Василий Сластихин – Детская психология. Практическая профессиональная помощь родителям (страница 9)
Ц.П. Короленко и Н.В. Дмитриева определяют созависимость как аддикцию отношений, а в качестве главной тенденции обозначают ориентацию на «внешний» мир, мнения других людей, социальные нормы («как принято»). При этом особенно ярко эта тенденция проявляется в отношениях с зависимым человеком. То есть созависимые используют отношения с другим человеком так же, как зависимые используют объект зависимости. Авторы отмечают «отсутствие у созависимых лиц по-настоящему развитой концепции self, выражающейся в отсутствии чувства внутреннего собственного значения, на фоне чего и протекает весь процесс выстраивания созависимых отношений». Ц.П. Короленко указывает, что созависимость можно рассматривать как более тяжелую форму аддикции, так как она не имеет конкретного агента и, соответственно, сложнее в своих проявлениях, так и неочевидна в своих последствиях.
С точки зрения М. Битти, «созависимость – это такие отношения человека с другими (чаще всего зависимыми) людьми, которые наполнены попытками негативного взаимовлияния. С одной стороны, созависимый позволяет другому человеку оказывать сильное воздействие на себя и свою жизнь, а с другой стороны, созависимый сам одержим идеей контроля над другими».
По мнению В.Д. Москаленко созависимый человек совершенно не заботится об удовлетворении своих собственных жизненно важных потребностей из-за абсолютной поглощенности желанием управлять поведением другого, «созависимость – это патологическая, аффективно окрашенная зависимость от другого человека, когда фиксация на его жизни приводит к нарушению адаптации».
О.О. Андронникова ключевым звеном специфического комплекса созависимости называет «виктимную идентичность, которая, в первую очередь, включает в себя высокий уровень ролевой жертвенности, связанной с аутодеструктивным поведением и склонностью жертвовать собственными интересами в качестве самонаказания».
С.Н. Зайцев считает созависимость «устойчивой личностной дисфункцией, которая связана с несформированностью четких границ своего «Я» у созависимого человека, с отчуждением, неприятием своих собственных чувств, мыслей, желаний, потребностей, с устойчивым стремлением к восполнению своей личности личностью другого человека, с полной зависимостью своего настроения и душевного состояния от настроения и душевного состояния другого». Позиция данного автора интересна тем, что он предполагает возможность переворота причины и следствия, а именно, что созависимость субъекта первична в развитии зависимости у его близкого человека, обосновывая это гипотезой, что созависимость выражается в желании быть максимально представленным в жизнедеятельности другого таким образом, что побуждает у того потребность в приеме психоактивных веществ все большей интенсивности, напряженности и устойчивости.
Б. и Дж. Уайнхолд в своих работах предполагали возможность рассматривать вопрос созависимости как явления культуры, являющегося следствием противостояния модели доминирующей и партнерской системы отношений, предполагая у нее социальные корни. Они предполагают, что любая культура, ставящая определенные группы (по признакам пола, религии, социального положения и др.) выше других, создает предпосылки для возникновения и поддержания созависимых отношений.
С.Т. Посохова и С.М. Яцышин рассматривают созависимость с точки зрения ценностно-смысловой сферы личности, говоря о том, что «созависимость представляет собой не что иное, как измененное устойчивое отношение к зависимому человеку, которое является фактором реорганизации жизни созависимого. Проблему связи разнообразных внешних отношений как системообразующего признака поведенческих проявлений созависимого с его внутренним миром авторы предлагают решать через призму ценностно- смысловой сферы личности созависимого и говорят о существовании прямой связи между изменениями ценностно-смысловой сферы родителей и наркотизацией ребенка».
При наличии такого разнообразия подходов и определений данного феномена возникает необходимость в их систематизации. По логике смыслового содержания подходов к определению созависимости, с точки зрения смысла созависимость определяется специалистами как:
1. Особенность или нарушение поведения (Э. Ларсен, Е.А. Савина, Р.Сабби, Дж.Фрил);
2. Особые отношения с зависимым человеком (М. Битти, Ц.П. Короленко, Н.В. Дмитриева);
3. Определенное психическое состояние (О.О. Андронникова, В.Д. Москаленко, Р. Норвуд, Р. Сабби);
4. Личностная дисфункция (С.Н. Зайцев, К. Уитфилд, И.В. Запесоцкая);
5. Болезнь, болезненное состояние, нарушение здоровья (Е. Янг, О.А. Шорохова);
6. Явление культуры (Б. и Дж. Уайнхолд, И.А. Шаповал);
7. Трансформация ценностно-личностной сферы личности (С.Т. Посохова, С.М. Яцышин).
