Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 1. Computerra 1997-2008 (страница 67)
Везде - в камере, на митинге, в чате и форуме, на фуршете и на шашлычках ищешь своего. Того, кому твои сомнения и печали близки и понятны. Или понятны печали его.
Ради этого, собственно, и пишутся книги толстые, тонкие и совсем невесомые. Всякие заявления, что стараются-де исключительно ради денежек, делаются с целью маскировки. Введения в заблуждение недругов. Прикрытия уязвимого места. Хочется выглядеть этаким слонопотамом, малым не промах, знающим, как правильно есть бутерброды. А поскреби поглубже…
Стивен Кинг выложил-таки четвертый кусочек «The plant»’а, а я его прочитал{246}. Наконец-то появилось «страшное», или, как выражались когда-то критики, «полезли ослиные уши Голливуда - секс, ожившие мертвецы и маньяки-убийцы». Хочет автор достучаться до своего читателя. Нет, я надеюсь, что большая часть американцев платит обусловленные доллары подобно моему добродею и что планка не опустится ниже заявленного уровня. Но все же пишутся электронные книги не только ради этого. Долгое время казалось, что разговоры останутся разговорами, а толку никакого не будет. Когда кажется - работать нужно, а не креститься. Франкфуртская книжная ярмарка показала: не только толк вышел, а просто действительно грядет новая эра. Кто не успел, тому опять догонять. К счастью, тут мы не последние. Может, даже и первые. Сергей Лукьяненко взял да и написал повесть «Прозрачные витражи» специально для Интернет-читателя. С ним он наладил «обратную связь», влияющую на сюжет. Получилось очень любопытно. Многие отечественные литераторы сплошь и рядом выкладывают свои произведения «для опчества» - берите, пользуйтесь{247}. Без пред- и послеоплаты. Наверное, это нехорошо. Но - нужно. Необходимо. Внутренняя потребность найти подобного себе.
Электронные книги плодятся и в силу обыкновенной экономической неизбежности. Дорого слишком - печатать, как дорого посылать нарочного, когда есть телефон. Хотя… Недавно взял я «на почитать» одну очень медицинскую книгу. Хоть и в мягкой обложке, но почти тысяча страниц текста. И прилагается карточка: можете заказать одну книжку за 4 доллара, можете всю серию из десяти книг, за сорок долларов{248}. А можете те же десять книг, но на компакт-диске за… 180 долларов! Ценовая политика меня потрясла, ошеломила. Да уж! Какая тут хитрость? Думаю, думаю…
Думаю, а сам поглядываю в соседнее окно, где происходит решающее сражение, пятнадцатая партия матча Каспаров-Крамник. Доска, часы, комментаторы… Все - вживую. На весь мир стук - заходите к нам на огонек. Посмотрите, что делается! Комментируют не только люди, а и машины. «Deep Junior», «Fritz»… Сбылось. Более того, в ближайшее время очередной командный бой: гроссмейстеры против компьютеров. Душераздирающее зрелище. Пора запретить, как негуманное, кровавое, жестокое. Не бой - бойня. Куда корриде! Только - буду смотреть. Не забыть бы купить Интернет-карточку, а то счет стремится к нулю. Да еще повременная оплата за телефон… Недавно прочитал с удивлением, что воронежцы-де довольны повременкой. Наверное, это какие-то особенные воронежцы. Подпольные, невидимые. Чему радоваться-то? С введением повременной платы воронежцы получили повременную оплату - и больше ничего. Качество связи не улучшилось ни на бит в секунду. Да и с чего ему улучшаться?
От грустного - к радостному. Гулял недавно с Шерлоком, прошелся мимо конфетной фабрики (очень забавно, но я имею к ней некоторое отношение. Жаль, никак не примут закона о реституции). Понюхал вкусный воздух, раскатал, как водится, губу и дальше пошел. Рядом когда-то водочный магазин был, а теперь - магазин компьютерных игрушек. Железо и программы. Вот что вытеснило зеленого змия! Безо всяких драконовских мер и общества поголовной трезвости. Тут же пришло в голову: пиратский софт и самогоноварение если и не близнецы-братья, то кузены наверняка. Когда лет этак восемь тому назад везде было вдоволь качественной дешевой импортной водочки, совсем заскучали мастера змеевика. Но теперь… Чем дороже водка, тем больше пьют самогонки. Во многих селах водку вообще не покупают. Да и риска ослепнуть от самогонки все же меньше, чем от облепленной всякими голографическими марками, но все равно «левой» водки. Нет, «Квака» водку потеснила здорово. Геймеру водка - смерть в самом что ни на есть виртуальном смысле. Счет идет на миллисекунды, а рюмка тормозит на десятые. Много памяти занимает…
Пастбище тучных коров{249}
Реклама
Знакомый мой, как подходит время масло менять в машине, просто с лица спадает. И операция-то пустячная, а вот же… Заботит его судьба отработанного масла, куда оно, грязное и ядовитое, девается. Он и дома бы его поменял, собственными руками, но на землю выливать претит. Поэтому едет к мастерам. Они тоже на землю льют, но все же подальше от дома, от своего двора.
