Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 34)
— Внушением?
— Именно. Что мы знаем о способностях животных? Новобранцев сколько обучать нужно, чтобы строевые приемы выучили? А птицы — мозга чуть, а как слаженно стая каких-нибудь грачей в воздухе эволюции выделывает. Или рыбы, уклейки, мозгов совсем капля, а в воде строй держат лучше семеновцев. Вот и крысы… На одной волне у них с человеком мозг. Даже лучше. Они нам могут внушать, а мы им нет. Чем больше крыс, тем сильнее внушение. Могут внушить, что перед тобой командир, большой вождь, да кто угодно. Сунут газету, и скажут, что это мандат мандатов.
— Но погодите. Александр Александрович, кто-то ведь должен сунуть эту бумагу. Не крыса же?
— Не знаю. Какого-нибудь человека подчинят себе, и заставляют представлять, кого понадобится. Вот хоть Ешкина. А других заставляют в это верить. Так они и похитили три эшелона.
— Зачем?
— Зерно им, как сказал Максимилиан Леонардович, для себя нужно. Каждая крыса рожает пятнадцать крысят, если корма вволю, то и больше. А те зреют на сытных кормах быстро и тоже начинают плодиться.
— Точно! Я в журнале читал, что пара мух может слона за три дня съесть — в Африке, понятно.
— Вот-вот. Мы не в Африке, и слоны у нас в диковинку, а вот зерно…
— А что будет с зерном?
— Что обычно. Перемелется — мука будет.
— Но крысы… Они, получается, умные?
— А люди? — спросил Арехин.
И тезка Он начал думать.
Е-карету мне, е-карету!{37}
Удобство – штука условная. Ещё и в девятнадцатом веке было привычно читать и писать за конторкой, стоя. Даже сейчас есть активные приверженцы стоечтения, и доводы их, возможно, не беспочвенны.
Ну, а чтение сидя распространено чрезвычайно. Собственно, оно и есть эталон. Библиотеки ориентированы именно на подобных читателей, а уж библиотекам стоит доверять – профессионалы. Гигиенисты тоже поучают: читать следует за столом. Но фракция читающих лежа не отступает и не сдается. Число любителей почитать на диване, в гамаке, на пляжном песочке достаточно велико, чтобы о них помнить, их любить, о них заботиться.
Но заботятся как-то средненько. Ненавязчиво. Почти равнодушно. В этом я убедился, зайдя в компьютерный салон – один, второй, третий. Приблизительно треть книг я читаю в традиционном виде, а две трети – в виде файла. И пропорция с каждым годом меняется в сторону электронных версий. Для чтения сидя у меня десктоп, а если вдруг захочется полежать – рядом с диваном на журнальном столике ноутбук. Приспособился, но всё ж не то. А тут как раз обзоры почитал, да и денежка осталась. Плюс - жена чтение с монитора не приемлет категорически, и приходится покупать бумажную версию, в сумме выходит куда дороже, чем е-читалка ("В банке денег накопи – с Белинским Гоголя купи!"). Вот и решил потратиться.
Увы, не было читалок в продаже. Спрос на них в Воронеже мизерный. Под заказ привезут, а так не держат.
Это меня охладило, и заказывать я не стал. Погожу. Во всяком случае, покамест они таковы, каковы есть – серенькие, маленькие, убогонькие. А ещё – читалки несамодостаточны. Электрическая книга без компьютера ни в библиотеку, ни в книжную лавку обращаться ведь не может. Процесс происходит в два действия. Действие первое: я открываю ноутбук, и, не сходя с дивана, стучусь в библиотеку, скачиваю книгу. Книга в программной читалке предстает передо мной во всем великолепии: отличный переплет, шикарная бумага, цветные иллюстрации – царевна!
Действие второе: я переношу файл на читалку железную, и она, словно злая волшебница, заколдовывает мою царевну: и глаза не те, и прическа, и всё-всё-всё тускло, невзрачно, жалко. Лягушка, обыкновенная лягушка! А мне лягушку хоть сахаром облепи, в рот не возьму.
Так зачем оно мне, такое второе действие? Исключу-ка его. Тем более, что есть и третье действие: работа с текстом. Ведь книжку не просто читают, зачастую с ней работают. Подчеркивают понравившиеся места, цитируют, оставляют замечания (
Десктопы, ноутбуки, теперь вот нетбуки, цифровые фото- и кинокамеры, коммуникаторы, даже цифровые телескопы за пять лет прошли изрядную дистанцию, читалки же не спешат.
Может быть, потому, что не спешат читатели?
