Василий Панфилов – Старые недобрые времена 3 (страница 39)

Президент, к слову, не слишком популярен в народе, и это мягко говоря. Позже из него начнут лепить некое подобие святого, а так-то… И выборы были не без некоторых, мягко говоря, интересных шероховатостей, и политика устраивает далеко не всех граждан, да ещё и эта чёртова война!

Благо, иммигрантов хватает, и гражданство вместе с повесткой вполне рабочая схема. Но ведь призывают на войну и урождённых американцев, что никуда не годится! А воевать за интересы политиков из Вашингтона, или, что ещё хуже, негров⁈ Увольте, сэр… Отделился бы Юг, и чёрт с ним! Куда они денутся, сэр?

Слушая смесь кондового расизма и экономических рассуждений от эксперта по всему, Шмидт не спорил. Смысл? Да и некоторая толика истины в этих рассуждениях есть — не та, что касается чернокожих, разумеется, но вот по части экономики и политики бармен отчасти прав, и это — глас народа.

А вот насчёт изменений в финансовой системе… Хотя попаданец и понимает, что колесо истории не остановить, и некоторые исторические процессы неизбежны, как дождь, восторга от бумажных денег, введённых недавно Казначейством в оборот, он тоже не испытывает. Реальная стоимость бумажных денег в сравнению с нормальными монетами уже почти один к трём, и это ещё полбеды. Беда в том, что Казначейство норовит расплатиться за выполненные работы бумагой…

… а налоги принимает звонкой монетой.

Инфляция совершенно чудовищная, экономика трещит по швам, а некоторые решения правительства выглядят как минимум спорными, если не спекулятивными. Кто и как на этом греет руки и набивает карманы, он знает поимённо, притом, что характерно, даже не на поставках, а в основном на разнице в курсе бумажных и металлических денег, и разного рода махинациях того же рода.

Понятно, что у крупного бизнеса есть свои лазейки, взаимозачёты, коррупция и прочие составляющие американского бизнеса, но крутиться приходится, как хомяк в колесе! На состоянии экономики это отражается куда как скверно, и остаётся только надеяться, что запас прочности у Конфедерации окажется куда как ниже, чем у Союза.

Знание истории отчасти помогает и успокаивает, но всегда есть место случайностям, ведь он сам — одна большая случайность, и кажется, уже немного изменил ход войны, да и истории в целом. И кто поручится, что на стороне Конфедерации или, допустим, Британии, нет такого же Гостя из Будущего⁉

Слушая бармена вполуха и не забывая кивать, Георг мысленно прикидывал, что ему делать дальше. По всему выходит, что домой пока соваться не стоит, и не потому, что его там может встретить дуло револьвера или что-то такое.

" — Нужно, пожалуй, правильно разыграть карты, — размышлял он, — разом вскрыть этот гнойник"

Что делать после вскрытия, мысли есть, и местами такие… хирургические. Будет ли он привлекать суд и полицию, или методы будут не столь конвенционными, Георг и сам пока не знает. По ситуации.

— Найдётся бумага и чернила, мистер Браун? — поинтересовался он, перебив хозяина заведения.

— Конечно, мистер, — охотно ответил тот, явно проглотив «Шмидт». Ну, хочет клиент по каким-то причинам сохранять инкогнито, так и Бог с ним! Приличный человек, не какой-нибудь прощелыга! А излишнее любопытство, оно ни к чему.

Свернув письмо конвертом и запечатав его любезно предоставленным сургучом, Георг вручил его мальчишке, отирающемуся при заведении, судя по характерно оттопыренным ушам, близкого родственника хозяина. Коротко проинструктировав, парнишку, он переместился поближе к очагу, коротая ожидание с большой чашкой кофе и стопкой довольно-таки неплохого виски, время от времени поглядывая в сторону входа.

Заметив Майвезера, он встал, кинул газету на стойку и поспешил к другу.

— Все вопросы потом, — коротко сказал Шмидт, заметив, что Чарли аж распирает от любопытства, — сейчас в какой-нибудь отель средней руки, там и поговорим.

— Даже так? — вскинул брови Майвезер, просчитывая ситуацию, — Хм… может, в поместье Ларри? Ну, мой кузен, ты его знаешь, он юрист, лоббированием занимается, ты с ним, кажется, знаком. Я как раз у него остановился.

— Ларри? — чуть нахмурился Шмидт, не совсем понимая, какого из многочисленных кузенов имеет в виду его друг.

— Из вирджинской ветви, — уточнил Майвезер, — он как раз логистикой с нашей стороны будет заниматься, и он точно будет рад тебя видеть.

А… понял, — успокоился Георг, понявший наконец, о ком идёт речь, — поехали.

В экипаже он, поглядывая на затылок чернокожего кучера, вполголоса, очень ёмко, рассказал Чарли о своих приключениях.

— Вот это да… — протянул тот, выслушав историю и простецки сдвинув цилиндр на затылок, — как в авантюрном романе!

— Да уж, — с толикой сарказма отозвался попаданец, — «Жизнь и приключения Георга Шмидта», том двенадцатый.

