Василий Сластихин – Эмоции современного общества. Трудности, нарушения, расстройства. Помощь психолога (страница 8)
Также я заметила, что в феномене «Стокгольмского синдрома» можно проследить черты Треугольника Карпмана (или «драматического треугольника») – модели созависимых отношений, где участники бессознательно принимают на себя определённые роли, чтобы сохранить привычный сценарий взаимодействия. В основе треугольника лежат три роли: Жертва, Преследователь и Спасатель. Главная особенность треугольника – динамичность: участники могут менять роли, но сама структура остаётся неизменной. Так, Жертва под воздействием «Стокгольмского синдрома» берёт на себя роль Спасателя и защищает Преследователя, который в её глазах сам превращается в Жертву. Роль же Преследователя исполняют полиция либо близкие люди, которые видят ситуацию совсем другими глазами, чем человек со «Стокгольмским синдромом», и пытаются помочь ему.
«Стокгольмский синдром» – это сложный и многогранный психологический феномен, который требует дальнейшего изучения и понимания. Он является напоминанием о том, что человеческая психика способна на удивительные вещи, и что даже в самых тяжелых ситуациях люди находят способы выжить и адаптироваться. Важно помнить, что жертвы «Стокгольмского синдрома» нуждаются в сочувствии, понимании и профессиональной помощи. Общество должно быть более осведомлено об этом феномене и создавать безопасное и поддерживающее окружение для жертв насилия. Дальнейшие исследования и разработки в этой области помогут нам лучше понимать механизмы адаптации и выживания в условиях насилия и угрозы, а также разрабатывать более эффективные методы профилактики и помощи жертвам. Только так мы сможем создать мир, в котором насилие будет сведено к минимуму, а жертвы будут получать необходимую психологическую поддержку и возможность восстановить свою жизнь.
Арина Александровна МУРЖАК, 35 лет.
Магистр психологии, журналист. Специалист по межличностным взаимоотношениям. Оказывает услуги по психологическому консультированию в области питания, стиля и профориентации. Работает с депрессиями, тревожностью и страхами, а также суицидальными наклонностями. В психологической практике по необходимости пользуется методами арт-терапии и сказкотерапии. Сомнолог. Сертифицированный специалист по психологической рунологии.
В последние годы проводила групповую и индивидуальную работу по оказанию психологической помощи детям и подросткам с ДНР, ЛНР и с Белгородской области. Работает также и с «особыми» детками и взрослыми.
Как психолог в последние годы принимала участие в следственных действиях Следственного комитета по Смоленской области. Окончила курс по судебной психиатрической экспертизе.
Контакты: +7(904)360-14-46 (На звонки с незнакомых номеров отвечает не всегда, лучше сначала писать, можно на Ватсап или в Телеграм)
Список используемой литературы:
Асямов С. В. Стокгольмский синдром: история появления и содержание термина.
Бартол К. Психология криминального поведения. – М.: Олма-пресс, 2004. -352с.
Власова Н. В. Психическая травма: ретроспективный обзор теоретических обоснований, феноменология и психотерапия // II Международная конференция по консультативной психологии и психотерапии, посвящённая памяти Федора Ефимовича Василюка: сборник материалов. – 2020. – № 1.
Гончаренко Е. В., Гераськов В. С., Тайсаева С. Б., Полякова Е. В. Стокгольмский синдром в криминологической практике // Вестник КГУ. – 2022. – № 4.
Решетников М. М. Особенности состояния, поведения и деятельности людей в экстремальных ситуациях с витальной угрозой.
Стокгольмский синдром: как и почему мы начинаем любить своих мучителей. РБК Стиль
FBI Law Enforcement Bulletin, №7, 2007
Как эмоциональная привязанность влияет на наши отношения с противоположным полом. Практическое руководство для тех, кто хочет понять себя и партнёра
Представьте, что вы впервые садитесь за руль машины. Вы знаете, как нажимать педали и поворачивать руль, но без понимания правил дорожного движения далеко не уедете. Точно так же эмоциональная привязанность – это невидимый «кодекс», который управляет нашими отношениями. Она формируется ещё в детстве, но продолжает влиять на то, как мы любим, ссоримся, строим карьеру, доверяем и даже расстаёмся во взрослой жизни. Давайте разберёмся, как это работает и почему одни пары «едут» как по маслу, а другие постоянно «буксуют».
Что такое эмоциональная привязанность и откуда она берётся?
Эмоциональная привязанность – это глубокая потребность чувствовать связь с другим человеком. Её корни уходят в младенчество: если ребёнок знает, что родитель всегда откликнется на его плач, обнимет и утешит, он вырастает с уверенностью: «Меня любят, я в безопасности». Если же близкие были холодны или непредсказуемы, эта уверенность рушится.
