Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 1. Computerra 1997-2008 (страница 117)
И потом, как знать, дорогие земляне, как знать… Выйдешь безлунной ночью в поле, посмотришь на небо и каждой клеткой чувствуешь - смотрят оттуда. Смотрят - и видят.
Каравеллы Колумба уже пересекают Атлантику. Но мы не индейцы. Мы - бизоны…
Истощение почв{338}
Кушай шпинат, деточка, в нем много железа, говорил в стародавние времена доктор малокровной девице. Та кушала, гемоглобин поднимался до положенных значений, и все были довольны, включая комаров и огородников. Сейчас малокровие - явление обыденное, высокий гемоглобин вызывает подозрение, олимпийцев даже от стартов отстраняют, - мол, это у вас от допинга. Нет, от шпината, оправдываются олимпийцы, но охотники за допингом не верят. Потому что шпинат нынче не тот. Специалисты проверили: железа в нем оказалось чуть, как денег в копилочке-свинке учительского ребенка.
Виновато не растение. Просто раньше, в конце девятнадцатого века, когда стали дотошно считать полезные вещества в плодах и корешках, почва была богаче железом, йодом и прочими элементами, необходимыми для полнокровной жизни. Интенсивное земледелие забирает у земли больше, чем возвращает. Появился второй, третий, шестой миллиард, всем необходимо пропитание. Двуполье стало недостижимой роскошью, нужны калории, и побольше. Удобрения количество дают. С качеством хуже. Кто может себе позволить, питаются продуктами полей средневековья, удобренных золой, навозом, грозами. Хороша и океанская пища - омары, устрицы, да хоть треска, потому многие богачи и рыбаки сохраняют бодрость тела и живость ума до глубокой старости. Остальным приходится уповать на аптеки, предлагающие таблетки витаминов и микроэлементов. Но смена одной синтетической реальности (а еда есть реальность наиглавнейшая) на другую синтетическую дает сбои, и потому уже в понедельник утром человек просыпается усталым, а в пятницу вечером засыпает вообще никаким. Что делать, площадь пригодной к возделыванию земли ограничена, а новую землю, богатую природными железом и йодом, поди найди. Но когда находят - эффект налицо. Работа кипит, люди неутомимы, страна расцветает. Ост-Индская компания ввозила колониальные товары - сорго, рис, пряности, возмещая изношенность полей Альбиона. Бурный рост Северо-Американских Соединенных Штатов обеспечивала распашка среднего и дальнего Запада. Целина, ее хлеб, собранный с живой, неистощенной степи, подарила СССР бум шестидесятых.
Пространство для физического развития конечно. Пойдем дальше Мальтуса: на завоеванных рубежах нам удержаться не удастся, грядет сокращение. Но как насчет полей духовных? Действительно ли они необъятны, или простор для писателей, композиторов, математиков и, страшно вымолвить, программистов ограничен, причем ограничен не для отдельного индивидуума, с чем позволительно смириться, но и для человечества в целом? И мы вынуждены будем возделывать одни и те же ментальные пашни вплоть до их полного истощения? И никогда не породят они нового "Евгения Онегина"? Постоянный перепев старых песен на новый лад настораживает.
Что эстрада, на днях я слушал очень серьезный опус современного композитора, в который тот включил "лучшее из Баха, Вивальди, Моцарта", о чем и заявил миру, нисколько не смущаясь. Бесконечные римейки "Кинг-Конга" и прочих зверушек навевают мысль, что голливудские обитатели новый сюжет придумать просто не в состоянии (жду подновленного "Терминатора"). Как последнее достижение инженерной мысли преподносят комбинацию DVD-плейера с FМ/АМ-тюнером - и это в 2006 году! Конструкторы автомобилей изощряются преимущественно в окраске кузова и обивке салона. Программисты же… Главная их задача, мне кажется, заставить обывателя думать, будто новая версия продукта Х - 10.202 гораздо лучше прежней версии Х - 10.201, при этом не приведя ни единого доказательства. Верьте на слово. Приглядишься, да, обивка салона другая, и цвет кузова слегка поменялся… С нас и этого довольно.
Дэн Браун написал роман: у Иисуса и Марии Магдалины был общий ребенок! Эка новость, Антипа Подкалюжного за триста лет до Брауна били батогами и подвергли вырыванию ноздрей за проповедь ереси, будто Иисус и Мария Магдалина есть одно и то же лицо, а знаменитая фраза звучала так: "Кто сам без греха, пусть первым бросит в меня камень". Толстой переделывает на свой лад Пиноккио, Волков - мудреца из страны Оз, в отместку Стивен Кинг заимствует сюжеты у Тургенева и Горького. Да что великие, я недавно натолкнулся в книге неизвестной личности на собственный рассказ, а в газетах и журналах встречал свое многажды, и все с чужим авторством. В утешение подумаешь: мол, стало быть, я ничего, раз тащат, и махнешь рукой, пусть их.
