Василий Стеклов – Покаяние Дисмаса (страница 4)
Тут заговорил Степан:
– Да, я, когда в ВДВ служил, так к нам в часть поступило трое духов из Москвы. Вот мы их там… – здесь Степан произнес непечатное слово, имеющее значение “сильно били”. – Все полгода до моего дембеля (непечатное слово), они командиру роты жаловаться пытались, в комитеты солдатских матерей и так далее, один даже повеситься хотел, но всем похер было. Москвичей нигде не любят.
Тут в разговор влез Павел:
– Да лохи они все там! В натуре, лохи! Я туда ездил с пацанами два года тому. Вот мы потрясли их хорошо тогда. Сначала с бригадой кидали фраеров на деньги. Для ремонта они нас нанимали, значит, а мы деньги на стройматериалы возьмем, по ушам проедем, некоторые лохи еще и аванс давали. Ну а мы ноги в руки и вперед! Они потом названивать пытаются, сообщения пишут: “Ребята, ну вы что! Верните деньги! Так нельзя!”
И Павел довольно загоготал. Окружающие одобрительно закивали, Павел, любивший внимание, вдохновился еще больше.
– Одну чику мы так кинули. Красивая была, сучка: сиськи – такие! Ноги – от ушей! Стройная, симпотная вообще, как модель, и денег до хрена. Я ее еще и трахал между делом. Деньги мы с нее на материалы взяли, и еще половину суммы за работу авансом, и ауфидерзейн! Так она потом мне писала: “Паша, ну зачем ты так! Ну вернитесь, пожалуйста! Я еще добавлю денег, если было мало, закончите работу!” – и он загоготал снова.
Среди местной мужской публики подобные подвиги безоговорочно одобрялись, поэтому даже женатые мужики радостно осклабились, услышав такую историю. Женщины немного смутились, некоторые даже покривились, но потом рассудили, что в Москве живут одни проститутки, так что ничего в таком поступке зазорного нет. Павел же вдохновился еще сильнее:
– А еще мы с двумя пацанами, грузином и дагестанцем, щемили студентов в одном московском институте. На дискотеку зайдем, зацепимся с каким-нибудь лошком, так он потом отдавал нам всю стипендию, или дорогой смартфон отжимали. Студенток самых сочных цепляли, я отвечаю – всех там перетрахали! Как-то раз зашли мы в студенческую общагу, ввалились к одному лошку в комнату, а он там со своей телкой сидел, шуры-муры, любовь, все дела. Ну мы его грузить: ты, мол, нам должен, а он потерялся, очканул, телка его тоже. В итоге мы деньги с него взяли и втроем отдрючили его телку! Один дрючит телочку, а двое этого лошка держат. А он плачет, весь в соплях: “Не надо! Это моя девушка! Я ее люблю!”
И Павел опять загоготал. Мужики все еще улыбались и кивали, повинуясь негласно принятому в таких компаниях кодексу кобелиной солидарности, но уже без прежнего сочувствия и немного смущенно. Женщины на этот раз были решительно недовольны и даже начали отходить от коллектива, увлекая за собой мужей.
Тут цыган Рома решил тоже вставить свою копеечку в копилку нелюбви к москвичам:
– Брат у меня троюродный в Москве живет, в Выхино, так он там тоже развернул бизнес. Ходили одно время, выискивали одиноких пенсионеров или из студентов местных, кто один живет. Пойдут на улице, попросят помощи или погадать руку возьмут. Ну а потом – раз и всю квартиру обчистят или деньги из банка все снимут. А эти москвичи сами все отдают и не пикнут. Потом очухаются, а уже все, ищи ветра в поле! Несколько раз так вот даже квартиры отбирали у московских!
И Рома, радостно улыбаясь, поглядел на собравшихся, ожидая эффекта от рассказа. Публика смутилась еще больше, при всей внешней дружелюбности их отношений с Ромой, цыган тут многие знали с этой их плохой стороны и решительно не одобряли подобные проделки. Рома сам почувствовал, что ляпнул лишнего, и поспешно замолчал, хотя явно собирался рассказать еще много подобных историй.
Повисшую неловкую паузу нарушил Степан:
– А все же правильно, москвичей этих надо гасить! Помню, когда Евгений Викторович пошел на Москву, вот они там пересрались! – и Степан радостно захохотал, почти как Павел.
Публика снова оживилась и принялась радостно поддакивать.
– Да!
– Верно!
– Евгений Викторович – мужик!
– Эх, мне вот лет уже много, – сокрушенно начал Валерий Иванович, – но если бы еще раз подвернулась такая возможность, то я бы бросил все и пошел к Евгению Викторовичу. Дали бы автомат или поставили кашу варить – неважно. Я всем этим олигархам и жулью всякому не верю, сейчас даже коммунисты уже не те пошли, в партию буржуев принимают за деньги, вырожденцы горбачевские. А ему верю! Настоящий патриот! За народ, против олигархов, что обворовали страну! Такие раньше только при товарище Сталине были.
