Василий Панфилов – Дети Революции (страница 45)

Генералы и старшие офицеры в большинстве своём понимают это, но чем ниже по армейской иерархии, тем больше тумана в глазах и священного гнева при словах о взятой врагами столице. Будто шторка какая-то опускается, отрезая критическое мышление.

Задержавшись у выхода, зацепился за Валуева проблемами местных ирландцев, одновременно подав Бакланову еле уловимый сигнал.

– Знаю, знаю, – отшучивался Алекс от уходящих офицеров, – ерунда всё это, особенно по сравнению с Мировой Революцией.

– Вот это загнул! – Восхитился Яков Петрович, – яркое сочетание слов получилось! Ладно, не журись, все мы понимаем, что ты не только генерал, но немного и консул. Что там у тебя?

Начав разговор с ирландских проблем, коих по мелочам накопилось немало, дождался кивка казака, дежурившего у двери.

– Посторонних ушей нет, атаман.

– Говори, – уже без смешочков сказал Яков Петрович, – что там за дело такое, что со мной и Петром Александровичем без лишних ушей обсудить нужно.

– Петербург, чтоб его, – начал Фокадан, вздохнув прерывисто, – все мы понимаем, что эта ситуация может тянуться долго. Взять его мы можем, но никаких стратегических последствий это не даст, только бессмысленная гибель людей. Да и отобьют его быстро, при поддержке с моря это несложно.

– Уговаривать опять начнёшь, – начал Валуев, сморщившись устало.

– Нет! Я тут подумал, почему бы не подойти к решению с другой стороны!

– Ну-ка, – подобрался старый казак, – вижу, придумал что-то.

– Видимость осады и штурмов.

– Ага, – только и сказал Яков Петрович, переглянувшись с Валуевым, – интересная идея, – и только?

В голосе полководца, излишне ровном, чувствовалась усталость человека, которого осаждают гении. Действительно, как он сам о таком не догадался…

– Для начала, – спокойно кивнул Фокадан, – для солдат и младших офицеров хватит и сего. Для офицеров постарше – пустить отряды в Швецию да Финляндию. Пускай снабжение английские отряды получают всё больше по морю, но часть, и немалая, идёт из Швеции. Рудники, заводы, фермы… ну вы и сами это знаете.

– Не отреагировать на это они не смогут, – уже заинтересованно ответил Бакланов, – дальше давай.

– Ну а настоящий удар нанести в подбрюшье – в Индию!

Казак аж закашлялся, подавившись воздухом, и возмущённо замахал руками.

– Знаю, – понял его попаданец, – нагло до невероятия, и почти невозможно, особенно сейчас. Но что мы теряем? Договориться с афганскими племенами, отдав им часть устаревшего вооружения, да пообещав вооружение трофейное… Ну это так, к слову – специалисты лучше знают, что мы можем дать и что пообещать, чтоб пропустили, да сотрудничать начали резвей. Реально?

– Так, – подался вперёд Валуев, – а ведь интересно получается, Яков Петрович! Идея, конечно, сырая, да и дерзкая до крайности – не отбиваться от наседающего врага, а взять драгоценные ресурсы, да атаковать его совершенно в ином месте.

– Да, Пётр Александрович, – закивал Фокадан, – тропинки в Индию уже налажены, так ведь? Отряды пойдут не в пустоту, да и не нужно их много, по сути. Пятнадцать тысяч человек нам погоды не сделают, а вот англичане могут напугаться по паники. Что им тот Петербург, когда главное сокровище Короны из рук уйти может!

– Интересно, – медленно сказал казак, глаза которого засветились каким-то неземным светом, – Индия, говоришь…

– Я даже командующего могу предложить, – заторопился попаданец, – Скобелев!

– Чем аргументируешь? – Остро гляну ему в глаза старый казак и Алекс в очередной раз подумал, что репутация характерника[241] Баклановым получена не случайно.

– Характером, – усмехнулся Фокадан, глядя вроде бы в глаза, но вглубь, – чем же ещё? Офицер он толковый и даже более чем. Вот только амбиции Михаила Дмитриевича куда больше его талантов. Вас с места не сдвинет, но ведь хочется… да так, что со стороны видно! До дрожи хочет стать Первым, наверняка уже и плетёт что-нибудь этакое, верно?

Бакланов отвечать не стал, снова попытавшись продавить Фокадана глазами, но на сей раз впустую. Усмехнувшись еле заметно, попаданец продолжил:

– Поход в Индию для Скобелева, с его талантами и амбициями, самое то. Пусть хоть новую династию там основать пытается[242], как здесь и пытается.

Последнее слово он произнёс утвердительно и Валуев с Баклановым, что характерно, опровергать не стали. Ещё в Новгороде Великом заметно стало, что Михаил Дмитриевич примеряет на себя роль Вождя Всея Руси и похоже, Белый Генерал не остановился.

Отряд под командованием Фланагана пробрался в Петербург до неприличия легко. Привыкшие к полупартизанской войне фении, многие из которых начали драться ещё в Нью-Йорке, да прикомандированные пластуны Бакланова, обошли патрули революционеров и англичан сторонами.

