Василий Маханенко – Хроники Тириса. Книга 4 (страница 47)

Когда планета дрогнула, я находился рядом с вратами. Туннели повело, но биомасса ещё держала. Как и на первом корабле ксорхианцев, который я посетил, она выглядела мёртвой. Перестала дышать, больше не пульсировала, но пока ещё держала. И это подарило мне такие необходимые драгоценные секунды.

Я влетел во врата и, развернувшись, успел увидеть невозможную картину — момент уничтожения целой планеты. Там, на другой стороне, происходил настоящий катаклизм. Вначале исчезли туннели, превратившись в сплошную породу, затем земля начала двигаться, накаляться, появилась магма, но через врата она не проходила. Я уже начал думать, что на этом всё закончится, но это было только начало — магма начала накаляться, становясь невероятно белой. А затем произошла такая яркая вспышка, что броня предтеч едва с ней справилась. На какое-то мгновение мелькнула тьма космоса, а затем врата предтеч, предмет, который нельзя уничтожить, перестал работать. Почему? Потому что вторые врата, которые вели на планету Вераск, перестали существовать. Вместе с самой планетой.

Верховный ксорх, которого я так и не успел увидеть, защитил Основу, не позволив императору её заполучить. Хотя, как мне сейчас стало казаться, императору она и не нужна. Зачем ему две Основы?

«Прижмись!», — приказал Эхо. Костюм активировался, и я вжался в потолок, практически полностью в нём растворившись. Сейчас даже не волновал тот факт, что ксорхи узнают о том, что я прибыл на планету с Ретранслятором.

Почему такая странность? Потому что подо мной полетело сразу три шара раскалённой биоплазмы. Драксы, охраняющие проход, выстрелили в сторону врат, желая уничтожить всё, что из них могло выйти. Я летел с невидимостью, так что заметить меня ксорхи, по идее, не должны, что не помешало им стрелять.

«Двадцать секунд до следующего выстрела!», — прокричал Эхо. — «Живее! Нужно выбраться наружу!»

В этом я был полностью с ним согласен. Там, куда ударили снаряды драксов, творилось какое-то безумие. Врата выдержали, но всё, что их окружало, превратилось в чистую плазму. И от неё исходил такой жар, что любой «Призрак» просто бы перестал работать. Но моя броня — не «Призрак». В ней оказалась встроена система температурной стабилизации. Да, прочности ноль, зато наворотов столько, что даже желания не возникает менять броню на что-то более практичное.

Оттолкнувшись от обуглившейся биоткани, я полетел вперёд, внимательно отслеживая движение впереди. Драксы встали ещё плотнее друг к другу, чтобы под ними ни одна мышь не проскочила. Ещё и брутов с коронниками привлекли. Все явно были нацелены на то, чтобы не дать уйти кому-то невидимому. Вот только не учли ксорхианцы, что этот невидимый может летать!

Когда произошёл второй выстрел драксов, похоронивший туннель, я находился уже на свободе. Если так можно назвать состояние, когда ты смотришь на переполошённых ксорхианцев и понимаешь, что любое случайное движение может показать им, что ты ещё жив и находишься в довольно выгодной для себя позиции. Подо мной все носились, как резанные. Ксорхи явно затеяли недоброе и планировали это недоброе воплотить в жизнь.

Ждать, пока они уничтожат все врата, я не стал. Активировав полёт, я облетел по большой дуге кратер с Ретранслятором, добравшись до нужного туннеля. Здесь, на первый взгляд, всё было тихо. Никто никуда не бежал, никто ничего не делал. Бруты стояли плечом к плечу, но продолжали отыгрывать роль статуй. Вот и хорошо. Нечего лишний раз нервировать своих противников.

То, что ксорхианцы отныне противники, я уже не сомневался. Как ни крути, но сердцевиками в этой жизни мне больше не управлять. Во всяком случае теми, которые подчиняются ксорхам. С теми, которые «взломали» люди, ещё остаются вопросы.

