Василий Панфилов – Старые недобрые времена 3 (страница 43)

Русских, украинцев и белорусов, которые жили на этой территории, спрашивать, как водится, никто не спешил. И может быть, в Российской Империи им жилось ничуть не лучше, а то и хуже, чем в Речи Посполитой, но… чёрт подери, менять шило на мыло? Окатоличивание, ополячивание, урезанные права… так, как было раньше, в границах 1772 года.

— Нет уж, — пробормотал он, — сами… сами! А вот с остальным…

Георг задумался, машинально постукивая ногтями по подлокотнику кресла, и снова поймав себя на мысли, что хочет курить. От последнего, впрочем, рецепт известный, так что, вытащив из ящика стола пустую трубку, он принялся вертеть её в руках.

" — Надо что-то делать с Российской Империей, — сосредоточенно думал он, — пусть не прямо сейчас, но когда так или иначе разберусь с конкурентами, нужно придумать какие-то структуры, хотя бы начерно. Какие-нибудь фонды в Швейцарии, например, и поддерживать тех, кто говорит о Эволюции, а не о Революции. Конституционная монархия, Республика, Парламентаризм… всё едино! Нужно, чтобы была живая мысль, и чтобы мысль эта не вязла в обсуждениях в узком кругу, а так или иначе шла в народ. А значит… просвещение, хоть какое-то. Школы? Пожалуй… а ещё стипендии для одарённых, и… Церковь. Надо что-то делать с этим, хоть как-то ограничивать власть Синода и РПЦ."

— Поддерживать староверов… — он задумался, — придётся, пожалуй. Староверов, молокан… вообще любые христианские течения, агностиков, атеистов. Церковь и прогресс несовместимы, и… с этим нужно будет что-то делать.

— Может, и народовольцев каких-нибудь придётся поддерживать, — нехотя решил попаданец, — но это я потом обдумаю. Крови будет… но и сидеть сложа руки тоже нельзя! Крови там и без меня льётся много, и, за редким исключением, отнюдь не революционерами и восставшими. А если не начать сейчас…

Он поморщился, вспомнив, чем закончилось дело в будущем… или вернее, в другом, параллельном мире — так, пожалуй, будет считать точнее, или ещё вернее — так он решил для себя. Потому что думать о растоптанных бабочках и о том, что время и мир могут схлопнуться, это… увольте!

Не то чтобы вся эта верховная свора, Двор и прочий титулованный скот не заслужили своей участи, но и Гражданская война с тем размахом, Красный и Белый террор и последующие события, это слишком! Если получится хоть как-то смягчить последствия, если в стране, для начала (!) появится хотя бы Конституционная монархия и Парламент, да не полвека спустя, когда может быть слишком поздно, а пораньше, то у страны есть шансы на нормальное, спокойное развитие, а не на вечную гонку-преследование с миллионами жертв.

— Н-да, — пробормотал он, — эк меня занесло! Судьбы мира решаю, в палату к прочим Наполеонам и Цезарям пора!

Несколько придя в норму, он принялся за работу с бумагами — в последнее время приходится куда как больше работать с финансовыми документами, а не с чертежами, ну а куда деваться? На магистра в области инженерии он защитился, а вот до докторской, судя по загруженности, если когда-нибудь и дойдёт, то очень не скоро! Подтянуть бы ещё знания по химии до уровня магистра…

— А пока — экономика, бизнес и юриспруденция, — вздохнул попаданец, снова став Георгом Шмидтом, а не Ванькой, как несколькими минутами ранее.

С динамитом пока не всё так хорошо, как хотелось бы, но… и плохой эту ситуацию не назовёшь! Заказы от Армии есть, но пока не в тех объёмах, как хотелось бы, и это, как ни парадоксально звучит…

… к лучшему!

DuPont вставляет ему палки в колёса, всячески препятствуя тому, чтобы динамит шёл в Армию Союза в достаточных масштабах, и… откровенно говоря, он и не смог бы обеспечить эти поставки в полной мере! По крайней мере, не беря кредиты, весьма разорительные при нынешних ставках.

Да и армейские заказы, при всех их масштабах, не то чтобы очень выгодные. Правительство, как обычно, норовит расплатиться «зелёными спинками» и долгами, а вот оплату налогов требует серебром и золотом! Да и банки не очень охотно принимают «зелёные спинки», а тем более правительственные долговые обязательства.

Зато динамит «распробовали» наконец в горной промышленности и строительстве, и, в отличие от правительства, платят «настоящими» деньгами, ну или, по договорённостями — металлом, подрядами на строительные работы, и… акциями компаний. Последнее, правда, достаточно рискованный шаг, с учётом нестабильной экономики, но в целом, «на длинном плече», эта стратегия выигрышная.

Ну а DuPont… пусть их! Генри, хоть старший, а хоть бы и младший, наверное, раскусили бы реальное положение дел у Union Tools Machinery, но новое правление, занятое к тому же собственными проблемами, равно как и проблемами, подкинутыми попаданцем, интригу, очевидно, не раскусило. Сейчас у них внутренние разборки, попытки навязать потребителям свои товары по «длинным» контрактам, проблемы с имиджем и Армией… так что пусть.