– Прирезать надо было, – вздохнул немолодой Егор, ухватив рукой окладистую бороду, – одной паскудой меньше бы.

– Из-за десятка паскуд не сумеем пару сотен на корм рыбам отправить, – с акцентом возразил Бранн, вечно пикирующийся с новым другом.

– Эт верно, – не стал спорить терской казак, – только ж это такая паскуда, что всем паскудам паскуда.

– Знакомец? – Поинтересовался Конан.

– Он самый. Свитский… за чинами на Кавказ приезжал. Чины да ордена получил, да ради этого никак не меньше полусотни добрых казаков в землю положил.

– Тогда не смогли?

– Не смогли, – Вздохнул вахмистр, – беречься стал, падло этакое, да вскоре и утёк обратно.

– Кончай разговор, – тихо скомандовал Фланаган, – отдышались? Двигаем, парни!

Полтора десятка теней в английских мундирах, согнувшись под тяжестью груза, заскользили меж развалин домов. Шли они вроде как и не таясь… но и не попадаясь никому на глаза. Сторонний наблюдатель, заметив их, даже не помыслил бы, что это идут вражеские солдаты, настолько естественно они вели себя.

В районе портовых сооружений вперёд пошли Бранн с Егором, заскользив налегке меж обманчивых теней белой ночи. Полежав с полчаса, диверсанты выявили закономерность в прохождении часовых и провели основную группу.

– Вот туточки уже шумно пойдём, – кивнул один из казаков, – место пустое, никак не проскочим без стрельбы.

– Проскочим, – усмехнулся один из фениев, живо доставая из мешка короткий лук, – что смотрите? С индейцами воевать пришлось, это вроде ваших… как их, кавказцев? Только дикие совсем.

Лук оказался ещё у одного из фениев и через минуту ветераны индейских войн змеями заскользили меж обгоревших кирпичей обрушившегося здания, подбираясь поближе.

Сдвоенные щелчки тетивы… патрульные в красных мундирах навзничь повалились на грязные камни, не успев выстрелить.

– Ну вот и славно, – пробормотал Бранн, – пятнадцать минут у нас есть, а вот обратно шумно уходить придётся.

Стратегически разложив на складах зажигательные бомбы с часовыми механизмами, диверсанты начали отход.

– Джон? – Услышал Фланаган неуверенный голос, разговаривающий на английском, махнув в ответ рукой, – Опять ссать ходил, поганец этакий?! Вот вернёмся, я тебе пропишу плетей…

Бросок ножа прервал тираду сержанта, казаки сноровисто оттащили тело в развалины. Увы… не успели они отойти и на сотню саженей, как убитых часовых обнаружили. Началась заполошная стрельба, послышались сигналы горна.

– В кого они палят-то? – Озадачился вахмистр, – в друг друга, что ли? Хорошо бы…

– По теням, – с видом знатока ответил Бранн.

– Да ну!?

– Серьёзно.

Егор покачал головой, всем своим видом показывая отношение к настолько скверным солдатам, но спорить не стал. Известное дело – ирландцы их лучше знают! Это у себя, на Кавказе, он бы фениев учил, а в городе они и старого пластуна поучить смогут!

Диверсанты шли скорым шагом, стараясь ничем не отличаться от всполошённых англичан. До поры это удавалось, но тут им встретился офицер полка, к которому якобы принадлежали фении[243]. Отличался ли он фотографической памятью, или увидел иные несоответствия, история умалчивает.

Лейтенант успел вытащить револьвер, но выстрел одного из казаков опередил его. Свинцовая пуля размозжила приметливому англичанину челюсть, а Фланаган тут же принялся вести стрельбу в развалины. Его примеру последовали сперва диверсанты, а потом и остальные англичане.

Появившийся на поле боя кавалерийский капитан взял на себя командование и сводный отряд начал окружать логово диверсантов. Время от времени кто-нибудь из диверсантов настоящих замечал что-либо, открывая стрельбу. Другие преследователи так же на взводе, так что стрельба звучала часто, начались первые потери от дружественного огня.

Теперь уже никто не усомнился, что идёт преследование русских казакофф, кое-то из числа особо мнительных даже утверждал, что видел их мундиры.

Подведя преследователей поближе к границе порты, Фланаган в мундире сержанта лихо подскочил к капитану и отдал честь.

– Сэр, разрешите доложить, сэр! Сержант Фицпатрик!

Капитан махнул рукой, разрешая.

– Сэр, позвольте заметить, что не мешало бы оповестить русских! Пусть помогают искать этих казакофф! Тем более, это наверняка они их и пропустили!

Взвалить часть обязанностей на русских и выставить их же виноватыми, капитану понравилась. Оглядев Фланагана рыбьими глазами, благосклонно кивнул.

– Я смотрю, у тебя в команде русские.

– Сэр, так точно, сэр! Я потому и говорю, что русские их пропустили, они по сравнению с нашими парнями куда как бестолковей!