Василий Маханенко – Хроники Тириса. Книга 5 (страница 3)

Нас в этой тишине осталось четверо. Я, Зорина, Вальтер и Аларик. Остальные отправились в ИБА и, судя по поступающим сообщениям, выли от скуки не хуже нашего. Хотя нет, лукавлю. Выть хотелось не от скуки, а от того, что начала вытворять Зорина. Моя девушка превратила тренировочный зал поместья в филиал ксорхианского ужаса и каждый день заставляла нас его проходить. Вальтер ходил мрачный и буквально каждые полчаса спрашивал, когда мы начнём делать лечебную капсулу предтеч. Без неё ему не видать личностной матрицы, а ждать отпрыск Киронов умел примерно так же, как я умел вышивать крестиком. Единственный, кто выглядел довольным, был Аларик. Он обложился навигационными симуляциями и записями наших полётов, отвлекаясь только на тренировки Зорины. Но даже так он воспринимал их как что-то действительно нужное. В отличие от нас с Вальтером.

Единственной радостью в первую неделю после нашего возвращения в ИВА стало общение с Эхом. Моя личностная матрица уверенно ковырялась в осколке управляющего контура Сердца и делилась наблюдениями с энтузиазмом ребёнка, дорвавшегося до чужого конструктора.

«Он не мёртвый!», — сообщил Эхо, когда я в очередной раз поинтересовался успехами. — «Я-то думал, что отщипнул кусок кристалла, который был частью чего-то целого и без этого целого превратился в красивый камушек. А он не превратился! Он спит, но структура внутри живая, и, когда я прощупываю её своими каналами, она отзывается. Медленно и неохотно, но отзывается. Мне нужен падальщик, Каэль. Хотя бы один, самый завалящий брут, чтобы проверить, дотянется ли контур до его сознания».

«Ага, сейчас», — ответил я. — «Схожу на рынок, куплю тебе брута. Может, сразу парочку, чтобы со скидкой?»

«Я серьёзно», — обиделся Эхо. — «Без этого никак!»

«И я серьёзно», — ответил я подстрекателю. — «Ксорхи сидят в местах, куда мы в ближайшее время не сунемся, и это не обсуждается. Изучай то, что можно изучить без экспериментов на живых падальщиках, а полигон я тебе обеспечу, когда придёт время. Оно придёт, не переживай. С нашей везучестью ксорхи сами нас найдут».

Эхо замолчал, но я чувствовал, что работу над осколком он не прекращал ни на секунду. Мой внутренний голос дорвался до игрушки, о которой не мог и мечтать, и отбирать её я не собирался. В конце концов, если из этого камушка действительно получится то, о чём мы оба старательно не говорили вслух, тактику боя с ксорхами придётся пересматривать с нуля. А пересматривать расклады я любил, особенно в свою пользу.

Очередной вечер каникул не предвещал ровным счётом ничего. Я только закончил безумную тренировку с Зориной, выполз из душа, мечтая о том, как бы поскорей сдохнуть, где-то бурчал Вальтер о том, что не видать ему матрицы, как своих ушей из-за медлительности отдельных личностей, Зорина недвусмысленно намекала на то, что через час будет ещё одна тренировка и она понравится мне куда больше первой, так что желание сдохнуть только усилилось. В общем, стандартное такое состояние, в котором мы пребывали последние дни.

И в этом блаженном состоянии мой планшет звякнул коротким служебным сигналом. На экране висело уведомление гильдейского реестра: «Вольному отряду „Малыши“ поступило предложение на найм».

Я резко выпрямился, и вся усталость мигом испарилась. За всю недолгую историю нашего отряда контракты нам сами не поступали. Мы их добывали, выгрызали, получали через ректора или через знакомства, но, чтобы кто-то сам, по доброй воле, нашёл в реестре вольный отряд «Малыши» и решил предложить ему работу — такого не случалось ни разу. В мире наёмников «Малыши» были «никем» и звались «никак». Любой заказчик в здравом уме выбрал бы отряд поопытней, поименитее и подешевле. Первый настоящий найм — это для «Малышей» было событием уровня совершеннолетия, и я, честно говоря, представлял его себе несколько иначе.

Потому что предложение на найм было практически пустым.

Мне пришла стандартная гильдейская форма, в которой оказалось заполнено два поля. В одном говорилось, что заказчик желает провести личную встречу с владельцем отряда для обсуждения условий, место встречи готов согласовать, время на усмотрение исполнителя. Ни описания задачи, ни сроков, а вместо подписи стоял идентификатор гильдейского аккаунта, зарегистрированного меньше месяца назад.

Второе заполненное поле заставило меня протереть экран. В поле «страховой депозит» находилась цифра в один миллион кредитов, внесённых единым платежом и зарезервированных по правилам гильдии. Если заказчик не является на согласованную встречу или условия найма не устроят исполнителя, депозит целиком переходит отряду.

