Василий Панфилов – Хороший день для зомби-апокалипсиса (страница 18)
— Что там?
— Залезай! — с этими словами я протянул Серёге совну и он ухватился за крестовину. Рывок…
… и видя кошачье любопытство срочников, помог им тоже забраться.
— Видите? — лезвием совны черчу полосу, и пройдя десяток метров, ещё одну, — Граница между кирпичами. Здесь — просто красный кирпич, потом переход и…
— Да, — заключил Пирог, внимательно изучив кирпичи, — позади обычный кирпич, просто похожий на старинный, а здесь как будто слегка оплавленный. И… пожалуй, марка другая, но ручаться не буду.
— Ебать… — выдавил Илья, — это что здесь такое? Ракетная шахта?
— Я уже ничему не удивлюсь, — отозвался Серёга задумчиво, — ни ракетной шахте, ни бункеру Сталина…
— … ни остаткам допотопной цивилизации, — закончил я за него.
— И этому тоже, — согласился друг, соскакивая с трубы и тут же перебираясь на трубу напротив, — Так, народ! Мы с Володей по трубам идём, вы внизу! Давайте, распределитесь — кто справа, кто слева, а кто посредине. Смотреть внимательно!
Через несколько сот метров на кирпичной кладке начали попадаться барельефы. Сперва простенькие, с геометрическими и цветочными узорами, потом с лицами, сценами из античной и иной мифологии.
Потом тоннель повернул, и…
— Вечер перестаёт быть томным, — хрипло сказал Пирог, перекидывая автомат на грудь.
Я открыл было рот… и закрыл, впервые за долгое время не находя слов.
— Та-ак… — присев, я провёл рукой по металлической трубе, и опустившись на четвереньки, пополз, щупая металл. Плавно, как-то очень естественно обычная металлическая труба с каждым шагом обрастала чешуйками, всё более и более натуралистичными.
С каждым шагом труба будто оживала, всё больше напоминая металлическую змею или скорее даже — китайского дракона.
Я топнул ногой и…
— Бля… — соскакиваю на пол, — ты видел? Нет, ты видел?! Она шевельнулась, как шкура у собаки!
— Ага, — не своим голосом сказал Пирог, фигура которого будто подёрнулась дымкой.
— Серёг… Серёга! — окликаю его, — Бля… сделаю — пожалею, и не сделаю, пожалею…
Вдохнув полной грудью, делаю несколько шагов вперёд, трогая его за плечо и замирая на месте. Впереди виднелась огромная разветвлённая пещера с тускло светящимся длинным мхом и огромными светлячками, ползающими по стенам. Две огромные струи кристально-чистой воды из драконьих пастей образовывали искрящийся радугой водопад, падающий в озеро, возле которого стояли дома.
Как заворожённый, делаю шаг вперёд и мягкий голос в моей голове произнёс:
«Вы хотите войти в данж?»
Глава 5
«Вы хотите войти в данж?» — повторил голос, я сделал решительный шаг назад…
… и внезапно оказался на краю водопада. Потоки ледяной воды сдвинули ножны дюссака между ног и подбили меня под коленки.
Пошатнувшись, я сел на задницу, мигом промокнув до пояса, а местами и повыше. По телу прокатилась волна холода и страха, леденя нутро и саму душу.
Серёга пошатнулся, но устоял на ногах, раскорячившись в причудливой низкой стойке из гонконгских боевиков. Позади неизобретательно и скучно, но очень эмоционально заматерился Илья, срываясь на нервный фальцет. Несколькими секундами позже к нему присоединился Анвар, мешая русский мат с ругательствами на родном языке.
Не вставая, я отполз назад метра на два и только потом встал, опираясь на совну и придерживая ножны.
— Та-ак… — я тупым взглядом уставился туманную завесу позади нас, через которую виднеется тоннель, уходящий, как отсюда виделось, куда-то в бесконечность. Каких-то Вселенских масштабов тоннель, чес-слово!
— Не продавливается, — сквозь сжатые зубы сдержанно констатировал незаметный Славка, осторожно тронув завесу прикладом автомата.
— Не продавливается, — несколькими секундами позже согласился я, с силой потыкав в завесу подтоком совны, — Ну-ка…
Сгруппировавшись, врезался в завесу плечом и был мягко отброшен назад, с трудом удержавшись на ногах.
— Как в тугой батут врезался, — поделился я впечатлением.
— Дай я! — сказал Анвар с невесть откуда прорезавшимся кавказским акцентом, и стартанул из низкой стойки в лучших традициях борцух. На долю секунды показалось, что сейчас он прорвёт завесу… но потом «батут» спружинил, откидывая солдата к водопаду.
Я с трудом успел ухватить его за воротник, роняя в воду, да и сам не удержался на ногах, снова приземлившись жопой в ледяную воду.
— Бля… — кавказец, не вставая, перевёл на меня взгляд, — От души, тащ прапорщик!
Не чинясь, пожал протянутую руку и встал, потянув расчувствовавшегося Анвара за собой.
— Вот же херня… — подал голос Серёга и повернулся к нам, — Парни, не ручаюсь, но кажется, это из-за меня!
