Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 1. Computerra 1997-2008 (страница 105)
Стив теперь предпочитает ходить в шахматный клуб. Там, пишет он, тоже обхамить умеют, но вероятность очного хамства много меньше.
Верю. Поскольку в клубе Стива играют американцы, антиамериканских выпадов ждать не приходится.
Я и сам в шахматный клуб хожу, в наш, воронежский. Но не из отвращения к Интернету, а, скорее, наоборот - Сеть разбудила во мне игроцкий дух. Поначалу странно было фигуры руками двигать, на кнопку часов нажимать, но ничего, приноровился. Сыграл в турнире, где настоящие, не серверные кандидаты в мастера имелись. Хорошие люди - никто не ругается, все чинно, культурно. Выиграешь ли, проиграешь, а все равно руку пожимают, благодаря за доставленное удовольствие.
О занятом месте умолчу.
На конюшню!{317}
На двери поликлиники белело объявление: «Уважаемые пациенты! 25 апреля 2005 года запись к врачам производиться не будет. Компьютеры отключены на профилактику».
Гордость за поликлинику обуяла меня, гордость и предубеждение ко всякого рода нытикам и пессимистам, твердящим, что вот-де ничего и никогда у нас с компьютеризацией медицины - и со всем остальным - не получится. Получилось, да еще как! И если не повезет тем, кто придет 25 апреля записываться к пока еще существующим невропатологам или окулистам (колонка писалась 24 апреля), то это маленькая цена за большой прогресс.
Я зашел к заведующему одного из отделений поликлиники. Тот сидел над новой формой годовой отчетности, полученной накануне из Москвы по электронной почте. Распечатанная на лазерном принтере (электронная почта присылает, а лазерный принтер запросто печатает провинциальному врачу важную казенную бумагу! Кто бы поверил в это еще пятнадцать лет назад!), она поражала функциональностью и продуманностью. Предлагалось, например, ответить, сколько именно было принято живых пациентов в отчетном году.
Впечатленный, ночью я увидел сон, будто устраиваюсь участковым терапевтом, и в обязанности мне вменено принимать пациентов мертвых. Пришла первая больная, а я в растерянности, не знаю, как ее, собственно, лечить, и по этому поводу пишу запрос новоизбранному Римскому Папе. Но письмо возвращается с пометкой «The following address had permanent fatal error…»
Поутру я немедленно записал сон в блокнотик, но увы, леденящий страх, охвативший меня ночью, на бумагу ложиться не хотел. Боялся я не мертвеца на врачебном приеме: что мертвецы, материал для романа ужасов, можно сказать, кормильцы и поильцы. Боялся другого: тотальной профилактики всех компьютеров.
В чем именно сия профилактика будет заключаться, не знаю. Еще во время оно, докомпьютерное, в районном радиоузле она сводилась к распитию спирта, выдаваемого для протирания контактов в трансляционном приемнике «Ишим», усилителях и прочих ламповых и даже транзисторных агрегатах. Профилактику мудрые люди назначали на утро понедельника…
Но если молчание радиоузла в понедельник утром есть явление отчасти милосердное как для радистов, так и для слушателей (которым спирт, увы, не выдают), то молчание компьютеров испортит жизнь всерьез и надолго. Ни почту отправить, ни денег получить, ни по телефону поговорить. Даже стиральная и швейная машинки - и те с микропроцессором.
В «Терминаторе» пугали бунтом машин. Но это бунт хозяев против рабов. Бояться сегодня следует не машин, а их отсутствия. Так и будем ходить оборванные, грязные, неприкаянные, в глазах тоска и укор: «за что?» А рабство, что рабство… Люди охотно, а некоторые так с упоением идут в холопы. Машина-хозяин ничем не хуже хозяина-человека. Суровость и справедливость обеспечит, с нас и довольно, нам лучшего и не нужно. Всё претерпеть готовы - но по справедливости.
Современная цивилизация висит на оптоволоконном кабеле! Ну как лопнет кабель (все, что может лопнуть, рано или поздно непременно лопнет), что тогда? Неминучее падение, а поскольку высоту набрали изрядную, то итог будет печален. Неплохо бы загодя соломки подстелить, да побольше, побольше!
Как скоро после повальной компьютеризации следует забывать четыре арифметических действия (синусы, интегралы и прочие биномы забылись нечувствительно, но таблица умножения засела крепко, по крайней мере умножения на два)? Как скоро после появления автомобилей, танков и тракторов следует избавляться от лошадей?
А следует ли вообще - избавляться? Конечно, скакать с саблями наголо на танки врага, как польские кавалеристы в 1939 году, не хочется, но ведь за окном не двадцатый, а двадцать первый век. Враги другие, и войны другие. В борьбе с террористами (вражеские партизаны всегда террористы), да еще в горных условиях, кавалеристы танкистов, пожалуй, и обставят. Автомобили?