Американцы готовятся к штурму Луны. Замечательно, только в 1969 году они там уже были, не без помощи Кондратюка - Шаргея. Повторное открытие Северного полюса, право.
А мещанин Никифор Никитин в 1843 году был сослан в Байконур за призывы колонизировать Луну, предчувствовал, видно, истощение земных почв. Жил ли Никитин на самом деле, или он выдумка историка Валерия Пименова, не столь уж важно. Важно другое: Луна по-прежнему ночами светит и не дает уснуть Обломовым и Штольцам. Первые в ней видят недостижимый идеал, а раз недостижимый, работай не работай - одно. Вторые - планету целины, способную вернуть в нашу жизнь элементы, утерянные здесь, на Земле.
Понять, что можно понять{339}
Встреча выпускников мехмата МГУ 1976 года, состоявшаяся 17 июня, подвигла некоторых ее участников к тому же, к чему их тридцать лет назад двигал и сам мехмат, - попробовать что-нибудь "понять".
При обсуждении чего угодно, не только задач и теорем, мехматовец тех времен то и дело повторял: теперь надо понять вот это; сейчас мы поймем, как устроено вот то, и т. п. Это была часть особого сленга, порожденного, конечно, профессиональной спецификой. Любопытно, что другие элементы этого сленга - привычка через слово вставлять "на самом деле", говорить "ровно так же" вместо "точно так же", делить все вокруг на "тривиальное" и "нетривиальное" - с началом перестройки почему-то получили широчайшее распространение. А вот "понять" в значении "разобраться", "узнать", просто осознать, где находишься ("надо понять, какое сегодня число"), большой популярности не приобрело.
Далеко идущих выводов я бы из этого делать не стал. Языком востребована магическая формула "на самом деле", а не абстрактный призыв "понять", - ну и хорошо. Все равно, если честно, владения мехматским сленгом мало, чтобы последовать этому призыву. Один из факультетских лидеров тех времен, выдающийся математик Юрий Манин недаром говорил в интервью нашему журналу, что "понимание", помимо всего прочего, еще и акт личного мужества. Но все-таки - что же можно понять о [Да, именно "о", а не "в", - ничего не поделаешь, сленг есть сленг] нашей новейшей истории из личных историй моих ровесников-мехматовцев? Каким образом недавние водовороты "большой истории" изменили течение историй малых, персональных?
Вот несколько сценариев. Классический вариант: был профессором здесь - стал профессором "там" (а иногда и там, и здесь) особых вопросов не вызывает; в некотором смысле - стандарт, но для "очень избранной" публики. Из здешних теоретиков - в миллионеры-практики Кремниевой Долины; в этом варианте наши, к счастью, тоже отметились. Экзотика: программист советских мэйнфреймов теперь работает где-то в Европе гуру дианетики (!) международного уровня.
Но большинство все-таки здесь, и реализуют другие сценарии. Был доцентом - стал коммерсантом, это довольно типично и иногда очень логично. Многие преподают в тех же вузах, работают в тех же научных институтах, что и раньше. Ведут те же кружки для школьников, с большим успехом курируют те же матолимпиады (только теперь - и международные). И даже неприкаянный гений умудрился таковым и остаться невзирая на все катаклизмы.
Так что с определенными допущениями можно констатировать: "траектории развития" остались почти такими же, какими сформировались еще в "мирное время". Только в некоторых случаях ушли в какую-нибудь непредвиденную плоскость.
Может быть, "маленькая", личная история в принципиальных моментах сильнее "большой"?..
Когда мы учились на мехмате, там не было ни одной мемориальной доски. Сейчас - на каждом шагу: "аудитория имени Петровского"; "здесь работал Александров", "здесь работал Колмогоров". Один из однокурсников, несмотря на то что достиг больших высот в гуманитарной сфере (история, философия), с чисто математическим интересом спрашивает: а когда умрет такой-то, вот эту аудиторию назовут его именем, как думаешь?..
Общепризнано, что советская школа (может быть, правильнее - сообщество, а попросту - тусовка) математики 60-х годов была заметным культурным явлением, выходящим по значению даже за рамки самой математики. Ну а мехмат был в значительной мере местом ее физического нахождения. Мы учились в начале 70-х, когда это еще было так - но уже тогда было ясно, что все это именно "еще". Как писал Василий Щепетнев в прошлом номере, взлет достижений в СССР 60-х - следствие поедания здорового, природного хлеба, выращенного на целине.
Осталось найти новую целину.
Пластилиновая память{340}