Согласно Дж. Уайнхолд и Б. Уайнхолд, созависимость фиксируется, если:
I. Человек длительный период времени находился или находится под влиянием интенсивного дистресса, связанного с семейными обстоятельствами (аддикция родственника от психоактивных веществ, другие проблемы).
II. Человек в форме самоотчета заявляет, либо у него стойко наблюдаются не менее пяти пунктов из следующих девяти:
1. Страх (концентрация на собственных переживаниях по поводу проблем других людей; хроническая тревога; недоверие к окружающим; контролирующее поведение).
2. Стыд/вина (токсическое, непреходящее чувство собственной дефективности за свои поступки, неправомерное поведение зависимого, за надлежащий «позор» семьи).
3. Хроническое переживание отчаяния (подавленность и обреченность в отношении изменения ситуации; пессимистический прогноз на будущее; низкая самооценка).
4. Гнев (перманентное переживание интенсивного гнева на аддикта, других близких и самого себя).
5. Отрицание (настойчивое отрицание причины семейного стресса; стойкое стремление к минимизации тяжести проблем; оправдание, защита зависимого от негативных последствий).
6. Ригидность (когнитивная ригидность; поведенческая ригидность, включая социальную ролевую негибкость; ригидность морально-духовных ценностей; эмоциональная ригидность – доминирование единственного аффекта в виде вины, жалости к себе, гнева).
7. Нарушение идентификации собственных потребностей (утрата способности заявлять о своих нуждах и заботиться об их удовлетворении; трудности в определении границ своего образа Я; личная зависимость – только другие люди могут подтвердить самоценность его личности).
8. Смещение понятий (сомнения в том, что же является нормальным; тенденция неверно распознавать и обозначать чувства) .
E.G. Dear выделил основные определяющие характеристики созависимости: поиск одобрения со стороны других людей (например, фокусировка внимания на деятельности, которая поощряется в обществе), подавление аффектов (полностью или частично сознательное стремление купировать собственные эмоциональные переживания), межличностный контроль (убежденность в своей способности исправлять проблемы других людей) и самопожертвование (пренебрежение собственными потребностями и сосредоточение внимания на потребностях других) .
Таким образом, ядром созависимости можно считать несформированность собственного «Я», такую трансформацию ценностно-смысловой сферы личности, при которой происходит смещение акцента с собственной фигуры на фигуру значимого другого, а все остальное становится «фоном».
Опираясь на анализ литературы (В.Д. Москаленко, П. Стентон, Б. и Дж. Уайнхолд) можно выделить следующие особенности созависимых отношений:
– В созависимых отношениях не удовлетворяются потребности индивидов, в них участвующих;
– При данном типе взаимодействия стираются границы между индивидами, в них участвующими;
– Явная нетолерантность к фрустрациям, ожиданию и неопределенности, в связи с чем частые приступы тревожности и депрессивные проявления;
– Неустойчивость самооценки и высокая ее зависимость от оценок окружающих;
– Интенсивное и широко распространенное отрицание, замещающее реальные переживания;
– Готовность к жертвам как необходимости любых отношений.
ПРИЧИНЫ ПОЯВЛЕНИЯ СОЗАВИСИМОСТИ
Итак, какая же ситуация в семье может привести к появлению устойчивого паттерна созависимости?
Созависимый человек имеет определенный стиль восприятия и мышления, который формируется еще в детстве, что обуславливает его выборы и поведение в жизненных ситуациях. Н.Г. Артемцевой было проведено эмпирическое исследование по когнитивным ошибкам актуализированных созависимых, согласно которому преобладающей когнитивной ошибкой является катастрофизация, причем это единственная когнитивная ошибка, которая присутствует у всех созависимых женщин, принявших участие в исследовании. Также характерными для созависимой акцентуации являются следующие когнитивные ошибки (в большей степени проявленные у женщин): гипернормативность, морализация и выученная беспомощность. Автор интерпретирует эти показатели как способ созависимых справиться с неопределенностью через избегание любых ситуаций, связанных с ней, а также вписаться в стандарты правильности, установленные значимыми взрослыми, как способ поддержания определенности своего Я. При этом наибольшая разница в проявлении между группой актуализированных и группой неактуализированных созависимых имеет когнитивная ошибка «Выученная беспомощность».