Василий Седой – Кровь не вода 4 (страница 38)

Именно благодаря этому православная вера смогла устоять на территории Руси и не прогнуться под Ватикан.

Все бы ничего, но со временем, когда все наладилось, конкретно монастырь отца Сергия из-за расположения вдали от густонаселенных земель оказался нафиг никому не нужен. Не совсем так, конечно, но близко. Церковь, получив в свое распоряжение нужных людей и восстановив свои службы, просто перестала нуждаться в дальнейших услугах местных монахов и потихоньку если не забыла о них, то свела их значение на величину, близкую к нулю.

Странно, конечно, все это звучит, но и так бывает. Но это ладно, дела не касается, а вот то, что местные монахи оказались не готовы согласиться с подобным положением вещей, это уже важно и более чем актуально. Местная братия просто продолжила заниматься, что называется, любимым делом. Они как воспитывали подрастающее поколение, готовя спецов в определённых видах деятельности, так и продолжали это делать, а когда их воспитанники перестали пользоваться спросом (свои со временем появились) монахи сбавили обороты, но совсем отказаться от привычного уклада не смогли.

Они, чтобы воспитанники получали практику, начали рассылать их в разные концы Руси, и так уж получилось, что по прошествии времени невольно создали подобие подконтрольной только им сети. Громко, конечно, сказано, потому что зачастую эти воспитанники просто несли службу обычными рядовыми священниками и не были допущены в высшие эшелоны… но это не столь важно. Главное, что эти самые воспитанники не забывали, кому обязаны своим положением, и активно снабжали монастырь материальными ценностями и информацией.

Сказать по правде, я, слушая отца Сергия, в принципе не понимал, зачем он мне все это так подробно рассказывает и посвящает во всю эту кухню. Своих головняков хватает, а тут ещё и это. Так было до момента, когда игумен произнес:

— Благодаря нашим воспитанникам мы неплохо осведомлены о жизни на Руси простого народа и деятельности православной церкви.

Он ненадолго замолчал, о чем-то напряженно размышляя, а потом внимательно посмотрел мне в глаза и продолжил:

— Иногда взгляд со стороны очень помогает увидеть неочевидные вещи, и мы, глядя на происходящее именно со стороны, пришли к выводу, что не все ладно у нас в руководстве церькви. На первый взгляд вроде все как полагается, только вот это совсем не так. Многие церковные иерархи, вместо того чтобы заниматься своим делом, укреплением веры, начали стремиться к мирской власти, тем самым руша каноны…

Он снова выдержал паузу, будто давая возможность мне проникнуться сказанным.

— Более того, часть священнослужителей занялись стяжательством совсем не в интересах церкви, что и вовсе неприемлемо. Глядя на все это, мы понимаем, что все это добром не закончится, православную церковь ждут великие потрясения.

Игумен как-то хитро на меня посмотрел и спросил:

— Ты сейчас задаешся вопросом, зачем я тебе все это рассказываю? — и, не давая мне ответить, продолжил. — Я объясню. Чтобы что-то изменить и получить возможность влиять на происходящее, нам нужно стать сильными, а это невозможно сделать в диком поле. Я предлагаю тебе, князь, союз! Мы поможем тебе в становлении твоего княжества, обучим людей, без которых тебе не обойтись, если ты действительно хочешь быть самостоятельным и независимым от кого бы то ни было, а взамен ты в поможешь нам.

Монах выставил перед собой руку, как бы в просьбе дослушать и продолжил.

— Мы не будем лезть в твои дела и влиять на твои решения, потому что нам это не надо, и мы твердо уверены, что церкви не нужна мирская власть. Более того, мы наоборот будем всеми возможными способами стараться укрепить эту самую твою власть на твоих землях. Взамен же нам от тебя нужна помощь в наших делах. Не так и много просим.

Он чуть замялся, улыбнулся и произнес:

— Мы хотим значительно увеличить количество послушников, а для этого нужно их чем-то кормить, во что-то одевать, где-то размещать и ещё много чего другого разного. Вот в обеспечении этого всего нам и нужна будет твоя помощь. Предваряя твой очередной вопрос, скажу так: мы хотим стать в твоём княжестве силой, с которой будут считаться как в Москве, так и в Киеве и Новгороде. Силой, которая сможет влиять на события, происходящие в православном мире.

Старик замолчал, а я невольно произнес:

— Серьезные у вас тут планы, только мне мало верится, что осуществимы. Не будут в той же Москве или в Киеве спокойно смотреть на новых соперников, в порошок сотрут и вас, и меня вместе с вами.

Отец Сергий хмыкнул и ответил:

— Пока там поймут, что у нас тут происходит, поздно будет стирать, слишком уж погрязли они там в своих играх и расслабились. Ты, князь, не думай, мы не собираемся втягивать тебя в свои дела, а значит, тебе союз с нами будет только на пользу.

