Василий Спринский – АКОНИТ 2018. Цикл 1, Оборот 3 (страница 5)

Человек едва слышно застонал, не открывая глаз.

Услыхав этот стон, Ксан резко обернулся. Хвала богам, он не единственный, кто уцелел в этой кошмарной схватке!

Это был рослый ахеронец, очевидно, один из первых, схватившихся с пиратами, и получивший сильный, оглушивший его удар. Поначалу обрадованное лицо Ксана вновь стало хмурым.

Враг.

Воин Морского Легиона.

Совсем недавно он, не раздумывая, напал бы на него, стараясь побыстрее отправить на тот свет. Но это осталось в прошлом. Сейчас они были единственными живыми людьми на корабле. Ксан знал, насколько ужасно одиночество. Особенно страшным оно было сейчас, на корабле, полном мёртвых тел, плывущем в неизведанную даль по воле равнодушных волн.

Ксан наклонился над ахеронцем, осматривая, насколько тяжело тот ранен. Крови почти не было. Судя по всему, легионер был просто оглушён сильным ударом, едва не разрубившим его шлем. Однако, прочный металл выдержал, оставив на голове ахеронца лишь огромную шишку.

Ксан стащил с него шлем и бесцеремонно стукнул воина кулаком по голове.

Легионер застонал громче, и наконец открыл глаза, отыскивая обидчика. Однако, встретившись взглядом с Белым Аспидом, воин едва сдержал крик ужаса.

— Да, я немного отличаюсь от остальных людей, — неприязненно произнёс пират. — Вставай, нечего пялиться на мои глаза, я не собираюсь тебя жрать. Отвечай, как тебя зовут.

— Дальгон, — произнёс ахеронский воин. — Дальгон Вирц.

Он медленно приходил в себя. Не каждый день можно встретить человека с жёлтыми змеиными глазами с вертикальным, слегка изогнутым зрачком.

— Что произошло? — спросил Дальгон. — Я помню, как перебирался на пиратское судно, зарубил двух разбойников, а затем… Удар по голове и тьма… Я сильно ранен?

— Жить будешь, — неприязненно произнёс Ксан. — Только вот не знаю, долго ли. Вставай, и без глупостей, — он выразительно похлопал себя по ножнам, откуда выглядывала внушительная рукоять меча.

Преодолевая накатывавшие на него волны дурноты, легионер медленно поднялся, осматриваясь по сторонам. То, что он увидел, не улучшило его настроения. Мёртвые тела и пустые доспехи, выпачканные ужасной кашей из растворившихся человеческих тел, торчащие из одежды кости, освобождённые от плоти, борт дракона, разломанный белым змеем почти до ватерлинии, разбитые надстройки…

Они были единственными, оставшимися в живых в этой жуткой бойне.

— Во имя Сета, что же всё-таки здесь произошло?! — вновь повторил поражённый Дальгон, пытаясь удержаться на ногах, скользя по палубе дракона.

Ксан коротко рассказал ахеронцу об атаке из моря. Дальгон внимательно выслушал, но глаза легионера светились недоверием.

— Как же мы тогда смогли уцелеть? — спросил он.

— Не знаю, — честно ответил Ксан. — Может быть, они почувствовали во мне родственную душу — ты ведь и сам испугался моих глаз. А что касается тебя… возможно, в то время ты был более мёртв, чем жив. Как бы то пи было, мы здесь. Знаешь ли ты, где мы сейчас находимся?

Ахеронец уже почти пришёл в себя. Голова его ещё кружилась от страшного удара, но смысл происходящего начал наконец доходить до него.

— Ты — враг, — стараясь говорить как можно чётче и раздельней, произнёс он, обращаясь к Кеану, — и я должен был бы зарубить тебя прямо здесь, но… Если всё обстоит так, как ты говоришь, наше положение оставляет желать лучшего. Я не моряк, я воин. Те, кто мог бы ответить на твой вопрос, сейчас мертвы. Я знаю, что пять дней назад мы вышли из устья Стикса в открытое море. Мы направлялись на запал в сторону Торговых островов, и три последних дня солнце вставало за нашей кормой. Затем, обнаружив неизвестный корабль, мы пустились за ним в погоню, и вот чем это закончилось.

— Ладно, оставим этот разговор, — сказал валузиец. — Если я правильно понял, нам сейчас нужно править на восток, чтобы добраться до материка. Воин… Скажи, ты умеешь обращаться с парусом?

На то, чтобы поставить и закрепить парус, у них ушло несколько часов. Однако ветер упорно не желал наполнять парус дракона, столь быстро лишившегося команды. После нескольких часов сражения с тяжёлым неуправляемым кораблём, люди сдались. Закрепив рулевые вёсла, они без сил повалились в опустевшей капитанской каюте. Жестокий бой, раны и сражение с непослушным кораблём совершенно лишили их сил. Утомлённые тела требовали отдыха. Люди почти моментально провалились в глубокий сон.

Утро не принесло им облегчения. Отдохнувший ахеронец припомнил, что в этих водах существует довольно сильное южное течение. Ничего хорошего в этом не было — на юге простирался необъятный океан без малейших признаков земли. Оставалась лишь слабая надежда на встречу с каким-нибудь сумасшедшим судном, забравшимся в эти воды.

