Василий О`Строг – Второй расцвет Ануриса. Книга первая (страница 23)

– Спасибо за напоминание, – отхлебнул я воды. – Я так и не поблагодарил его за это. Может, передашь ему от меня слова признательности?

Я подумал, что не помешало бы в будущем как-нибудь аккуратно выяснить подробности про пантеон местных богов. Анализируя легенды и мифы можно почерпнуть много интересного о культуре народа. Пока мне были известны только имена здешних небожителей: Триг и Мрана.

– Передам, если расскажешь, чем ты сейчас занимался.

– Да чем я могу тут заниматься? – криво усмехнувшись, я указал на пространство внутри клетки. – Спать, есть и цепями греметь. Вот и все мои развлечения.

– Босорг, позволь я тебе кое-что объясню. Чётки Отрицания были созданы специально для того, чтобы лишать магов возможности творить заклинания, путём блокировки магического канала, по которому магическая сила из магического ядра поступает в мозг мага для дальнейшего преобразования в конкретное заклинание посредством создания мыслеобразов. Тут всё понятно? – маг внимательно всмотрелся мне в глаза.

Я, моргнув пару раз, кивнул, поздравляя сам себя с подтверждением собственной теории.

– Отлично! Значит, ты не совсем безнадёжен, – похвалил меня ир-Земах. – В целом, владение магией является врождённой способностью, не обладая которой, невозможно обучиться применению магии, просто по причине отсутствия магического ядра. Само магическое ядро, как и его тип формируется в раннем детстве, исходя из задатков индивидуума и его расовой принадлежности. Отсюда же следует и другой постулат, гласящий о невозможности использования индивидуумом типа магии, не соответствующего типу собственного магического ядра.

Этот умник даже руки за спину заложил и переминался с носка на пятку, будто читал лекцию на кафедре перед студентами.

– При воздействии Чёток Отрицания на организм индивидуума, они сами настраиваются на имеющееся у того магическое ядро и блокируют возможность использования присущего ему типа магии…

– Вопрос! – воскликнул я, поднимая руку вверх, как прилежный ученик. – А может ли индивидуум иметь задатки к нескольким типам магии одновременно, и если да, то как тогда будут себя вести Чётки Отрицания в этом случае?

– Хм… Я смотрю, ты действительно ухватил суть вопроса, – удивился ир-Земах. – Да, такие случаи известны, среди ЛЮДЕЙ, – он специально выделил последнее слово. – Крайне редко встречаются особенно одарённые личности, имеющие предрасположенность к двум типам магии одновременно. Подтверждённых фактов, свидетельствующих о возможности использования одним индивидуумом магии трёх и более типов, не зафиксировано. Что же касается второй части вопроса, то в таком случае на индивидуума необходимо надеть двойной комплект Чёток Отрицания, то есть они будут иметь в своём составе не три жемчужины, как у тебя, а шесть, – Аба не устоял на месте и начал прохаживаться перед моей клеткой взад-вперёд. – Так вот, к чему я затеял весь разговор, если маг настойчиво пытается прорваться сквозь преграду Чёток, то он рискует разорвать магический канал, что неминуемо повлечёт за собой летальный исход.

Я отметил этот факт и, отбросив осторожность, принялся вытягивать из мага всё, что можно, пока на него напала болтливость.

– А почему ты специально выделил людей, когда говорил про двойную предрасположенность? У эльфов или, там вампиров таких случаев зафиксировано не было?

– Не было. Ни у эльфов, ни у гномов, ни у орков, ни тем более, у вампиров, – маг с явно читаемым превосходством посмотрел на меня. – Более того, магия делится не только по типам, но и по расам.

– А…э…а чуть поподробнее можно? – нужно было не позволить ему закрыть рот, и раскручивать его по полной, но информация о существовании ещё и орков с гномами, меня порядком выбила из колеи, хотя в принципе я уже был готов допустить их присутствие в этом мире.

– Можно, – ир-Земах проснулся явно в хорошем расположении духа. – Если коротко и понятно, то вся магия на Анурисе условно делится на шесть основных типов. Четыре стихийных: Воздух, Огонь, Вода, Земля. Плюс Свет и Тьма, ещё их называют, просто Белая и Чёрная. Но кроме того, все расы наделены различными задатками к определённым типам магии. Иными словами, если люди способны овладеть в равной степени любой магией, то, например эльфам, доступна только магия Земли, Воды и Света, гномам – Земли и Огня, оркам – Тьмы и Воздуха, вампирам – Тьмы. Но и это ещё не всё, каждая раса придумывает свои оригинальные заклинания на основе доступной ей магии. Так гномий маг Земли, например, может размягчить гранит, вылепить из него статую и отвердить обратно, а вот его коллега эльф, тоже маг Земли, ничего такого не умеет, зато он точно такую же статую сможет вырастить из обычного дерева. И это создаёт дополнительные разновидности магии: эльфийскую, гномью и орочью. Или другой пример, для любого мага Тьмы средней руки не составляет проблемы поднять драуга, сиречь мертвяка, а вот вампир, – Аба прекратил расхаживать перед клеткой и, остановившись, уставился на меня с иронической ухмылкой, – хоть и самый старый и сильный, не то, что драуга, но даже мышиный труп не оживит. Вся ваша магия заточена на то, чтобы людям мозги заплетать и всякие богопротивные мысли им внушать. А теперь посмотри мне в глаза, Босорг, – он уставился на меня, уже не улыбаясь, – и скажи, что ты всего этого не знал. К чему эти расспросы?

