Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 1. Computerra 1997-2008 (страница 53)
Конечно, моделируются не рыбки, а наше представление о них, довольно-таки примитивное представление. Чтобы разобраться с одним белком, IBM строит гиперкомпьютер{159} "Blue Gene", а даже инфузория этих белков синтезирует россыпи, и все в самом реальном масштабе времени, чего уж говорить о рыбках - или человеках. Потому слухи о "виртуальном младенце", помещенном в Сеть врачами-изуверами "для опытов", даже не забавны.
Иное дело - учебные материалы. Довольно резать собак! А также кроликов, кошек и лягушек! Даешь виртуальный виварий для пользы студентов и прочих нигилистов-вивисекторов!{160} Кабы во времена Базарова существовал сетевой анатомический театр, глядишь, и литература иной дорожкой бы тронулась...
Идея поместить что-нибудь дружелюбное в нутро компьютера мне нравится, хотя достойного воплощения пока нет. Верно, современные мощности не позволяют. Но если через десять лет общая производительность PC возрастет еще порядка на два, на три, тогда...
На занавесочках{161} станут эволюционировать стайки самых разлюбезных аквариумисту рыбок, которых он будет тут же кормить виртуальными кормами, лечить от виртуальных же болезней и показывать на опять же виртуальных выставках; кошечка, та, что внутри, будет постоянно их ловить, шалить с мышкой и гадить тоже будет, приученная - в корзину, а не приученная - мелкими файлами по всему диску. Верный пес возьмет на себя функцию тотального стража, будет защищать компьютерное нутро от несанкционированных действий всяких вирусов и Митников. Действительно, что стоит сделать антивирусу интерфейс добермана?
Кажется мне, механический пес давно уже поселился в моем доме. Только не внутри компьютера, а сам компьютер он и есть. Лучший кусок - ему, лучшее место - ему. У многих он единственная отдушина в жизни, вроде Муму бедного Герасима.
Чу! Барыня идет!
К вопросу о норме шоколада{162}
Чтобы владеть миром, нужно владеть информацией, владеть полностью, абсолютно. Хочу - поделюсь, хочу - ни байта не дам, а хочу - и даденное назад отберу.
Если первое и второе условие выполнить просто, то вот с последним - морока. Народные наблюдения насчет слова, воробья, пера и топора, конечно, не бесспорны, но гоняться с топором за воробьями, того-с... Да уж очень хочется - владеть.
Альтернативная история - отнюдь не дитя писателей-фантастов второй половины двадцатого века. Писатель честно и откровенно заявляет: сейчас буду сочинять, потому прошу относиться к написанному снисходительно, на веру не принимать и планы, даже пятилетние, на вымысле не строить.
Иное дело - люди серьезные. Ученые всех мастей и рангов, чиновники. Они каждое свое слово объявляют истиной в распоследней инстанции, усомнившегося ждет заслуженное воздаяние. Все, что было написано прежде, - забыть или предать анафеме.
Помню, как в школе учителя объявили, что с нового учебного года и букварь будет новый, потому старого покупать не должно.
- Это отчего же, - спрашивал родитель. - Буквы, что ли, поменялись?
- Не буквы. Вот кто! - отвечал учитель, показывая страницу с Никитой Сергеевичем.
- А... - понятливо тянул родитель и уходил, печалясь: хотел младшенькому учебник старшего отдать, для экономии, а не вышло.
В прежние годы, вспоминал он дома, экономнее были. Вымарывали строчки, заливали чернилами портреты, в крайности - страницу выдирали - и учились себе дальше.
Школою выводили нас дважды в год, в мае и ноябре, демонстрировать лояльность. Честно говоря, шли мы с совершенной охотой, потому как - развлечение. Три километра до площади{163}, под звуки марша прошлепать перед трибунами по жиденькой грязи, помахать портретами, шариками на прутике, покричать ура, на обратном пути купить мороженое в бумажных стаканчиках по одиннадцать копеек. Не ахти какое развлечение, но по сравнению с буднями...