— Вы хотите войти в данж? — повторил я вслед за голосом в голове.
— Да, бля! — он скривился, как от сильнейшей зубной боли, — А я захотел!
— Вот здесь, — Пирог снял головной убор и звучно постучал себя по блестящей от пота лысине, — как перемкнуло.
Машинально отмечаю странноватую игровую механику, в которой шум падающей воды не заглушает наших голосов. Шум сильнейший, но он как бы отдельно, будто мозг поставил галочку «громкие звуки» и «шумовой фон». А другая, совершенно отдельная часть мозга и слуха, выделена для разговора.
Анвар, искоса поглядывая на моего друга, зашептал что-то тихо, но очень эмоционально, не сразу умолкнув под моим тяжёлым взглядом. Кто из нас сильней, и прочие чисто пацанские вещи, мы прояснили на второй день, в учебном спарринге.
В армии иногда проще один раз «продавить» свой авторитет силой, чем долго и нудно строить бойцов, опираясь на Устав. С бойцами-кавказцами это особенно актуально, они неохотно подчиняются слабому, и прежде всего духом, командиру, что для меня, к слову, вполне логично.
Анвар чистый «борцуха», и притом классный, но ударка у него нулевая, разве что удар пушечный. Но что толку с пушечного удара, если не умеешь держать дистанцию и «переключаться» с борьбы на удары, а сами удары — совершенно «колхозные», размашистые?
А у меня разряд не только по кикбоксингу, но и опыт смешанных. Размотал его не то чтобы всухую, но впечатление о себе оставил серьёзное, и это притом, что весовая категория у меня поскромней.
— Ментальное воздействие, — сказал я как можно более убедительно, стараясь навязать, продавить своё мнение.
Серёга перекосил физиономию ещё сильней и дёрнул плечами, не пытаясь искать оправданий и не желая их.
«Зар-раза! Ты-то мне что игру ломаешь? Чистоплюй херов!»
— Как в игре, — озвучил я очевидное, подходя чуть ближе к краю водопада и с опаской глядя вниз, а потом с не меньшей опаской покосился на драконью голову трубы. Голова покосилась на меня и сощурилась презрительно, — Ты командир группы и… со всеми вытекающими, как мы все поняли. Вошел ты, закинуло и всех нас.
— Виноват, пацаны, — мрачно сказал Серёга, — Если есть желающие высказаться — вэлкам, обижаться не буду.
— Да бля… — сказал Илья и безнадёжно махнул рукой. Замолчав и ссутулившись, он взял «Калаш» как младенчика, и над площадкой набухающей грозовой тучей повисла депрессия.
Площадка целиком залита водой, и нет никакой возможности присесть или положить оружие, что тоже не добавляет настроения. Сложили кое-как оборудование на инструменты неустойчивой пирамидкой, но на этом всё. Это, вместе с подмерзающими ногами, добавляет ощущение безнадёги и стремительно утекающего времени.
— Если нет возможности идти назад… — я замолкаю, собираясь с мыслями и духом, — значит, нужно идти вперёд.
— Куда? — мрачно спросил Илья, широким жестом показывая перед собой. Водопад рушится вниз с высоты полусотни метров, и прыгать туда решительно не хочется ни «щучкой» ни «солдатиком», ни каким-либо иным способом.
— Э-э… — протянул Анвар, тыкая пальцем в облизанные водой уступы, клыками торчащие по бокам водопада, — по валунам? С одного на другой?
— Хм… — отозвался Славка, подходя поближе к краю водопада и глядя вниз, — ты у себя перед глазами полоску жизни видишь?
— А? Нет… — растерянно отозвался кавказец после длинной паузы, явно попытавшись вызвать интерфейс.
— Вот и я нет, — сумрачно подытожил Славка, перекидывая автомат на другое плечо. Анвар закусил губу, но смолчал, не пытаясь строить из себя обиженку и прокачивать позицию доминантного самца в их маленькой стайке.
— Может, поискать разгадки? — предложил Илья, наморщив лоб, — Ну, рычаг какой-нибудь… Я в какой-то игре похожее видел: надо нажать или надавить на что-нибудь, и тогда мост появляется.
— Квест, — усмехнулся суховато Пирог, и подал пример, начав по миллиметру осматривать и простукивать стену. Переглянувшись, мы последовали его примеру, потому как… а что ещё делать? Прыгать солдатиком вниз, надеясь на воскрешение, страшно до одури. Да если и да… кто даст гарантию, что воскреснешь снова в тоннеле, а не на площадке у края водопада?
— Ага! — несколько минут спустя воскликнул Славка, встав у скалы и тыкая в неё пальцем, — Видите?! Это базальт с…
Он начал сыпать названиями горных пород, но узрев наши непонимающие физиономии, быстро заткнулся и вздохнул. В этот момент ему остро не хватало очков, седого парика и академической шапочки. Ну и пожалуй — всплывающей таблички «Британский учёный» над головой.
— Кароче… — потёр переносье Славка, собирая в кучу мысли попроще, специально для малограмотных нас, — этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!