Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 1. Computerra 1997-2008 (страница 87)
Выяснится, правда, что летун летуну рознь. Один поднимется на метр и трюх-трюх, едва до булочной долетит, а обратно уже ножками, другой сможет отмахать с дипломатом в руке пять-шесть верст со скоростью голубя, лишь слегка запыхавшись, но двое-трое из школы хоть в грозу, хоть - соответственно экипированные - в стратосферу!
Интриговать будет еще и то, что открытие свободной левитации свершится почти одновременно на всех материках, и потому вопрос «летать или не летать» келейно решить не удастся: в Америке летают, в Англии летают, даже на далекой Амазонке открывают школы свободного полета. Безусловно, летать - это хорошо, скажут народные мудрецы. Но нужно ли обучать левитации с кондачка, повсеместно, любого желающего? Да и средств на всех пока нет: качельно-карусельная промышленность за последние годы не развивалась, а даже как бы и наоборот. И потом, мы что, все дела на земле решили? Одного мусору вон сколько, а ведь еще и заграничный везут. Тот, правда, обещают на тысячу лет под землю закопать, но кто ж копать будет, если все - в небе? Может быть, стоит параллельно обучать подземному передвижению?
Опять, не опасно ли летать индивидуально? Вдруг он наркотики доставлять станет несанкционированно? А так - купил билет, сел в самолет, все под контролем, и авиапромышленности отечественной польза, и таможне, и водителям, что из аэропорта до города за милую душу довезут.
Или вот армия. Конечно, летучие эскадроны - эффективно и заманчиво. А ну не захотят эти летуны летать строем? Их и сейчас, пешеходов, пока отловишь, семь потов сойдет, а начнут летать? Сети прикажете с аэростатов развешивать на потеху честному миру?
Но прогресс, желание походить на цивилизованную страну, наконец, простое здоровое любопытство непременно заставят открыть десяток-другой школ. И, на удивление, летать наши научатся не хуже прочих. Многим даже покажется - лучше. Прочим, им-то полет не особенно и нужен: дороги хорошие, автомобили хорошие, а нам, нам!.. Это ж мечта - над мусором, битым стеклом, подозрительными лужами в подворотнях взлететь и…
Тут-то скептики и восторжествуют. Куда лететь-то? В булочную, за пивом? Оно того стоит? Бдящие возгласят: мы его, понимаешь, учили-учили, всю валюту на батуты извели (ну, не всю, но что-то извели точно), а он возьмет и - ходу, куда ветер теплый дунет! Нужно его особым страховым ремешком маленько пристегнуть к левой задней ножке, на всякий случай. Другие возмутятся: напротив, поощрять летунов согласно проявленным способностям! Если на метр оторвался от земли - носи медальку в унцию, а если в эмпиреях паришь - пудовую. Чугунную. А для поверки награжденных особую электромагнитную башню построить, вот все летуны и станут шелковыми (пристрастие определенных людей к шелку порой доводит до изумления).
В городках поплоше, в селах и деревеньках покамест станут тренироваться на средствах подручных: подвесных сетках, что остались от старых цирков, тарзанках, в порядке энтузиазма масс устроенных у чистых и прохладных водоемов. Заслуженные люди вспомнят, как во время оно портреты самых заслуженных несли над собою на длинных шестах, предвидя в них левитаторов, и предложат возродить полезную традицию.
Икаризация пойдет семимильными шагами.
Проблема возникнет, когда поймут, что способность к полету никак не соотносится с казенными качествами левитанта. Иной видом хорош, наградами не обойден, авторитетом пользуется как в коллективе, так и в иных местах, а выше забора взлететь никак не сумеет. Другой и подавно - заслуженный тяжеловоз, хвост один чего стоит, а вместо полета «кулды-кулды-кулды» - и все.
Потому все эти полеты потихоньку станут объявлять несерьезным делом, забавою, отвлекающей от польз и забот насущных. Появятся статьи о невиданном травматизме из-за падения с высоты, поражении электротоком несчастных, запутавшихся в проводах, разладах в семьях - дети летают, а родители нет. Постепенно, снизу, совершенно на ровном месте возникнет мнение о бесполезности полета как такового без тщательно разработанной и выверенной программы, на выработку которой потребуется лет десять. Станут поговаривать, что и часы на левитацию нужно бы подсократить, а вместо них ввести дисциплины куда более полезные - житие постников и молчальников, патриотическую физическую культуру и национальную биологию.
И всем станет хорошо…
Время Гладиатора{284}
Собака укусила человека - банальность. Человек собаку - сенсация.
Подобная сенсация случилась пять минут назад. Нет, я не кусал Шерлока, лучше: я выиграл в шахматы у компьютерной программы Fritz! Fritz вздохнул, пожаловался на головную боль и пообещал в случае повторения проигрыша переквалифицироваться на борьбу сумо.
Крамник еще только примеривается к октябрьскому действу, а я - вот он каков!