А у Union Tools Machinery сейчас, помимо динамита и прочих дел, появился ещё один источник дохода — колючая проволока.

Какие-то эксперименты Георг вёл и до этого, а сейчас, ближе к середине лета, пошло уже достаточно серьёзное производство. С учётом нехватки рабочих рук в фермерских хозяйствах, это более чем востребованный продукт! И упаси Боже хотя бы заикаться о том, что это может пригодиться Армии…

Помимо очевидной причины, то бишь того, что правительство не любит платить, ещё и морально-этические нормы, отмываться от грязи, если что, он будет десятилетиями. Сообразят сами — хорошо… а нет, так он, собственно, почти ничего не теряет, фермерские хозяйства — не правительство, платят не долговыми обязательствами, а деньгами, ну или продукцией, что в нынешних условиях ничуть не хуже. Пожалуй даже, лучше: он берёт дешевле рынка, и в итоге не только его работники сыты, но и начало вырисовываться новое направление бизнеса — консервы и сублимированные продукты. Война продлится ещё не один год, и к этому времени у него завяжутся вполне неплохие цепочки поставок, а это — ресурс! Главное, не стараться протолкнуться к армейской «кормушке», распихивая локтями других, да и вообще, не стоит слишком уж сильно привязываться к Армии. Масштабы там, конечно, знатные, но и проблемы куда как большие, чем в гражданском секторе.

— Мистер Шмидт? — в дверь осторожно поскрёбся секретарь.

— Да, мистер Тейлор, входите, — отозвался Георг, — Что, документы пришли?

— Н-нет… — засмущался Ларри, — видите ли, мистер Шмидт, это… не совсем по работе, н-но… может быть, вам будет интересно. Я полагаю…

Он окончательно стушевался и попаданец мысленно вздохнул.

" — Ему бы психолога толкового, бесценный был бы кадр! Память почти абсолютная, перфекционист, исполнителен до абсолюта, навыки отличные, но вот это соплежуйство, чёрт бы его…"

— Ничего, мистер Тейлор, — благожелательно ответил Георг, — говорите, не смущайтесь. Вы один из самых ценных моих сотрудников.

Последнее — не то чтобы вся правда… но в двадцатку самых важных специалистов Ларри Тейлор входит, и зарплата у него соответствующая — в пятеро больше, чем в среднем по рынку, не считая служебной квартиры и охраны.

— Д-да, мистер Шмидт… — Ларри отчаянно покраснел, — я бесконечно вам благодарен, и…

Шмидт, наученный опытом, перебивать его не стал, слушая благодарности и заикания, но всего-то через пару минут секретарь наконец перешёл к делу.

— Видите ли, мистер Шмидт, я на днях был на дне рождения у кузена, — начал он, и тут же… — вы не подумайте, я не пил! Так, совсем чуть-чуть… и нет, я конечно же не говорил о работе!

— Знаю, мистер Тейлор, — терпеливо сказал попаданец, поощрительно улыбаясь, — я ценю вас в том числе и поэтому.

— Д-да… — снова покраснел секретарь, — и я…

Тут он запнулся, вспомнив, что уже поблагодарил шефа за все благодеяния, выдохнул, вдохнул… и немного собрался.

— Мой кузен… троюродный, — зачем-то уточнил Ларри, — работает в кредитном отделе City Bank of New York. Должность невеликая, но такая… одна из ключевых, через него почти вся документация проходит. Он… видите ли, хорошая память и… да, исполнительность, это у нас, некоторым образом, семейное. Кхе…

— Только Элджи, он… — Ларри несколько раз вздохнул, будто готовясь нырять, — когда выпьет, может чего и сказать… лишнего. Ну и…

— DuPont заложил часть своих акций, мистер Шмидт! — скороговоркой выпалил секретарь.

— Та-ак… — протянул попаданец, разом собравшись, — очень важная информация, очень интересно! Подробности вы или ваш кузен знаете?

— Я… немного, — сжался Тейлор, — простите, мистер Шмидт… Элджи об этом вскользь упомянул, а я расспрашивать тогда не стал, я… не умею — так, чтобы как нужно.

— Ничего страшного, мистер Тейлор, — отозвался Шмидт, — сама информация об этом достаточно важна, с этим уже можно работать. Но может, хоть какие-то подробности?

— Ну… — Ларри снова сжался, — я не уверен, но кажется, это достаточно значимый пакет акций. Элджи не говорил, сколько именно, а так… Просто с DuPont и так-то ведущие специалисты работают, при любом раскладе, но кузен сказал, что в City Bank of New York слишком много суеты было. Это, конечно, косвенный признак, да… но, мистер Шмидт, обычно это значит, что суммы были очень большие.

— Благодарю, мистер Тейлор, — отозвался Георг, — я выпишу вам премию, и полагаю, количество нолей вас приятно порадует. И… полагаю, нужно будет сделать подарок вашему кузену, но несколько позже.