Если бензин опять вздорожает трижды, а потом еще трижды, то трехсотсильные чудовища вымрут, как динозавры. Только трактора и останутся, поля пахать да овес сеять. Овес, в отличие от нефти, земля родит ежегодно, опять же навоз вместо минеральных удобрений сбережет и деньги, и здоровье. Чтобы проехать версту-другую в присутствие, достаточно конки, кто побогаче - заведет пару гнедых. Полагаю, дальновидные предприниматели сейчас вкладывают средства не в гальванизацию отечественного автомобилестроения, а покупают конезаводы. Недавно я побывал на конезаводе графа Орлова, поглядел на лошадок, даже покатался. Замечательно! Сразу представил картину: в бронированной карете, запряженной шестеркой битюгов в бронепопонках, едет из загородного замка барон ГлавОвес, а латники на запятках глядят, не прячется ли в кустах народный мститель Робин Бобин.
И потом, «в гараже гражданина такого-то журналисту нанесли телесные повреждения» - не звучит, даже уголовщиной попахивает, а вот «граф Имярек повелел высечь злоязычного холопа на конюшне» - вполне в традициях многовековой отечественной культуры…
Дерби темных лошадок{318}
Недавно зашел я в магазин, памяти прикупить компьютеру. Исключительно из любознательности: хотел определить опытным путем, как влияет изменение объема оперативной памяти, отводимого под хэш-таблицы, на производительность современных шахматных программ (звучит, словно тема диссертации). Известные мне разработчики говорят неопределенно. Мол, каши маслом не испортишь, чем больше, тем лучше. Народную мудрость о каше я опроверг еще в детстве, когда в блюдечко с манкой бухнул полпачки сливочного масла, размешал и съел. Хотел перед пионерским походом силой запастись. Да уж… Последствия усугубились тем, что в тот год по югу страны гуляла холера, и напуганные доктора… Впрочем, не стоит о грустном.
С тех пор на веру я не принимал ни народные мудрости, ни заверения партии и правительства, ни даже заключения специалистов. Им поверишь, а потом окажешься весь в этом самом… Своим умом жить пытаюсь. Результаты тоже непредсказуемые, но, по крайней мере, себя-то и наказать можно, без сладкого оставить. А как накажешь народ за лукавую мудрость?
В магазине я выбрал модуль памяти ценою подешевле, хотя разница между фирмой и нонеймом была смешная. Но то ли я посмеяться хотел, то ли амфибиогенная асфиксия не вовремя приключилась (некоторые рядом с компьютером кактус ставят, а у меня жаба бронзовая, на цепочке, с колокольчиками. Жена подарила. Чтобы больше писал и меньше развлекался. Чуть что - она мне воздух и перекрывает, жаба то есть, а не жена). Вернее же всего, вслед за правительством решил сэкономить на науке.
Дурные примеры - что чесотка.
Продавец, он же менеджер-консультант, поглядев на меня с иронией, предупредил:
- Память эта того… Неважная. Система станет нестабильной.
- Ничего, - ответил я, решив, что мне хотят навязать покупку подороже. - Как-нибудь справлюсь. Не такой уж я бедный, чтобы покупать дорогие вещи.
Ответил и унес из магазина нонеймовское изделие.
Но продавец не обманул: система действительно стала подражать бывшим советским республикам. Утром стояла, а вечером, при самом невинном действии, вдруг вылетала. Иногда выдавала предупреждение: мол, хватайте чемоданы, шеф, сейчас упаду, а иногда молча хлопала дверью.
Неделю понаблюдав за безобразием, я вытащил модуль и вновь отправился в магазин. Теперь пришлось иметь дело со старшим менеджером, очень милой девушкой.
- Вас разве не предупреждали, что это плохая память? - спросила она меня.
- Предупреждали. Но мне интересно - а зачем вы ею торгуете? Все равно вернут, а репутации магазина какой-никакой, а ущерб.
- Ну… - не нашла аргументов девушка.
Доплатив смешную разницу, я на обратном пути пытался сочинить правдоподобное объяснение. Вероятно, не все возвращают. В партии есть и совсем плохие модули, один из них мне достался, и модули получше, которые держатся неделями или даже месяцами. Последние и остаются у покупателя. Все барыш. Особенно если партию брака купили за бесценок или вовсе на помойке подобрали.
Но я-то, я-то каков! Уж сколько раз зарекался покупать кота в мешке, а снова и снова тащу домой всякую дрянь.
Скупость? Неразборчивость? Скорее, жажда чуда.
Всяк знает, что с наперсточником играть - дело позорное. А играют. Отнюдь не из дикой жадности, не из желания заполучить кучу денег, деньги здесь - лишь осязаемое выражение чуда. Ну вдруг, вдруг именно я, скромный парень из толпы, которых вокруг миллионы, возьму да и сподоблюсь, ухвачу фортуну за хвост, или за что там ее хватают? То же и на бегах. Ставить на фаворита скучно, выигрыш крохотный. А если именно я угадаю в темной, неприметной лошадке будущего Барса, родоначальника новой орловской породы, - каково? Или на выборах - разгляжу в совершенно неведомом мне человеке великого вождя российского народа, светоча всего человечества, корифея передовой науки и лучшего друга отечественных литераторов, - тогда, значит, не зря и жизнь прожита.