На основе теории привязанности Джона Боулби и Мэри Эйнсворт выделяются три основных типа привязанности:
1. Надёжная привязанность: «Я могу доверять людям, а они – мне».
2. Тревожная привязанность: «Боюсь, что меня бросят, поэтому цепляюсь или требую внимания».
3. Избегающая привязанность: «Лучше ни от кого не зависеть – так надёжнее».
Несмотря на то, что основных типа привязанности выделяются в психологии всего три, в практике же встречаются и смешанный тип – амбивалентный/тревожно-избегающий.
Эти шаблоны, как невидимые очки, через которые мы смотрим на партнёров. Например, девушка с тревожной привязанностью может десять раз перечитать сообщение от молодого человека, ища скрытый смысл: «Он написал „хорошего дня“ вместо „люблю тебя“ – точно охладел!», эта же девушка, будь она с надёжным типом привязанности в то время не заискивала повода для беспокойства в сообщениях, а спокойно ответив: «И тебе!» занималась собой и своими делами. А мужчина с избегающей привязанностью, услышав «нам нужно поговорить», сразу мысленно собирает чемодан: «Всё, конец близости, пора бежать», в свою очередь мужчина с надежным типом привязанности откликнется на данное предложение партнерши с интересом, с уважением к ее потребности поговорить, при этом без невидимых защитных барьеров: «Что бы ты хотела обсудить?»
Как привязанность проявляется в отношениях?
1. Стадия знакомства: почему одни «залипают», а другие бегут?
Рассмотрим на примерах молодых людей:
– Анна (надёжная привязанность) спокойно соглашается на свидание, не играет в «кошки-мышки» и не боится показаться «слишком доступной». Если парень не пишет день, она не паникует: «Наверное, занят».
– Мария (тревожная привязанность) после первого же свидания пишет подруге: «Он идеален! Если он сейчас исчезнет, я умру!». Каждое его сообщение она разбирает на цитаты, а паузу в переписке воспринимает как катастрофу.
– Олег (избегающая привязанность) после трёх удачных встреч вдруг перестаёт звонить: «Стало слишком серьёзно. Лучше я найду кого-то менее… требовательного».
2. Конфликты: от ссор из-за немытой чашки до «мы расстаёмся»
Пара с надёжной привязанностью ссорится иначе. Они говорят: «Мне обидно, когда ты забываешь о наших планах», вместо «Ты эгоист! Ты меня не любишь!». Они верят, что конфликт – это не конец, а повод понять друг друга.
А вот классический сценарий для тревожной и избегающей привязанности:
– Она: «Почему ты не ответил на звонок? Ты с другой?» (тревога: «Меня бросят»).
– Он: «Да отстань! Ты душишь меня!» (избегание: «Надо защитить свою свободу»).
– Результат: она плачет, он хлопает дверью, оба чувствуют себя несчастными, но не могут остановить этот цикл.
3. Долгосрочные отношения: брак, дети, кризисы
Надёжная привязанность становится опорой в сложные моменты. Например, после рождения ребёнка, когда оба партнёра устали, они говорят: «Давай поддержим друг друга», а не «Ты перестал(а) меня замечать!».
Избегающие же часто «закрываются» в стрессовых ситуациях. Мужчина, потерявший работу, может неделями молчать, отвергая попытки жены поговорить: «Сам разберусь». А тревожная партнёрша, чувствуя дистанцию, усиливает давление: «Ты меня разлюбил? Скажи что-нибудь!», что только усугубляет конфликт. Такие отношения похожи на мультфильм «Том и Джерри», где один бесконечно убегает – другой догоняет.
Почему важно различать и учитывать тип привязанности?
Люди с разной привязанностью часто притягиваются, как магниты, но затем сталкиваются. Тревожные ищут «стабильности» в избегающих, а те бегут от их «навязчивости». Это как танго: один шаг вперёд, два назад. Понимание причины своего поведения в паре и поведения партнера даёт возможность отделять конкретного объекта от конкретной его потребности, а значит открывается возможность иначе взаимодействовать, находить другие пути «сближения» и «комфортной дистанции», укрепляя пару, а не разрушая её.
Можно ли изменить свой стиль привязанности?
Да! Мозг пластичен, и даже если ваши ранние отношения были травматичными, вы можете развить «надёжную» модель. Вот как:
1.Осознайте свой шаблон. Например, если после ссоры вы думаете: «Он точно уйдёт», спросите себя: «Это реальность или моя тревога?».
2. Старайтесь выбирать партнёров с надёжной привязанностью.
Они, как якорь, помогают успокоиться и поверить в стабильность.
3. Практикуйте открытость.
Говорите о своих страхах: «Мне страшно, что ты меня бросишь, поэтому я ревную». Часто партнёр даже не догадывается о ваших переживаниях.