Василий Седой – Кровь не вода 3 (страница 30)

Я, естественно, не рассказывал ему о своём попаданстве. Хватило и того, что уже здесь пришлось пережить и хапнуть в плане преодолений со страданиями.

Он, кстати, узнав о планируемом переезде, без всяких сомнений и раздумий произнес:

— Значит, и я перееду с тобой. Только вот церковь теперь нам придётся строить на новом месте уже без сторонней помощи.

В общем, пришлось мне в итоге обещать помочь с постройкой нового храма, но не сразу, не в первый год, а постепенно. Поначалу придётся обходиться обычным деревянным строением. Только со временем займёмся постройкой уже капитального кирпичного храма.

Наверное, аппетит приходит во время еды. Вот отец Григорий и решил, что я — всемогущий, поэтому начал наглеть, чуть ли не требуя начать все с постройки капитального каменного храма. Пришлось обламывать и приводить его в чувства.

Вообще, после спонтанного совещания в бане меня несколько дней не трогали, давая возможность плотно пообщаться с зазнобой. А потом народ как-то дружно начал сыпать предложениями, как все организовать наилучшим образом, притом, некоторые высказанные идеи были более, чем стоящими.

Пришлось мне поневоле собираться в кулачок и сосредоточиться на делах. Начал я с очередного, уже более расширенного совещания, где присутствовали все заинтересованные лица из состава, если так можно выразиться, командиров и имеющих право голоса.

Довольно быстро мы пришли к мнению, что прежде, чем отправлять обозы, необходимо всё-таки послать в место будущего проживания хотя бы сотню казаков, задачей которых будет подготовить все нужное для встречи этих самых обозов.

Говоря проще, этому передовому отряду нужно будет отыскать имеющиеся там селения, напрячь местных и подготовить какое-никакое жилье с амбарами для людей и имущества, доставленных туда с обозами. Также уже на месте нужно будет определиться, где наши люди будут дожидаться переселенцев из крепости.

В общей сложности мы запланировали на зиму отправку на реку Воронеж около трех сотен казаков и четырех обозов, состоящих каждый из двух десятков саней. Плюсом эти казаки перегонят туда около полутысячи лошадей.

Конечно же, всё это обойдётся мне очень недёшево. Придётся потратить почти все свои заначки, имеющиеся в наличии, но оно того по-любому стоит.

Всё-таки, как не крути, а казаки, добравшись туда зимой, проведут большую подготовительную работу. В перспективе помогут сэкономить мне уйму времени, которое после начала переселения из крепости будет, что называется, на вес золота. Всё-таки сделать все, запланированное за тёплое время года, будет непросто, если не сказать хлеще. Поэтому и нужно чуть повысить свои шансы любым доступным способом.

Скажу больше. После долгих размышлений я понял, что по-хорошему мне самому нужно идти с первой сотней.

В конце концов, мне там жить и командовать, а значит, нужно самому определяться на месте с тем, где буду основывать будущее поселение, и может даже не одно. Да и с живущими там людьми лучше бы самому решать все вопросы, не полагаясь на кого-либо другого. Всё-таки есть у меня надежда прибрать их к рукам и сделать своими. Тем более, что это для меня сейчас самое главное.

Подтолкнул меня к принятию решения ехать туда самому ещё и разговор с Макаром. Он состоялся на следующий день после совещания.

Макар сам подошёл и произнес:

— Пойдём, Семен, отойдем в сторонку, поговорим без лишних ушей.

Я как раз собирался идти к коптильне вынимать готовую рыбу и предложил Макару совместить полезное с приятным. Поговорить, а заодно и свежей копчёной рыбкой полакомиться.

Вот там, под поедание копченых лещей и состоялся этот, в чем-то знаковый разговор, который с вопроса начал Макар:

— Семен, а как ты на новом месте собираешься решать вопрос взаимоотношений с московским царем? Он ведь вряд ли захочет терпеть у себя на границе княжество, привечающее убежавших от него людей.

— Хороший вопрос, на который нет однозначного ответа. По большей части все будет зависеть от царя. Я — слишком уж незначительная величина в сравнении с ним, а значит, и равных отношений не будет. Поэтому нужно будет, в любом случае, находить с ним общий язык, а скорее, общие интересы. Но и совсем уж прогибаться под него не особо хочется.

Макар выслушал мой ответ и задумчиво произнес:

— Хорошо, что ты все это понимаешь, и не стал это понимание от меня скрывать. Сейчас московский царь начал потихоньку привечать казацкую старшину в желании получить в своё распоряжение сильного союзника в борьбе со степными народами. Он прекрасно понимает, что силой у нас тут ничего не решить, поэтому действует больше лаской, отправляя сюда, как богатые подарки отдельным значимым казакам, так и в целом войску Донскому. От него уже довольно давно было предложение заключить союз и уйти под его руку, при этом продолжая жить своим укладом. Круг тогда отклонил это предложение, потому что царь хотел выдачи белых от него людей, на что казаки никогда не согласятся.

