотворил абсолютный дух? Или этот дух сам есть результат
Не разорвать этот круг! Не найти в нем начальной сингулярной точки!
Поэтому мы предлагаем объявить первичным само круговое движение. Между абсолютной материей и абсолютным сознанием – бездна времени. Развитие происходит во времени. Круг, пронзенный стрелой времени, обращается в бесконечную спираль.
Итак, что же является философской субстанцией? Что первично? Материя или сознание?
Ни то, ни другое.
Время – это субстанция.
Время первично.
Momenta cuncta novantur
Группа интересов, если хочет выжить, не тратит время на абстрактные вопросы. Ее единственный вопрос – как? Предельная конкретика. Как развиваться? Как защищаться и нападать? Как выстраивать отношения с другими группами интересов? Как не быть съеденным? Как мочить конкурентов?
Химеры совести, жалости к слабым и страха перед общественным мнением – деструктивные мифы, негативные факторы вашего развития. Большинство групп интересов боятся бороться с химерами и остаются в истории как бессильные красивомученики, столь популярные у неудачников и пацифистов. Полноценное и стремительное развитие гарантировано лишь тем, кто сбросил всякого рода этический и психологический балласт. Это относится в равной мере к ученым, финансистам, политикам, силовикам…
Успешная группа интересов строит свою внутреннюю идеологию на фундаменте метода, отвечая на вопрос «как?». Такой подход наиболее пригоден не просто для выживания группы, но и для становления ее в качестве центра активности, для наращивания влияния. В пределе группа стремится к тому, чтобы стать центром сложной социальной сети, контролировать потоки ресурсов, информации и кадров. Управлять коллективным психическим временем. Это не жажда власти, а логический итог развития.
Над самой парадигмой свободного развития сгущаются тучи. Скоро нас могут лишить права бороться за власть. Конкурентную борьбу уже поливают дегтем народного осуждения. Теория Эволюции, глубоко противная клерикалам и гуманистам, вытесняется из школ.
Власть пытаются захватить (а кое-где уже захватили) враги, которым противен прогресс как таковой. Они пытаются повернуть время вспять, лишить нас единой темпоральной сети. Они органически не способны к конкурентной борьбе, ибо живут в позавчерашнем веке и безнадежно отстали от новейших методов и технологий. Вместо того чтобы учиться и наверстывать упущенное, они разрушают святыни прогресса, запрещают новую науку, выдавливают из экономики самых смелых и успешных.
Глобально проиграв, враги пытаются локально нагадить на заднем дворе чертогов Эволюции. Враги молятся на светлый, незамутненный мыслями лик олигофренов. Враги защищают террористов и насильников. Враги отнимают деньги у успешных и умных, чтобы накормить – нет, даже не бедных, – ущербных и неполноценных. Враги, которых наша цивилизация должна победить – или погибнуть!
Мы расчистим заторы, сложенные врагами на пути потока времени. Время течет, ускоряясь. Горе тем, кто плетется в хвосте. Горе тем, кто кусает историю за хвост. Горе тем, кто пытается балластом повиснуть на хвосте развития.
Мы ставим жирную точку в сказке про толерантность и равные права. Довольно! Решающий голос принадлежит успешным, умным, сознательным гражданам. Вам, оседлавшим гребень теморальной волны. Правозащитный сброд, стоящий на пути прогрессивных групп, будет сметен!
Наши враги опираются на худших из худших, на ленивую тупую массу. Сперва они развращают толпу мечтами об уравниловке, о расправе над успешными, о тотальном разграблении. Фантазии быдла возводятся в ранг политической программы. Голос народного разума (и без того похожий на невнятное бормотание) стихает. Народ превращается в толпу и идет свергать… Кого? Царя? Вождя? Элиту? Нет. Нацию! Народ, управляемый врагами развития, не восстает против власти. Он стремится разрушить Нацию. Ту самую конкурентную среду, насыщенную законами, структурированную культурой, связанную языком и дискурсом. Народ мечтает напиться вашей крови!
Нация есть сложная сеть групп интересов, объединенных общим чувством ускоряющегося времени. Как целое, Нация сама является группой интересов, актором на геополитическом поле. Именно вы и только вы – успешные, мыслящие, волевые, созидающие – образуете Нацию. Если вас доведут до ручки и выдавят из страны, сама страна исчезнет. Будет территория, населенная стадами проспиртованных зомби.
