Василий Молодяков – Япония в меняющемся мире. Идеология. История. Имидж (страница 44)
О том, что будет, когда оккупационные войска покинут территорию Японии, консерваторы начали беспокоиться загодя. В апреле 1947 г. чиновники японского МИД, занятые подготовкой предложений для мирного договора, начали зондировать почву у представителей союзных держав относительно возможности создания неких национальных вооруженных сил для поддержания порядка в стране в случае всеобщей забастовки и «для предотвращения нелегального проникновения людей и товаров из Кореи и Азии». В разговоре с британским представителем в Союзном совете для Японии Макмагоном Боллом дипломат Асакаи Коитиро прямо назвал цифру в 100 тыс. чел. Цифра насторожила Болла, как и все предложение в целом: он вспомнил, что Версальский договор разрешил поверженной Германии иметь армию именно такой численности, но из веймарского рейхсвера вырос гитлеровский вермахт[183]. В интервью 1984 г. Асакаи утверждал, что предпринял данный зондаж по собственной инициативе, а не по поручению начальства, но в соответствии с общим настроением в министерстве, которое по совместительству возглавлял премьер-министр Ёсида[184].
Война в Корее дала толчок серьезным переменам во внутриполитической жизни Японии и в ее отношениях с США. В сумме это получило емкое название «обратный курс», который продолжался при преемнике Макартура Мэтью Риджуэе. Временами ситуациия в стране накалялась до предела, особенно после провозглашения коммунистами курса на вооруженную борьбу, и власти не раз прибегали к репрессиям против критиков правительственной политики. Правда, и американцам, и японцам приходилось – хотя бы для проформы – считаться с мнением Дальневосточной комиссии и Союзного совета для Японии, у большинства стран-участниц которых перспективы ремилитаризации и исправления «мирной» конституции сочувствия не вызывали[185]. С окончанием оккупации в 1952 г. гражданские свободы были возвращены народу во всей полноте, и голоса несогласных – как слева, так и справа – стали раздаваться все громче. Это касалось и проблемы пересмотра конституции, о необходимости которого говорили представители самых разных политических сил.
Сохранявшая в своих руках власть до конца 1954 г., Либеральная партия во главе с Ёсида предпочитала не акцентировать внимание на этом вопросе, строго ориентируясь на политику Вашингтона, которая, в свою очередь, претерпевала существеные изменения. Посетивший Японию в феврале 1951 г. в рамках подготовки мирного договора, влиятельный американский политик Джон Фостер Даллес, специальный эмиссар президента Трумэна, оказывал дальнейший нажим на Ёсида в направлении перевооружения[186]. 19 сентября 1953 г., находясь в Токио, вице-президент США Ричард Никсон – представитель Республиканской партии, вернувшейся к власти после двадцатилетнего перерыва, – решительно назвал включение в конституцию Девятой статьи политической ошибкой прежней, демократической, администрации[187]. Замечу, что в новой администрации Даллес занял пост государственного секретаря, разработав для президента Эйзенхауэра внешнеполитическую программу, которая продолжала курс его предшественника-демократа Трумэна. Преемственность внешней политики при смене правящей партии в Белом доме считалась в США проявлением патриотизма и государственной мудрости.
В Японии среди сторонников пересмотра основного закона – о Девятой статье речь шла в первую очередь, но не исключительно – большинство составляли деятели с довоенным прошлым, подвергнутые «чисткам» во время оккупации, а ныне получившие возможность вернуться к политической деятельности. В первую очередь к ним относились лидер диссидентского крыла либералов Хатояма Итиро (до войны глава одной из фракций партии Сэйю-кай, затем преемник Ёсида на посту премьера), глава оппозиционной Прогрессивной партии Сигэмицу Мамору (министр иностранных дел во время войны, а затем в кабинете Хатояма) и Киси Нобусукэ (бывший член «военного кабинета» Тодзио и тоже будущий глава правительства), нашедший общий язык с пребывавшим в оппозиции экс-премьером Асида[188]. За решительный отказ от Девятой статьи выступали многие бывшие военные, в том числе те, кто сумел найти общий язык с американцами, вроде полковника генерального штаба Хаттори Такусиро, часто выступавшего в печати по политическим и военным вопросам. В кампании за пересмотр «мирной» конституции консерваторов анти-ёсидовской ориентации поддерживали многочисленные ветеранские объединения и националистические организации, возмещавшие отсутствие политического веса шумными кампаниями популистского характера[189].