Машин много, с каждой отработанное масло в землю попадает. Просачивается в глубины. Потихоньку, медленно собирается ядовитая линза, вернее, миллионы линзочек. Кому, интересно, их расхлебывать?
Недавно читал я любопытную книжку, где особенности русского национального характера объясняются необъятностью просторов страны. Подсечно-огневое земледелие-де сделало нас такими, каковы мы есть. Подрубили лес, через два-три годика сожгли, на богатой земельке собрали несколько урожаев, почва истощилась - ну, мы дальше пошли, новый лес подсекать. Потом еще и еще… Вместо того, чтобы обиходить землю, регулярно начинали новую жизнь на новом месте. Оттого, мол, пошел и русский «авось», и наплевательское отношение к месту обитания. Какой-нибудь кибуцник всю жизнь вертится на песчаном пятачке, каждую картофелину перед тем, как в ящик уложить, оботрет тряпицей тщательно - плодородная почва дорогого стоит, - а мы до самого недавнего времени все корнеплоды продавали пополам с черноземом - с воронежским черноземом! - за одиннадцать копеек килограмм.
Прирастали Сибирью и прирастали. А американцы прирастали Диким Западом, да еще пошустрее нас. И вдруг - кончилась Сибирь, кончился и Дикий Запад. Одинаково кончились, Тихим океаном. Дальше либо в воду лезть (вспомним «Подводных земледельцев» А. Беляева и проекты И. Кусто), либо улучшать, обустраивать, чистить ту землю, которую имеем. Размах и удаль попридержать, энергию переключить на качества молчалинские - умеренность и аккуратность. По зрелом размышлении качества эти выглядят совсем не такими скверными, какими их представляла школьная программа. Естеству нашему они казались противными, а если поразмыслить - что ж плохого в аккуратности? Да и умеренность - свойство вполне «гринписовское». Но в школьном возрасте клеймились презрением, как недостойные широкой натуры нашего народа.
«Кемска волость, кемска волость»… Да у нас под помойками земли столько, что вся Голландия поместится и еще место останется! Порой думается, что страна наша из космоса видится сверкающим бриллиантом, столько по ней битого стекла рассыпано. Куда ни ступишь - оно. Жизнь дается человеку один раз, и нужно постараться оставить после себя след. Погулял по берегу речки, в лесу, в поле - непременно отметь событие битьем бутылок. Голландия, она маленькая, а мы…
Но ведь просторы - не данность. Нужно ж было их собрать (вернее, у кого-нибудь, да отобрать), отстоять. Поди, и Голландия бы не отказалась стать покрупнее как-нибудь нечувствительно. Вот была бы страна… Поля тюльпанные, поля футбольные, тротуары вымыты, кругом чистенько, гладенько, из каждого угла ресурсосберегающие технологии выглядывают… «Фольксваген» грозится создать автомобиль с расходом топлива 1 кг на 100 км пробега - маленькая такая машинка с дизельным моторчиком в пятнадцать лошадиных сил. Хожу и умиляюсь, ай, немцы, ай, уважили природу, явили миру пример неприхотливости. Да у нас на пятнадцатисильную повозку и сесть никто не захочет, а они, при их доходах, - не гнушаются. Европа-то маленькая… Специально на то поставленные люди возвращают земле первозданную свежесть. Вековой Институт Дворников. Дворник - это не только и не столько мусорщик. Были, говорят, и у нас они когда-то, старались, следили за уютом. Некоторым даже обещали медаль выхлопотать за дворницкую работу… Куда подевались? За барином уехали в Париж? А кто убирать будет? Обидно. Стоишь посреди всего и гадаешь: став большой, сохранила бы Европа порядок и чистоту, непривычную до изумления? Или тоже того… стеклом?
Поскреби добропорядочного буржуа - глядишь, пятачок и проступит. Не в каждом, но все-таки есть и среди них наши братья по разуму. «Жаль, королевство маловато, разгуляться негде».
Случись приобрести вдруг бескрайние просторы, инстинкты распоясываются, и начинается рубка щепок со страшной силой. Впитанное с молоком матери уважение к природе и окружающим людям вдруг выпитывается с потрясающей скоростью.
Разгул поросячьего отношения к пространству и людям, его населяющим, занятно изучать в собственном компьютере. Программы сродни газам - стремятся занять весь доступный объем. Экспансия необычайная.
Казалось, вчера только четырехгигабайтный винчестер казался бесконечным простором, а на днях взял я прайс-лист (все собираюсь вступить в клуб «Гигагерц», но не спешу, «праздник ожидания праздника» всего дороже), а там - шестидесятигигабайтные левиафаны. И ведь знаю, пройдет самое непродолжительное время, и с казового конца перейдут эти 60 Гбайт в конец трущобный, жить на них будет столь же уютно, сколь и в хрущевской пятиэтажке, сорок один метр общей площади, двадцать восемь жилой, санузел совмещенный…