Разумеется, Fritz играл не в полную мощь. Я подстроил его под собственный рейтинг (после победы над мистером Фелсом из Гарвард-Смитсоновского астрофизического центра он вырос до 1920, если кому-то это интересно). Поставил задачу по силам. И решил!
Посмотрим, как это удастся Крамнику.
Человеческая же междоусобица интересует меня все меньше и меньше. И если бы одного меня…
Действительно, к чему ждать чемпионата мира, если каждый на своей машине может его устроить - Фриц, Нимцо, Шреддер и доктор (Григорьев?) будут сражаться без договорных ничьих. Качество игры гарантируется. Что ж, народным и заслуженным идти блицевать на скамеечки в парки по десяточке, а неимущим - на щелбаны?
Театральные антрепренеры в свое время дружно ругали кинематограф, а киношники - телевидение. Гроссмейстеры хором накинулись на компьютерные программы. А зря! Они - те самые рукавицы за поясом, путь к спасению.
Пресыщенные гладиаторскими боями, древние римляне стравливали людей со львами, тиграми, носорогами и прочими заморскими чудищами. Победитель Львов гладиатор Молот из Перми против Бенгальского Тигра! Народ валил валом, делал ставки, спонсоры вешали по краям арены свои плакатики: «Храните сестерции у Калигулы - надежно, выгодно, удобно!», «Новый роман Светония появится в продаже через три дня!» и прочие, подобающие тому времени.
И выходили на арену люди и львы.
Прошли века, но люди остались людьми. Им подавай чего-нибудь покровавее.
Крамник против Каспарова - пресновато. Хотим заморское чудище!
И вот выползает оно - обло, озорно, стозевно! А нынешним гроссмейстерам не по себе. Вдруг съедят? Слышатся заявления: «с программами не играем принципиально!»
Зритель не смотрит соревнования тоже принципиально. Последний чемпионат Москвы прошел без них.
Срочно требуется гладиатор - истребитель кремния. Все остальные титулы, боюсь, скоро совсем потеряют свое значение.
Вполне вероятно, гладиатором будет человек, с людьми не играющий вовсе. У человека свои слабости, у «Шреддера» свои. С пеленок гладиатор будет изучать тактику и стратегию программ, подсматривая за ними из зарослей тростника, засылая агентов в дружные коллективы программистов, выискивая глюки и баги. И одновременно совершенствуя свой ум, реакцию, интуицию. В конце концов, программы - это лишь воплощенное мнения людей. Люди думают, что играть нужно так, и они пишут соответствующую программу. Но вдруг они ошибаются? И не «вдруг» - ошибаются наверняка! Перефразируя древнюю мудрость, скажу: кто может, играет сам, кто не может, пишет программу. Ботвинник - подтверждение правила, поскольку, умея играть, не сумел написать.
Разумеется, и программисты не будут сидеть сложа ручки. Начнут сманивать лучших из лучших белковых игроков в надежде заполучить Самую Главную Тайну. Еще Каспаров настойчиво повторял, что внутри Deep Blue сидел человек - разумеется, в переносном смысле. А если в кремниевую команду войдет сам Каспаров?..
А ничего страшного не произойдет. Это только кажется, что шахматист знает, как играть. На самом деле шахматная партия ближе к поэзии, чем к математике, а даже самый гениальный поэт не может никого научить писать гениальные стихи. Рифмовать строчки - это запросто. Все шахпрограммы - отчаянные рифмоплеты. И словари у них богатейшие, и быстродействие каждый год удваивается, и все предыдущие стихи от гениев до Лауреатов Премии Ленинского Комсомола помнят, а нового «Фауста» как не было, так и нет. «Мефисто» все же не то.
Сплошь «ты лети, моя ракета», как сетовал космонавт из одного романа.
Шахматные Маугли уже растут. Как прежде в Лисьей Норушке мог развить свой шахматный дар Ваня Батура? Ну, победит он счетовода Петрова, крепкого третьеразрядника, а дальше? Перечитывать до дыр Нимцовича? А теперь к его услугам кремниевый тренер, трезвый, дешевый, умный. Мастера он из Вани сделает, а если есть искра в душе Вани (и электричество в розетке), то и гроссмейстера. Человек создал шахматные компьютеры на свою погибель? Это была только первая серия фильма про войну. Компьютерные программы воспитают своего победителя!
Да и простым любителям шахмат вроде меня тоже польза немалая. Недавно напал я на организацию IECC и теперь играю по переписке со всем миром. Нужно только дать честное слово, что во время игры не будешь пользоваться подсказками шахматных программ - и играй на здоровье. Вспоминаю анекдот: «Джентльменам верят на слово. Ну тут мне карта и поперла!». На самом же деле воля у меня оказалась могучей - пусть они, если захотят, становятся компьютерной периферией. Я же, если и проиграю, утешусь по-деревенски - что не корову. Но уж зато выигрыш - мой целиком и полностью.