Василий Шукшин – Киноповести (страница 65)
Невестка переодевала для сна девочку. Хозяйка убирала со стола. Старик рубил у порога табак в корытце.
Иван остановился около него.
– Самосад?..
– Он самый. Какой-то не крепкий нонче уродился. Листовухи добавлю – все слабый.
Иван присел на корточки.
– Дай-ка попробую… Давно не курил.
– Спробуй, спробуй.
Валя стояла рядом, смотрела сверху на Ивана.
– Валька, ужинать-то… простынет все, – сказала мать.
– Потом, – откликнулась Валя.
Дед с Иваном закурили.
– Как?
– Хорош!
– Донничка ишо потом добавлю – ничего будет.
– Ну, бывайте здоровы.
– Мгм.
Иван с Валей вышли в темные сени.
– Давай руку, – сказала Валя. – А то тут лоб разбить можно. Вот здесь ступенька будет.
– Где?.. Ага, вот она.
– Вот… теперь ровно.
Остановились. Плавал в темноте огонек Ивановой папироски.
Некоторое время молчали.
– Ну, иди, а то там женихи-то… скучают.
– Пусть маленько поскучают.
– Сенька-то правда любит, Валя.
– Я знаю. И Микола тоже.
– Ну?..
– А я не люблю.
Молчание.
– Что делать? – спросила Валя.
– Что делать… На нет – спроса нет. Обидно, конечно, за брата… Но этому горю не поможешь.
– Нет, а что мне-то делать?
– Валя!.. Ты уж сама большая – смотри.
– А я любить хочу.
– Пора.
– А почему ты с женой разошелся?
– Кто тебе сказал?
– Сеня.
– Во звонарь-то… успел уж.
– Почему?
– Сложно это, Валя…
– Разлюбил? Или она тебя?
– Иди к женихам-то.
– Сколько поживешь у нас?
– Не знаю… Побуду пока. Сеньке тяжело одному… Он хоть тараторит, крепится, а душонка болит…
Между тем в горнице происходил такой разговор:
– Тебе надо громоотводом работать, – советовал Сеня.
– А тебе – комиком, – невозмутимо отвечал Микола.
– Ты хоть знаешь, сколько комики получают? – снисходительно спросил Сеня.
– По зубам, в основном. За провокации.
– Комики даже лауреаты есть, комики есть депутаты Верховного Совета. Вы ж не понимаете ничего…
– А с какого этажа их спускают оттуда?
– Кого?
– Комиков.
– Я – комик? Ладно. Вот она счас придет, я буду молчать. Ты ж за счет меня только держишься, потому что я говорю, а тебе молчать можно. А счас я буду молчать. Посмотрю, что ты будешь делать. Проведем такой опыт.
Микола молчал.
– Много вывезли сегодня? – спросил Сеня.
– Двенадцать ездок. Потом сразу два комбайна стали. Пока возились – стемнело.
– Сделали?
– Один. Ты ничего не заметил своим фактором?
– Чего заметил?
– Так. – Микола, видно, заметил какую-то перемену в Вале.
– Чего заметил-то?
Молчание.
– Ладно, счас я тоже буду молчать.