«Всё, соскочил с крючка паршивец», – подумал я, лихорадочно придумывая объяснение.

– Что-то знал, что-то не знал. У нас в лесу, понимаешь ли, Магических Академий как-то не построили, да и вообще не так много возможностей выдавалось посидеть вечерком перед камином с бокальчиком вина, и порассуждать об особенностях и разновидностях орочьей магии, – я состроил оскорблённо-ехидную мину. – Всё моё образование сводилось к тому, как добыть пожрать, да самому на кол не нарваться.

– Ладно-ладно, не прибедняйся, – ир-Земах состряпал рожу не хуже моей. – обидели вампира, загнали в леса дремучие. Кстати, а чего вы в тех краях ошивались вообще? Почему к тёмным на запад не ушли?

«Опа! Какие-то тёмные на западе», – сделал я очередную зарубочку в памяти.

– Отец всегда говорил, что здесь мы сами себе хозяева, а там пришлось бы к мнению остальных прислушиваться, – пожал я плечами, импровизируя на ходу. – Я потом, когда один остался, как раз подумывал туда перебраться. Если бы вы на пару дней позже подошли, меня бы уже не застали.

– Это да, мы удачно подоспели, что ни говори, – согласился ир-Земах. – А тебе вот что-то совсем не везёт по жизни, как я понял, исходя из рассказанной тобой истории.

Я неопределённо хмыкнул, пожав плечами.

– Аба, – сменил я тему, – а правильно я понимаю, что мы приближаемся к пустыне?

– Это ты услышал от кого-то или сам догадался?

– Сам. Природа меняется вокруг, растительность. Жарче становится день ото дня. Ты сам дополнительный отдых в распорядок дня ввёл, значит дальше дорога труднее будет, – перечислил я ему релевантные факты.

– Хм… Ты наблюдателен, умеешь подмечать важное и делать правильные выводы, – маг заинтересованно покачал головой. – Да, ты прав. Через пару дней мы достигнем пустыни Скорфаш, пересечём её и там уже рукой подать до Матарканда. А к чему вообще был твой вопрос?

– Я подумал, почему бы нам не идти ночью, когда не так жарко, а днём пережидать зной на привале? – высказал я свою идею.

– Это была такая неудачная шутка? – ир-Земах прищурился, словно пытаясь угадать, не я ли подсыпал ему соли в чай?

– Почему шутка? Я абсолютно серьёзно спросил. Мне никогда не доводилось ходить по пустыне, но логично было бы предположить, что ночью перемещаться будет проще.

– Мой дорогой необразованный друг, – маг пожевал губами. – Позволь мне задать один маленький вопрос. А как бы ты предложил защититься от всей той нечисти, а возможно и нежити, что выползает ночью из своих укрытий и бродит по пустыне в поисках наивного и глупого мяса?

И видя моё непонимающее выражение лица, продолжил:

– Это вам, вампирам, способности организма позволяют заметить врагов раньше, чем они вас и либо сбежать, либо убить, а нам ночью приходиться очень туго. Смертельно туго. И попробуй только скажи, что тебе и это неизвестно.

– Конечно известно! – возразил я, не моргнув и глазом. – Это любому дурню известно. Просто я думал, что в пустыне с нечистью попроще, чем в лесу.

– Ах да, ты же никогда не ходил по пустыне, как ты сказал, – подозрительность из взгляда мага всё же до конца не исчезла. – Ты обратил внимание на шерстяную бечеву, которой мы окружаем лагерь каждый вечер перед сном?

Я кивнул.

– А не задумывался, зачем она? – и, не ожидая ответа, пояснил: – На неё наложены чары, отпугивающие всяких тварей. Не змей и скорпионов, как ты возможно подумал, а гулей, бхутов, пустынных гоблинов, ламий, драугов, ракшас, сфинксов, чумных кивсяков, список можно продолжать долго. Вся эта магическая погань не любит Светлую магию, наложенную на эту верёвку, причём именно не любит, бечева не является стопроцентной защитой, тварям просто очень некомфортно к ней приближаться. Но если они сильно голодные, то никакая верёвка их не остановит, тут уже держи меч крепче.

– А почему же мы до сих пор никого из них не встретили? – выдавил я из себя, стараясь произнести это как можно более беззаботно, чтобы не выдать собственного изумления и дикого интереса.