Чарли хохотнул беззаботно, и чуть вздохнул — ему, в его размеренной жизни, явно не хватает приключений…

… хотя в армию, или куда бы то ни было ещё, где таких приключений будет с избытком, Майвезер тоже не рвётся.

Ларри Майвезер, действительно, встретил Шмидта очень приязненно, и, не задавая лишних вопросов, велел прислуге приготовить ванну и гостевые покои, заодно поделившись одеждой — благо, они примерно одинакового роста и схожей комплекции, разве что сюртук оказался тесноват в плечах и несколько свободен в талии.

После ванны Георг, вымывшийся и побритый, устроился напротив хозяина дома в кресле, с бокалом вина.

— Прошу прощения, господа, — чуть улыбнулся он, — сперва мне необходимо заняться делом, а уже потом я удовлетворю ваше любопытство.

— Конечно, Джордж! — эмоционально воскликнул Ларри, взмахивая рукой с сигарой, — Ты только скажи, что тебе нужно!

— Бумагу, чернила, и надёжного, но неприметного посыльного, — без раздумий ответил попаданец, и его требование было тотчас удовлетворено. Несколькими минутами позже, написав несколько записок и должным образом проинструктировав посыльного, Георг, потягивая вино, принялся отвечать на вопросы.

Нужно отдать должное обоим Майвезерам, они не очень-то наседали с деталями произошедшего, и вскоре разговор переключился на сотрудничество вообще и логистику в частности. Впрочем…

… Шмидт хорошо понимал, что подобная предупредительность и деликатность обернётся контрактом, который станет для него не столь выгодным, как он предполагал ранее. Это, впрочем, не слишком его пугает, поскольку в «пакет услуг» будет входить не только предупредительность, но и игра клана Майвезеров на его стороне, а это дорогого стоит.

— Слава Господу! — выдохнул Мюллер, завидев шефа, — Живы!

Меркель был не столь эмоциональным, но руку Георгу он пожал чересчур энергично.

— Господа, — кузены, так же поздоровавшись с гостями, встали с кресел, — оставляем вас одних. Бар и сигары в вашем полном распоряжении.

Не дожидаясь благодарностей, они вышли.

— Не откажусь, — пробормотал Мюллер, наливая себе виски подрагивающей рукой, — После вашего похищения такое поднялось!

— Да уж… — протянул Меркель, кривовато усмехнувшись, — пожар в борделе во время наводнения, особенно Штрассер отличился. Бегал, как петух с отрубленной головой, а потом внезапно уехал, сказав, что у него есть какие-то важные документы, которые он вскоре привезёт.

— Н-да? — нахмурился попаданец, для которого сошлись ещё несколько деталей в паззле, — ну-ка…

Немцы ёмко и очень образно поведали ему, что происходило после пропажи шефа. Слушая их, Георг кусал губы и иногда кивал.

— Складывается картинка, — сказал он наконец, после чего подробно рассказал о похищении, вскользь о побеге, и, главное — о том, что он ненароком услышал от похитителей.

— Вот же… — не найдя нужных слов, Мюллер выругался, — а я то думал, что он так суетится⁈

— Надо брать, — коротко сказал Меркель, сжимая стакан, — и…

Он не договорил, но в такой ситуации лишние слова не очень-то и нужны.

— Надо, — согласился Георг, — но сперва попробуем сыграть с ним… и с теми, кто стоит за ним.

— Я… — медленно начал он, — не вполне уверен, но мне кажется, что главный исполнитель — типичный наёмник, опытный и битый. Узнав, что я пропал, он или поймёт, что я сбежал, или решит, что заказчик решил начать свою игру. Соответственно, он или уедет куда подальше, к чему я склоняюсь, либо начнёт свою игру, пытаясь получить от заказчика свои деньги в полном объёме.

— На этом можно сыграть, — разом выдохнули мужчины, переглянувшись. За плечами у обоих — такой жизненный опыт, что предложение, высказанное шефом, их нисколько не удивило.

— В точку, господа, — подтвердил Георг, — не знаю пока, как… Письма, знаки, какие-то подозрительные прохожие рядом… здесь я не специалист. О моём… хм, воскрешении, знать пока никому не надо, ни к чему это.

— Хотя… — он чуть поколебался, вспомнив мисс Линдгрен, но отставил эту мысль не без некоторого сожаления. Девушка, конечно, сейчас переживает, но…

… но всё равно, хотя он и счёл это решение верным, что-то будто царапало его изнутри, какая-то неправильность.

— Нет, больше никто не должен знать, — повторил он.

— Обыграть ситуацию так, будто тот наёмник решил перехватить инициативу? — предложил Меркель.

— Да, пожалуй, — согласился Шмидт, — несколько дней у нас есть, и за это время нужно будет создать должную атмосферу.

— Я полагаю, не только для Штрассера, — высказался Мюллер, — не стоит зацикливаться на единственном подозреваемом, есть и другие кандидаты, хотя и не столь очевидные.