Однако сидеть, сложа руки, сейчас было, по меньшей мере, неуместно. Им предстояло избавиться от усеивавших палубу мёртвых тел. Мерзкая, но необходимая работа; в противном случае их вполне могла посетить какая-нибудь малоприятная тропическая зараза, легко селящаяся в быстро разлагающихся телах.

Полтора десятка мертвецов довольно быстро отправились за борт. С остальными было сложнее. Мерзко пахнущая полужидкая масса, в которую превратилась человеческая плоть, легко вытекала из одежд и доспехов погибших, заливая палубу. В конечном итоге, люди принялись убрать её с помощью вёдер и широкой лопаты, отыскавшейся в кладовой. Тяжкий, каторжный труд.

Они опорожнили уже около полусотни вёдер, но мерзкой жижи на палубе почти не убавилось. Зато, поглядев в море, Дальгон внезапно заметил там нечто, весьма встревожившее его.

Ксан обернулся на его крик.

Дальгон возбуждённо показывал ему на что-то, находившееся за бортом корабля.

Ксан осторожно выглянул за борт.

Вокруг корабля, там, где Дальгон опорожнял своё ведро от человеческих останков, по воде расплывалось необычное чёрное пятно.

Это не было похоже на простое изменение цвета воды. Нет, пятно это казалось совершенно чужим окружающему его морю. Пятно, футов двадцати в диаметре, словно сопровождало корабль, приклеившись к его борту. Выглядело оно крайне неприятно. Даже волны останавливались, едва коснувшись края этого пятна — словно на воду упала чёрная, невероятно плотная и тяжёлая тень какой-то неведомой, незримой твари.

Ксан даже посмотрел вверх, словно высматривая обладателя этой тени, однако небо над ними оставалось чистым.

Он вгляделся в пятно внимательнее. Валузийцу показалось, что рядом с ним, за спиной, находится громадная злобная змея, готовящаяся к удару. В ноздри его вползал неощутимо слабый мускусный запах, уши слышали неосязаемо лёгкий скрип и шорох мелких чешуй, словно на палубе извивалось длинное гибкое змеиное тело.

Он резко обернулся, осмотревшись вокруг.

Ничего.

— Ну и что? — поинтересовался он у Дальгона.

— Что ты там увидел?

— Пятно, неужели не видишь, — ответил тот. — Я выбрасывал сюда ведро за ведром, и тут вдруг вода потемнела, словно из глубин всплывала какая-то тварь, а затем по поверхности растеклось это пятно. И оно продолжало увеличиваться с каждым выброшенным ведром, а теперь словно прилипло к кораблю. Смотри, оно и сейчас увеличивается! И шорох! Запах! Ты чувствуешь этот змеиный запах?!

Ксан ещё раз внимательно присмотрелся к пятну, однако, не заметил каких-то следов его роста. Хмыкнув, он повернулся к Дальгону.

— В следующий раз, когда тебе примерещится кракен, не спеши оповещать об этом других — могут неправильно понять, — ответил он. — Продолжай работать. К вечеру нам нужно очистить корабль.

Вернувшись к своему борту, он внимательно всмотрелся в море. Никаких следов странных чёрных пятен — только грязная пена от непотонувших жидких останков.

Однако на душе у Ксана было неспокойно. Он помнил этот шорох и запах невидимой змеи. Реальный, слишком реальный. Однако, сам не зная почему, он ни слова не сказал об этом Дальгону. Предыдущий день принёс массу неприятных моментов, связанных с колдовством и вызыванием всяких монстров. Не исключено, что вчерашние события до сих пор не окончились.

Впрочем, пока эта чёрная штука ничем не проявляет себя, можно спокойно продолжать уборку-погребение.

Дальгон огляделся, высматривая места наибольшего скопления разложившейся массы. Пятно пятном, но на корабле следует поддерживать порядок. У бортов было уже сравнительно чисто, основные скопления останков лежали посреди палубы. Дальгон направился гуда.

В паре футов от него в палубе зиял пролом, ославленный ожившим «Белым Аспидом». Когда-то здесь была каюта корабельного мага. То, что от неё осталось, лишь с большой натяжкой можно было назвать помещением. Металлический змей пробил, прогрыз в корабле широкую дыру почти до самого борта.

Дальгон с интересом заглянул туда.

Ничего интересного. Изуродованные переборки и усыпанный обломками пол оставляли тягостное впечатление. К счастью, металлический змей не успел повредить корпус корабля, иначе людям пришлось бы в разы тяжелее. Ахеронец уже собирался было вернуться к прерванному занятию, но в этот момент его глаза различили внизу торчавшую из-под обломков чью-то ногу.

Дальгон спустился вниз и принялся осторожно разгребать мусор. Ну, так и есть, колдуну тоже не повезло. То, что обнаружил Дальгон, оказалось нижней половиной мага, перекушенного пополам пиратским змеем.

Вскоре нашлась и вторая половина. Вернее, то, что от неё осталось — левая рука, часть грудной клетки и половина головы, до сих пор нахально смотревшая на Дальгона помутневшим, но от этого не ставшим менее злобным глазом. Остальные части туловища колдуна словно испарились, или скорее сгорели, судя по обугленной правой половине его груди и головы.