Куда, собственно, спешить? На кладбище? Треть жителей России книг не читают вообще. Не сделали привычки, считают, что книга сушит. А читают каждодневно – менее четверти грамотных. И это бы не беда, но запойные книгочеи зачастую люди зрелого возраста, а трезвенники – молодежь. Поскольку будущее определенно принадлежит молодым, то следует ожидать дальнейшего сокращения круга читающих. Раз так, то стоит ли развивать технологии для вымирающих динозавров? А молодежь не читает книг не из врожденной порочности натуры, а лишь потому, что книга потеряла свое значение. Вдруг причина снижения интереса к книге необорима? Вдруг прошло её время, как прошло время огнива, сахарных щипцов, папиросных машинок, драмкружков и народных театров, карет и паровозов, волшебного фонаря и домашнего вертепа? И потому призывать производителей развивать электронные книги столь же продуктивно, как обращаться к автогигантам с просьбой обновить модельный ряд телег, кибиток, тарантасов и дормезов.
Конечно, книгочеи без боя не уйдут. Ещё ждут нас кампании "Книга – лучший друг человека", "Книгу в каждый дом", "Пятьсот книг" (с льготным банковским кредитом) и прочие.
В конце концов, на пять процентов населения и писатели, и издатели могут рассчитывать твёрдо.
Нежданное Оружие или Praemonitus praemunitus{38}
Любопытно, попав в новое место, пройтись по улицам и переулкам, заглянуть в лавки, где выложены грамотно подобранные товары для туристов – африканские маски, отпугивающие, а то и приманивающие злых духов, запечатанные перстнем Соломона арабские кувшины, в которых, быть может, томятся выдержанные джинны, эскимосские поделки из моржовой кости, при правильном обращении оборачивающиеся ледовыми вурдалаками, наконец, старые, исполненные магией номера "Компьютерры"… Чего только не найдешь в этих лавках! Жаль, далеки они от нас, и нужно лететь на край света, в Бомбей, Порт-о-Пренс, Харбин или в деревеньку Каменка незнамо какого уезда: в каждой стороне есть своя Каменка, поди, угадай...
Но порой неожиданности подстерегают за порогом собственного дома: почтовый ящик, мимо которого мы ходим вот уже тридцать лет, оказывается гнездом полярных шершней, пересохший фонтан – гасителем счастья, да и сам порог не порог вовсе, а уснувший до поры Блуждающий Чемодан. Близость и обыденность, каждодневное присутствие действуют, будто очки-невидимки, но вот случайное движение сметает очки с носа, и даже страшно становится – какие, однако, диковины нас окружают.
Свежий взгляд способен принести нечаянные плоды в любой отрасли. В литературе и искусстве, правда, первопроходцы получают больше шишек, чем пышек – потребителю нужно время свыкнуться с новыми формами и приёмами, потребитель любит привычное, недаром практически все пьесы Чехова встречались публикой весьма прохладно. Зато потом…
В военном же деле неподготовленность противной стороны к нововведениям есть дополнительное преимущество, умножающее эффект применения нового оружия, будь то танки, газы или атомная бомба.
Потому литература может стать важным элементом гражданской обороны: описывая действие покуда несуществующего оружия, она тем самым морально готовит население, предупреждает. А кто предупрежден, тот вооружен. Еще Александр Сергеевич Пушкин, рассказывая историю создания системы раннего обнаружения "Золотой Петушок", писал прямо и откровенно: "Сказка ложь, да в ней намёк".
И потому я хочу внести свой вклад в обороноспособность страны, предупредить о видах вооружения, доселе гражданской обороной не учтённых. То есть немножко прилгнуть, выражаясь деликатнее – посочинять.
Номер первый в списке Нежданного Оружия – мороз-поле, в экспортном исполнении экзофризер. Оружие, генерирующее холод не внутрь ящика, контейнера или даже цеха, а наружу. И как генерирующее! Целые губернии среди осени погружаются в трескучие морозы, когда и птицы мерзнут на лету, и слезы, и солдаты вероятного противника. На первый взгляд, появлению подобного оружия препятствуют законы термодинамики, но открытие Генриха Нафферта позволяют эти законы если не отменить, то обойти. "Снежная Королева", первая и пока последняя установка мороз-поля, получила боевое крещение в ноябре – декабре 1941 года во время битвы за Москву. В 1942 году эксперты признали установку шарлатанской, вредительской и подрывающей боевой дух – морозились ведь не только чужие, но и свои. "Снежную Королеву" размонтировали, и лишь бегство изобретателя в Навь-Город спасло его от карающей длани соответствующих органов.