— Помочь припасами и остальным я, конечно, смогу и помогу, только вот все равно мне мало верится в осуществление ваших планов, просто потому что земли эти, по сути, пустые, а какая сила может быть без людей?

Смешно сказать, но я невольно высказал свои мысли вслух. как бы рассуждая. Старик улыбнулся и ответил:

— Все так, без людей ничего не получится, но если сможешь обеспечить защиту от степняков, люди будут и много, это я тебе могу обещать.

Что сказать, с моей стороны было бы глупостью отказаться от подобного союза, тем более что плюсов для меня от этого сотрудничества намечалось гораздо больше.

На пять дней я задержался в монастыре, и все это время у меня с отцом Сергием, по сути, шел торг. Если с его нуждами изначально все было понятно, то вот своими хотелками я его удивил, если не сказать хлеще.

Просто я изначально решил, что раз пошла такая пляска, нужно выжимать максимум из этого союза. Так, первым делом договорился о предоставлении в моё распоряжение сразу трех десятков будущих учителей, способных быстро освоить новую грамоту и счёт и потом до конца жизни обучать население моего княжества. Тут пришлось соглашаться на совмещение: эти учителя будут подрабатывать ещё и священниками, ну или наоборот, но это не суть важно. Главное, что проблему с внедрением новой грамматики и счета я так или иначе решил, хоть и с определёнными затратами в будущем.

Естественно, я пообещал обеспечить этих самых учителей-священников всем необходимым и платить им достойное вознаграждение. Но это было самое простое, вот дальше все было гораздо сложнее, особенно в вопросе обучения моих людей определённым знаниям и умениям, которыми монахи совершенно не горели желанием делиться. Я сейчас говорю про будущих политработников и КГБшников. Тут изначально отец Сергий стоял насмерть, мол, братии будет проще все сделать самим: и людей убедить в чем угодно, и необходимой информацией обеспечить.

Даже говорить не хочу, чего мне стоило добиться желаемого, но я смог.

Уже по дороге обратно в Старый Оскол подумал: «блин, с церковниками торговался. Интересно, чем это все закончится и сильно ли меня намахали, ну и в чем?»

Как бы там ни было, а я в любом случае остался доволен. До этого самого будущего ещё дожить надо, а я сейчас одним махом решил сразу несколько ну очень важных вопросов. Покосился на Лелика с Боликом, которых мне с барского плеча отдал отец Сергий для помощи в отборе кандидатов в будущие сотрудники спецслужб, и подумал: «фигня война, главное — маневры, посмотрим, кому на Руси жить хорошо будет».

С этой мыслью почему-то настроение у меня испортилось. Кто бы только знал, как хочется положить все на всех и вся и с головой окунуться в постройку государства для людей, жалко, что вряд ли получится.

Уже на подъезде к городу нам встретился гонец, примчавшийся из Липецка с вестью, что прибыл Байдалинов с огромным обозом, который привёл с собой чуть не тысячу человек. Выслушав этого гонца, только и подумал: «а может, ещё все и получится, посмотрим еще».

Глава 19

Сразу все бросать и мчаться обратно я не стал. Выделил время на посещения железорудного месторождения.

Всё-таки, по большому счету, именно от него зависит, будет здесь строиться производственный комплекс или нет.

На самом деле я прекрасно знаю, что в будущем рядом со Старым Осколом найдут огромные залежи железной руды, которую будут добывать открытым способом из карьера. Но фишка в том, что ещё я помню, какая была глубина залегания этой самой руды, а она вроде как была совсем даже не маленькая, поэтому я и удивился, услышав о ТАКОЙ находке.

С месторождением оказалось все непросто.

Диковатого вида кузнеца, обнаружившего эти залежи руды на дне глубокого оврага, иначе, чем извращенцем или мазохистом, назвать сложно. Учитывая, что по весне во время половодья и после каждого даже небольшого дождя яму, где он добывал руду, полностью затапливало и ему приходилось вручную вычерпывать огромное количество воды, по-другому его не назовёшь.

Ни о какой промышленной добыче ресурсов при таком раскладе и речи идти не могло. Наверное, поэтому кузнец запасался рудой в основном зимой.

В общем, прежде чем наладить действительно серьёзную добычу, придётся изрядно поломать голову насчет того, как это все сделать. Овраг сам по себе ну очень немаленький, а значит и водосборник получается весьма серьезный.

Начал было активно размышлять на эту тему, но тут же плюнул. Главное, руда действительно есть, в чем я убедился, а остальное неважно. Придумают те, кому она нужна, как её добыть, а у меня и без того головняка хватает. Осознав это, задерживаться здесь больше не стал и сразу отправился в Липецк. Всё-таки интересно, кого там привёл Байдалинов, да и так в свете договоренностей с монахами дел дофига и больше, а значит, нефиг тупить и время тянуть, работать надо.