Наши враги мечтают сделать из нашей страны именно такую территорию. По всему миру они стирают границы, подавляют национальное самосознание, воздвигают глобальный евросовок, гулаг и халифат. И помогает им в этом так называемый народ! Отупевший, ленивый, жадный до халявы, ненавидящий умных и успешных. Народ – враг Нации. Народ, почувствовав себя
Не мы придумали наш основной лозунг: за Нацию, против народа! Сама история произносит его нашими устами! Мы так охотно пожинали и пожинаем плоды прогресса. Разве можем мы не откликнуться на его зов? На крик Нации о помощи? Разве сдадим без боя наше жизненное пространство, наши методы, нашу среду развития? За нами стоят наши семьи, наши друзья и коллеги, наши сограждане, наша история, наша культура! За нами – цивилизация.
И мы, воины прогресса и защитники цивилизации, сомкнем ритуальный круг и высвободим энергию Хроноса, пришпорим четырех скакунов времени, опутаем врага сетью тайных организаций и повторим подвиг Геракла. Мы победим гидру мракобесия, деградации, исламизма и левачества. Отрубим ей все головы, прижжем раны, завалим конвульсирующее тело камнями и проследим, чтобы очередные правозащитники и популисты не разобрали завал.
Stare putes, adeo procedunt tempora tarde
Острее всего темпоральные противоречия проявляются в науке.
Доказывая свою актуальность, научное ядро запускает свои щупальца во все сферы жизни, лезет в глубь тайн вселенной, тянется к вершинам. Научные щупальца усеяны присосками – научными моделями и концептами.
Если вы исследуете сложный предмет (например, психику), то даже самая простая модель недолго останется простой. Она быстро породит эвристическую иерархию, разрастется, начнет ветвиться, обзаведется частными и предельными случаями. Чем дальше, тем больше модель привлекает ресурсов. Особенно если модель оказалась перспективной.
Так произошло, например, с калибровочной теорией и физикой бозонов: всем хочется проверить суперсимметричную модель. Поэтому вслед за одним коллайдером строят другой, третий, замкнутый, линейный, фотонный, электрон-позитронный…
И какой бы совершенной ни была модель, как бы точно она ни описывала изучаемый объект, – всегда найдется кто-нибудь, кто скажет: «А что будет, если вот тут буковку добавить и минус поставить?». И подхватят, и кинутся проверять, и перессорятся, и насоздадут научных сект, и грантов насосутся – и это прекрасно, это признак бурного развития науки! Великий физик, Нобелевский лауреат Ричард Фейнман высказался по поводу добавления буковок: «Искусство науки состоит не в том, чтобы решать уравнения, а в том, чтобы получать ответ, вообще не решая уравнений».
Современные естественно-технические науки постепенно приближаются к этому золотому стандарту. Модели достраиваются и разрастаются сами по себе,
Но их главный ресурс – время – жестко лимитирован!
Многие ученые готовы трудиться бесплатно, но они физически смертны. Это порождает проблему подготовки преемника, что опять же ведет к темпоральным затратам. Плохие ученики долго тупят. Хорошие – слишком быстро схватывают суть проблемы и пытаются убить наставника (в методологическом смысле).
Еще замечено, что периодически появляется волна научных публикаций, в которых заново «открываются» уже известные вещи. Это не плагиат, не злой умысел, не лень, а издержки высокой плотности дискурса. Даже в самой узкой специализации невозможно прочитать весь бэграунд, поэтому проще потратить время и «открыть» что-то заново, чем «лопатить» чужие публикации.
Беспощадное время заземляет ученых, заставляет их фиксировать промежуточные достижения в форме монографий, выступлений и экспериментальных прототипов. Помеха на пути к вершинам чистого познания? Отнюдь. Необходимое неудобство.
Нависшая над нами тень Хроноса – гарант развития, стимул, соавтор. Настоящий ученый не конкурирует с другими учеными. Он соревнуется с самим временем. Как и любой настоящий политик, промышленник, военный, психоаналитик, философ, художник.
Осознание собственной смертности – лучшее лекарство от лени. Бессмертный гений никогда не совершит больше одного крупного открытия. Первый (и последний) премиальный гонорар он потратит на строительство башни из слоновой кости. И запрется там с группой избранных, чтобы вечно играть в бисер, упиваясь потоком озарений и не утруждая себя их фиксацией, расшифровкой, аргументацией.