— Снайпер, — позвал я, разворачивая планшет к Зорине. — Нужна твоя реакция.

Зорина подобралась. Когда я называл её позывным, речь явно шла не о романтике. Девушка пробежала глазами по экрану, и её брови поползли вверх.

— Грувакская отрыжка это, — сообщила она. — Вонючая, страшная и бесформенная.

Красноречивая реакция, конечно, но она полностью отражала и мои мысли. То, что я видел, на что-то здравое совершенно не походило. Ни один заказчик никогда не позволит себе подобные траты только ради того, чтобы поговорить с наёмниками.

Пришлось устраивать мозговой штурм.

— Кироны, — первым высказался Вальтер, изучив документ. — Дядя потерял флот, жаждет крови, а гоняться за «Грувакой» ему не хочется. Заманить владельца отряда на нейтральную встречу дешевле.

— У Киронов сейчас нет лишнего миллиона, — возразил Аларик. — После Вераска их бумаги просели на всех биржах, цены на топливо взлетели, а каждый крупный платёж дома отслеживается десятками глаз. Провести миллион мимо всех и похоронить его в гильдейском депозите Кироны сейчас физически не могут. И обрати внимание на дату. Аккаунт создан через день после уничтожения Вераска. О том, что Ксорх в этот момент был жив, никто не знал.

— Соларионы проверяют нас на жадность, — предложил Вальтер вторую версию, но уже без прежней уверенности.

— Соларионы не пойдут таким долгим путём, — покачал я головой. — Ректор просто вызовет меня в кабинет и поставит перед фактом.

Я смотрел на пустой контракт, и в голове крутилась мысль, которая мне активно не нравилась. Деньги, которых не существует ни в одной финансовой системе. След, уходящий в свободные миры и обрывающийся в пустоту. Заказчик, объявившийся сразу после гибели Вераска. Миллион, который я получу просто за то, что согласую встречу. В совпадения такого масштаба мне слабо верится.

«Есть кое-что ещё», — неожиданно произнёс Эхо. — «Запрос пришёл через сервер гильдии наёмников, так что мне не составило труда проследить маршрут, откуда он вообще появился».

«И?», — спросил я, так как Эхо умолк. — «Нашёл что-то странное?»

«В том-то и дело, что нашёл», — по-человечески вздохнул Эхо. — «Двенадцать узлов, грамотная маскировка, петли через республику и свободные миры. Одиннадцать узлов чистые, обычные коммерческие ретрансляторы, я проверил каждый по действующим реестрам. А вот с первым узлом, с точкой отправления, возникла проблема. Идентификатор настоящий, подпись валидная, гильдейский сервер принял его без единого вопроса. Но в действующих реестрах связи этого узла нет. Я нашёл его в архивах, которые не обновлялись больше ста лет. Узел числится за релейной станцией старой имперской сети, и станция эта, Каэль, расположена в системе Вераск. Этого узла не может существовать. Мы видели, как умирала система. Там не осталось ничего. Никакой релейной станции, через которую можно было отправить сообщение».

Я озвучил слова Эхо группе и какое-то время мы сидели молча. Первым заговорил Вальтер:

— Проследить маршрут несложно, — заявил он. — Заказчик знал, что мы это сделаем. Тем более по такому странному запросу на найм.

— Кто-то хочет показать, что он знает, что мы сделали, — подтвердил Аларик. — Причём знает не официальную, а реальную версию случившегося.

Я кивнул, соглашаясь с услышанным. Заказчик, чьи деньги не существуют в природе, объявился через день после гибели Вераска и подписал своё приглашение именем мёртвой системы. Меня приглашали на разговор, причём так, чтобы отказаться я не смог. Потому что человек, способный проигнорировать такое, должен быть начисто лишён любопытства, а с любопытством у меня всё в порядке. Даже слишком.

— Что же, давайте заработаем этот миллион, — произнёс я. — Место встречи назначим сами, подготовку проведём сами, и если это ловушка, то захлопываться она будет в тех условиях, которые выберем мы. Скала, свяжись с Шустриком. Нам нужны все «Малыши». Лёд — на тебе план встречи. Терзай Калькулятора, но придумайте мне такую встречу, чтобы ни одна ловушка против нас не сработала. Всё, «Малыши», каникулы закончились! Мы вписываемся в очередное безумие!

Глава 2

— Хреновая идея, — произнёс я. — Хотите, чтобы нас всех прибили? Вас что, в боевой академии обучают созданию глобальных проблем на свою тупую задницу? Чтобы потом героически их преодолевать?

Векс, развернувший над столом голограмму какой-то конструкции, похожей на гигантское колесо от телеги, застыл с самым оскорблённым видом, на какую вообще способен живой калькулятор.

— Ты даже не выслушал, — произнёс он. — Давать комментарии без полной информации — нелогично. Я бы сказал, что контрпродуктивно. Мы работали над этим планом долго.