Василий Оглоблин – Над Ицкой (страница 5)
Она тяжело вздохнула, поставила в тень лоток с мороженым, присела рядом, устремила тоскующий взгляд на реку, на утопающее в синеватой дымке левобережье, на дальние горбатые бугры, иссеченные дрожащей марью. А память опять возвращала в недавнее прошлое…
…Посидели на корче в обнимку, полюбовались тишиной и покоем засыпающей земли, пошли в село. И разве могла она подумать в тот вечер, что это ее короткое счастье оплакивает, убиваясь и тоскуя, невидимый кулик, что ее жизненная дорожка, еще совсем не торная, круто покатилась с того вечера под изволок…
Коленькина мать, Аделаида Львовна, встретила сына бурной радостью. Долго крутила в сухоньких руках, обцеловывала, даже всплакнула:
– Вот какой ты орел стал!
Потом успокоилась, села за стол, ласково и любовно оглядывая сына издали. Зина все это время стояла под порогом, ждала, когда обратят внимание на нее. Аделаида Львовна, ее бывшая учительница, когда-то красивая и стройная, за последние годы сильно постарела, в волосах добавилось седины, и вся она как-то усохла. Коля, наконец, откашлялся и, перекидывая с руки на руку снятую рубашку и посматривая в сторону Зины, сказал незнакомым голосом:
– Да, мама, я, кажется, писал тебе, что женюсь, так вот… Зина… моя жена. – И виновато улыбнулся.
Мать строго посмотрела на порог из-под очков, потом подняла их на лоб, спросила сухо, вскинув и изломав красивые брови:
– Зинаида Лощилова – моя невестка?
– Да, мама, – совсем тихо ответил Николай. – Зина – моя жена. Мы уже…
Толстый красный карандаш нервно затанцевал в сухонькой руке матери.
– Ннда, нннда, – неопределенно процедила сквозь зубы, – Зина Лощилова была прилежной и скромной девочкой… Ну что ж, проходите, устраивайтесь, отдыхайте, Зинаида, как вас, не помню, по батюшке-то?
– Власовна, – ответила Зина. – Власом папу звали.
– Да, да, Власовна, устраивайтесь, отдыхайте после дороги, скоро чай пить будем, летом, в жару, я жирных кушаний не готовлю, чайком да кваском балуюсь. Нда, так вы тоже, – она будто захлебнулась, – вы тоже с дипломом?
Зина прошла из темного угла поближе к бывшей своей учительнице, улыбнулась приветливо, защебетала:
– Да, Аделаида Львовна, я получила направление в нашу школу, мы вместе с Коленькой так и просились, и просьбу нашу удовлетворили. Будем работать вместе в той школе, в которой сами учились. Правда ведь, хорошо?
– В нашу? – мать удивленно вскинула брови.
– Да, в нашу.
– И чему же вы будете учить наших детей?
– Буду преподавать немецкий, у меня, знаете, талант к языкам, хочу еще заочно выучить английский и французский.
Зина опять доверчиво улыбнулась.
– Да, да, превосходно. Ваш покойный батюшка преподавал закон божий, а вы будете преподавать немецкий…
В голосе ее прозвучали нотки неприязни и раздражения.
– Мама, – бледнея, взглянул на нее Николай и виновато улыбнулся. – При чем тут отец?
– Нет-нет, я просто вспомнила ее батюшку, отца Власа… Пил, сердечный, перед смертью без просыху… Он же, кажется, в сумасшедшем доме умер? Да-да, вспомнила, в доме умалишенных закончил свой путь земной…
Зина не ответила. Что-то оборвалось в ее похолодевшей душе: счастья, о котором она так мечтала, в этом доме у нее не будет. Холодность матери мужа, ее непонятную враждебность она почувствовала сразу. Зина знала Колину мать как строгую, иногда придирчивую и не всегда справедливую ботаничку. Тут же она была уже не учительницей, а свекровью.
Дети Аделаиду Львовну звали Амебой.
Ее властолюбивого, крутого характера, злого языка побаивались и коллеги. Это знали даже они, дети. Вспомнила Зина и недобрые разговоры, ходившие по селу после смерти матери Кости Милюкина.
Чай пили молча. Над столом потрескивала «молния», пофыркивал никелированный самоварчик рюмочкой, в распахнутое окно заглядывал освещенный жирной полосой света уголок умытого дождем сада, залетал тугими струйками сыроватый ветерок. Аделаида Львовна сидела прямо – строгая, важная. Маленькое глинистого цвета личико с большимитемно-карими глазами и широкими, изломанными на взлете бровями хранило еще следы былой красоты, какой-то холодной и злой. Зина помимо воли любовалась лицом свекрови, ее пышными волосами, ее тонкими изящными пальчиками, и на душе становилось все холоднее и холоднее.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.