Помню озабоченного райкомовского порученца, который бегал вдоль колонны, выглядывая, не несет ли кто портрет недавно освобожденного от обязанностей государственного человека. Дали распоряжение - такого-то изъять, не демонстрировать, а портреты в нашей школе оказались без подписей, верно, считали, что членов политбюро положено знать в лицо. Черт его знает, каков освобожденный с виду, вот инструктор райкомовский и маялся - вдруг запретишь портрет, да не тот.
На первом курсе медицинского института главной дисциплиной (по количеству часов) была у нас история партии. Нет, вернее, так: История Партии{164}. Преподаватели тоже насчет учебников предупреждали, мол, по старым готовиться никак нельзя, неправильная в них История, непременно ищите новый.
А мне достался - старый. И, знаете, ничего. Стоило лишь представить вместо
Н. С. Хрущева Л. И. Брежнева, а вместо XXII съезда XXIII-й (или даже XXIV-й, теперь и не упомню) - как получилось то, что нужно.
Оруэлловский герой восемьдесят четвертого года ретроредактировал газеты - производил вручную операции "найти" и "заменить". Шоколада в ихней утопии прежде выдавали тридцать граммов, стали двадцать, но путем нехитрых, но утомительных манипуляций с печатным словом каждый мог убедиться, что шоколада выходило гораздо больше. "Жить стало лучшее, жить стало веселее!"
Но для того, чтобы подобное редактирование шло гладко, без сучка и задиринки, необходим доступ ко всем буковкам страны разом.
Труд по ликвидации следов Истории Неправильной прежде был сродни сизифову. То рассылали подписчикам Большой Советской Энциклопедии (синей) статью о Беринговом проливе, то - циркуляр библиотекам об изъятии из фондов книг немодифицируемых. Но легко изъять из библиотеки казенной, а как добраться до приватной? А газеты, которые выписывала ну просто каждая советская семья, как с ними быть? И тут нашли решение, простое до гениальности: перестали производить туалетную бумагу!
Порой технические препоны оказывались неодолимыми - наснимался артист в фильмах, да в самых популярных, да в главных ролях, а потом взял да и уехал за кордон. Эх, был бы в те времена суперкомпьютер - заменили бы физию другой, благонадежной. А так вырезали из титров фамилию, и - все. Не чистая работа.
Энциклопедия синяя, энциклопедия красная... У меня на полках стоит и вообще цвета неудобопроизносимого - Большая Медицинская. Чем чаще смотрю на нее, тем больше грущу. Дождусь ли следующего, четвертого издания? Равно, как и энциклопедии российской? И сколько это будет стоить? И как быстро устареет{165}?
Большая надежда на новые технологии. Выпустить пятьдесят томов на компакт-диске - и материи меньше уйдет, и расходов по ее перемещению. Но почему - выпустить? Выпускать-то как раз ничего и не нужно, выпустишь - назад не вернешь. Информацию нужно хранить если не под спудом, то - только! - на сервере. С одной стороны, удобно и выгодно. Каких только вопросов не возникает у обыкновенного человека{166}, но не превращать же из-за этого дом в Ленинскую Библиотеку?{167} Да и стыдно как-то владеть сокровищем, которое используешь от силы на пять процентов{168}. Другое дело - библиотека в Сети. Понадобилось узнать точное значение слова "энвольтация" - идешь паутинным путем Куда Надо. А что вход чаще и чаще платный{169} - оно и к лучшему, "ибо во многом знании много печали".
Но как легко этой энциклопедией повелевать! Чудо, как легко. Несколько ударов по клавишам, и Грегор Мендель превращается из австрийского попа в чешского ученого - и наоборот, как будет соответствовать Текущему Моменту.
Дальнейшее развитие Интернета с точки зрения радетелей государственности состоит в его ликвидации. Тем и хороша виртуальная реальность, что можно ее сделать виртуальной в квадрате. Человек думает, будто шастает по всему миру, а на самом деле все линии ведут на одну-единственную черную-черную гору, на которой растет черный-черный лес, в котором стоит черный-черный дом...
ДМИТРИЙ ХМЕЛЕВ {170}
Как определить писателя?{171}
Василий Щепетнев