Макар прервался, немного подумал и продолжил говорить:

— Я тебе все это к чему рассказываю? Рано или поздно царь своего добьётся. Всё-таки враги у нас общие, а он далеко не дурак, чтобы стоять на своём в отношении беглых, и придумает, как обойти эту препону. Так вот, пока он с нами не договорится окончательно (что точно будет ещё нескоро), по-любому постарается не испортить зарождающихся отношений. Я думаю, что он не станет ничего предпринимать в отношении желания казаков взять под себя ничейные земли. Тем более, что казаки там будут выступать щитом между его державой и крымчаками с ногаями. Ему это на руку.

Макар уже весело на меня посмотрел и подвёл итог:

— Совсем другое дело, если ничейные земли займёт ни от кого независимый человек, назвавшийся князем. Этого он просто так не оставит и постарается, как можно быстрее, прижать этого наглеца к ногтю. Я тебе уже говорил, что признателен тебе за внука, вот и хочу поблагодарить, дав добрый совет. Прежде, чем переселяться на реку Воронеж, договорись с кругом о создании ещё одного казачьего войска, которое будет частью Донского казачества.

Видя непонимание на моем лице, он объяснил:

— Чтобы тебе совсем все стало ясно, я тебе расскажу и ещё кое-что. Помимо московского царя, подарки нам шлют сейчас ещё и с Запорожской Сечи, которую в свою очередь активно обхаживают ляхи. Более того, запорожские казаки, которых раньше мало интересовало дикое поле (если только не в плане защиты от степняков), сейчас уже строят укрепленные городки по рекам, позволяющие со временем объединить наши с ними территории. Понятно, что Московскому царю не нужно такое распространение влияния ляхов. Поэтому он и не станет ссориться с нами без веской на то причины. Вот я и говорю, что, если помимо хоперских казаков, появятся ещё и воронежские, он хоть это и заметит, но никаких враждебных действий в отношении этого войска предпринимать не станет, как бы ему этого не хотелось. Пока круг окончательно с царем не договорится о дальнейшем сосуществовании, ты сможешь властвовать в этих землях без оглядки на кого-либо. Но тебе придётся жить казачьим укладом и быть частью войска Донского со всеми вытекающими. А значит, казаки тебя должны будут выбирать атаманом.

Признаться, он меня заставил задуматься, потому что в том, что он предлагает, есть как свои плюсы, так и минусы. Причём неизвестно, чего больше. Одно дело быть самостоятельным во всех отношениях, и другое — подчиняться прихотям кого-либо. Круг ведь тоже может зачудить и присудить что-либо неприемлемое. Вот и нужно хорошо подумать, надо ли мне это.

Естественно, я поделился своими опасениями с Макаром, который рассмеялся и произнес:

— Семен, ты не думай, что казаки такие уж дурные, что не способны понять всю подоплеку дела. Ты все организовываешь за свое серебро, а значит, имеешь право устанавливать на своей территории свои же законы. Единственное, на что тебе нужно оглядываться, это казачий уклад жизни на твоих землях и участие во всеобщих походах, если круг решит воевать с кем бы то ни было всеми возможными силами. Ещё, конечно, тебя должна волновать преемственность власти, потому что, если у тебя наследник будет недостойным, никто его атаманом не выберет. Но тут уже от тебя все будет зависеть, как обучишь и воспитаешь.

— Хорошо, с этим мне все понятно. Но ты ответь на другой вопрос. Например, если я начну чеканить свою монету или выделывать огнестрельное оружие, мне придётся с этого отдавать какую-то долю кругу?

— С чего это? — Неподдельно удивился Макар и пояснил:

— Долю с добычи выделить кругу — это святое. Все остальное его не касается. Хоть золото найдёшь и копать его будешь, никто слова не скажет.

— А как-же отобранная у меня коптильня или то же железо, которое нужно было кругу? — Немного ехидно напомнил я, на что Макар, улыбнувшись, ответил:

— Семен, не путай ровное с кривым. В тех случаях это нужно было кругу хоперского казачества! Что будет нужно кругу воронежского, определять будешь уже ты. Что же касается большого круга, там немного все по-другому. Конечно же, в случае надобности, воронежское казачье войско, как часть казачества, могут обязать помочь большому кругу в том или другом деле, но не просто так. В любом случае, выгоду свою твоё войско при этом получит и в обиде не останется, потому что казаки друг за друга всегда стоять будут. И обижать сотоварищей — последнее дело.