– Да-да, – закивала собачница, – хороший мужик, сразу видно. А Москву эту давно надо бы проучить, да все некому было. Вот хоть один нашелся человек, дай бог ему здоровья!
– Жалко только не дошел до Москвы, не дали ему, – сказал один из мужиков, в растянутых спортивных штанах и майке, из-под которой выпирало пивное пузо. – А если бы дошел, то показал бы там всем кузькину мать!
– А москвичи-то ломанулись тогда из города, как крысы с корабля! – закивал Роман, усмехаясь.
– Да, суки, почуяли, что жаренным запахло, что сейчас конец их жирной жизни придет! – сказал Степан и радостно заржал.
– Эх, жаль, не дали Евгению Викторовичу дойти, – сказал один из семейных, жена которого в этом момент отошла к детской площадке. – А то мы с мужиками уже готовы были помочь, подошли бы к Москве с другой стороны, и тогда ни одна московская гнида не сбежала бы!
– Да! Верно!
– Так их и надо!
– Пидары там одни!
– Точно! – закивала Марина. – Сколько раз уже хотели свои парады в Москве провести! Хорошо, что президент не позволил.
– Да-да, у меня друг в Москве в ОМОНе служит, так он говорит, постоянно гоняют там этих пидаров, – злобно говорил мужик с пивным пузом. – Они там все права качают, митинги всякие устраивают. Все им не нравится, сукам!
– Вот же твари! Лучше всех живут, а недовольны!
– С жиру бесятся, мрази!
– Да нет, они на Америку работают! Чего еще от этих пидаров ждать! Хотят Америке Россию продать, чтобы свои пидарские порядки здесь завести.
– Убивать их надо! Жаль Евгений Викторович не дошел…
– Да, сейчас власть не та. Вот при товарище Сталине их давно бы всех к стенке поставили!
Компания разгорячилась и говорила так громко, что на них уже стали оборачиваться те, кто шел из магазина. И вот мужик с пивным животом подвел итог этой пятиминутке ненависти:
– Эх, мужики! Эти твари московские едут к нам, землю нашу поганят, а мы терпим, как позорники! А давно бы надо выйти и всех этих пидаров порешить! Прямо у речки, где они свои гулянки устраивают!
Компания снова согласно закивала.
Глава 4 Трос
Новая группа туристов собралась на большой поляне возле березовой рощи, примерно в шести километрах от Зареченского. Инструктор фирмы Гринтур Олег раздавал всем комбинезоны и защитные шлемы, попутно объясняя правила безопасности. Туристов было одиннадцать человек, в основном молодые люди чуть за двадцать: семь парней и четыре девушки. Инструктор уже показал им, как управлять квадроциклами, и каждый из группы попробовал немного поездить по поляне.
– На маршруте я поеду первым, следуйте за мной и не обгоняйте, – говорил Олег. – В принципе, ничего сложного, если я буду тормозить, вы тоже притормаживайте, когда разгонюсь, вы можете ехать быстрее. Проедем по дороге вдоль реки, а дальше будет уклон – это спуск к берегу, вот там надо быть осторожнее. Спустимся к реке, проедем по берегу немного, а потом через овраг в рощу, там будет второй лагерь. Отдохнем немного, поедим, там уже приготовят шашлыки, и поедем назад тем же маршрутом.
Туристы кивали его словам и с нетерпением поглядывали на внушительные очертания стоявших тут же квадроциклов. Многие из них уже катались не раз, и вводная инструкция была им не особо интересна. Наконец, Олег закончил инструктаж и пошел к своему квадроциклу, туристы пошли к своим. Всего квадроциклов было девять, четыре парня и одна девушка ехали на них в одиночку, а кто пришел с парой, те ехали на квадроцикле вдвоем.
Вот все уселись, надели шлемы и завели моторы, Олег оглянулся, махнул рукой и поехал вперед, остальные тронулись вслед за ним. Для начала, пока туристы не привыкли, Олег сильно не разгонялся, но, когда они отъехали от полянки подальше и выехали на поросшую травой прямую проселочную дорогу, он поддал газу и рванул вперед. Следом за ним с веселыми возгласами ускорились и молодые люди. Дорога была неширокой, на ней могли разместиться не более двух квадроциклов, поэтому группа ехала цепью друг за другом. Берег реки был слева от них внизу и, по мере того, как они продвигались вперед по маршруту, он приближался.
Вот впереди показался поросший деревьями крутой съезд к реке. Справа от дороги показались частные дома окраины Зареченского, инструктор знал, что многие жители этих домов недовольны ездой на квадроциклах, и не далее как сегодня к ним в офис в очередной раз приходили местные мужики с угрозами. Семен Яковлевич через Никанорова дал распоряжение сильно здесь не газовать и обратный маршрут с пикника начинать пораньше, так чтобы до одиннадцати вечера уже миновать жилые дома. Но на практике это получалось не всегда, пикник с шашлыками, как правило, затягивался всегда дольше намеченного времени, некоторые парочки принимались гулять по лесу, и очень часто, несмотря на прохладное вечернее время, молодые люди останавливались у реки искупаться.