В декабре 1953 г. премьер Ёсида заявил, что «пересмотр конституции не планируется»[190], а до того дал понять Вашингтону, что не стоит публично настаивать на перевооружении Японии. Заявление Ёсида предваряло публикацию материалов Юридического бюро правительства, в которых были систематизированы ранее предлагавшиеся проекты пересмотра основного закона, прежде всего в отношении Девятой статьи и статей, непосредственно связанных с возможными изменениями в ней: статус верховного командования вооруженными силами, принципы их комплектования, порядок объявления войны (поправки, не имеющие отношения к теме настоящей работы, мы рассматривать не будем).
Одновременно Либеральная партия создала Комиссию по изучению конституции во главе с Киси, сторонником пересмотра «мирных» положений основного закона. В ноябре 1954 г. Комиссия опубликовала свои предложения, которые в частности предполагали легализовать создание вооруженных сил с четко разработанной структурой управлениями (Совет обороны), определить порядок объявления войны, восстановить всеобщую воинскую повинность и предусмотреть ограничение прав и свобод в период войны и чрезвычайного положения. Со своим проектом выступила и Прогрессивная партия, но он принципиально не отличался от либерального. Ёсида, дни пребывания которого у власти были сочтены, не принимал активного участия в этой деятельности, которая скорее объединяла, нежели разъединяла, различные группировки внутри консервативного лагеря.
Единым фронтом в защиту Девятой статьи выступили правые и левые социалисты, отказавшиеся считать конституцию «навязанной» и «американской» – любимый аргумент сторонников пересмотра. Их идеолог Катаяма Тэцу писал: «Если Девятая статья будет ликвидирована… случится катастрофа и обеспечить нашей стране мир и демократию станет невозможным. Статьи конституции органически связаны друг с другом, ее текст является единым целым, части которого неразделимы»[191]. Такой позиции социалисты придерживаются и сегодня, принципиально выступая против любого изменения буквы основного закона, но соглашаясь на принятие дополнительных законодательных актов, конкретизирующих или поясняющих его положения. Коммунисты поддержали социалистов в создании единого общенационального движения в защиту «мирной» конституции, рассчитывая через него расширить свое влияние на массы (аналог довоенной коминтерновского тактики «народного фронта») и реабилитировать себя в глазах общественности после провала навязанного Москвой курса на вооруженную борьбу. Ассоциация защиты мирной конституции (август 1953 г.) и созданная на ее базе Национальная лига защиты конституции (январь 1954 г.) во главе с Катаяма заявили о себе как о серьезной политической силе. К руководству движением коммунистов и просоветский Японский комитет защиты мира не подпустили, зато заметное место в нем заняли «сменившие вехи» довоенные политики – бывший министр иностранных дел Арита Хатиро и бывший министр юстиции Кадзами Акира.
Согласно опросам общественного мнения, проводившимся газетой «Асахи», число сторонников и противников пересмотра конституции в первые послеоккупационные годы было если не равным, то сопоставимым: 27 % против 40 % (при 33 % воздержавшихся) в 1953 г., 37
Учитывая, мягко говоря, небезусловную популярность идеи пересмотра конституции у широких масс избирателей, консерваторы сняли ее с повестки дня, но сохранили в числе проблем, постоянно находящихся на «рассмотрении» у руководства партии (эвфемизм, который в японской политической лексике может означать любую степень разработанности вопроса). 9 мая 1958 г. лидер движения в защиту конституции Катаяма говорил историку И.А. Латышеву: «Недавно правительство Хатояма открыто демонстрировало свое намерение пересмотреть конституцию, теперь же кабинет Киси, учитывая непопулярность требования пересмотра, не выставил его в нынешней предвыборной кампании. Сегодня совершенно ясно, что консерваторы и на предстоящих выборах не получат двух третей депутатских мандатов, и мы не сомневаемся в том, что конституция будет защищена»[193].