Я пролетел над головами брутов и вошёл во врата, покинув планету Ретранслятора. Обстановка оказалась не такой, как я ожидал увидеть. Вместо мелкой непримечательной пещеры врата вывели меня недалеко от фрегата на поверхности Норвена. Рядом находился энергетический купол, под которым стояло несколько жилых блоков. В центре купола, без «Призрака», стояла Зорина. Она всматривалась во врата, словно оттуда в любой момент мог показаться я. В чём-то она была права, конечно — я появился, но вот так стоять, дожидаясь моего возвращения — не совсем правильно. Тем более неправильно её нахождение на планете. Войти во врата она не может — умрёт. Понимала она это? Да. Останавливало это Зорину? Да ни в жизнь!

— Снайпер, ужин готов, — из жилого блока вышла Лана. Тоже без брони.

— Эта грувака не возвращается, — зло прорычала Зорина. — Ему нужна помощь!

— Ты читала отчёт Калькулятора, — со вздохом ответила Лана. — Мы там не выживем. Слишком интенсивное излучение гамма и бетта частиц.

— Бесит вот так стоять и ждать, — Зорина не сводила взгляда с врат. — Может, эта тупорылая грувака уже сдохла сотню раз, а мы всё ждём!

— Ты видела послание, — напомнила Лана. — Ксорх приказал ждать. Идём, ужин стынет.

— Да в гробу я этот ужин видела! — Зорина разозлилась. — Кусок в горло второй день не лезет! Четыре дня уже прошло, Хакер! Четыре! Мы сидим здесь, а он там, на Вераске! Я ещё раз предлагаю собраться и отправиться туда! Лучше честный бой, чем вот такое ожидание!

— Не надо никуда лететь, — произнёс я, воплощаясь рядом с энергетическим куполом. Сразу проходить не стал — не знаю, как он настроен. — Вераска больше не существует.

— В смысле не существует? Ты что, груваки тебе в глотку, натворил? — прорычала Зорина, но по глазам было видно, что хотела она сказать другое. Девушка удержалась и не выбежала из-под купола. На Норвене это было бы красивая, но не самая приятная смерть.

— Я тоже рад тебя видеть, — улыбнулся я. — Отключайте защиту. Я вернулся.

Глава 19

Рассказывать о том, что со мной приключилось, оказалось сложнее, чем я думал. Так-то рассказывать было много чего, вот только любая попытка изложить события упиралась в одну неловкую деталь — мои слова звучали как бред сумасшедшего, сбежавшего из закрытой лечебницы для особо тяжёлых больных.

«Значит, так! Я воткнул нож в голову мёртвого предтечи, стал ксорхианским Мозгом, разнёс базу спустившихся на планету пиратов, поговорил с верховным ксорхом, которых оказалось сразу три штуки, узнал, что ксорхов создали предтечи, а Основа в каком-то извращённом виде сидит во мне с самого начала. Мало того, сами предтечи — паразиты, которые переселялись из тела в тело и когда верховный ксорх осознал, что я всё это понял, он вдруг решил, что я слишком много знаю, и уничтожил целую планетную систему, где в этот момент находилось двадцать линкоров. А, ещё я заполучил двести шестьдесят килограмм миона и весь архив старой империи. Ничего примечательного, обычный вторник».

Попробуйте произнести это вслух, сохраняя серьёзное лицо. У меня не получилось.

Тем не менее я справился. Примерно за час, уплетая горячий ужин, я выложил «Малышам» всё, включая свои заключения. Смысла что-то скрывать от команды я не видел. Либо мы решаем проблемы вместе, либо нахрен тогда вообще всё это нужно?

— Значит, теперь тебя можно ещё больше улучшить? — понял Вальтер. — Сколько планируешь потратить на это универсальных кубов?

Вопрос, хоть и звучал нейтрально, был не самым простым. Для того, чтобы сделать полноценную броню предтеч, требуется семь универсальных кубов. Но это будет минимальный набор, который затем можно успешно модернизировать. Забери я сейчас хоть парочку из имеющегося комплекта, кто-то из команды недополучит полноценную броню. А таскать неполный комплект глупо. Он просто не будет работать так, как задумывалось изначально.

— Будем собирать две брони, — заявил я. — Вопрос только в том, кому она пойдёт. Также нужно решить вопрос с Льдом. Смысла оттягивать его тоже не вижу.

— Что ты собрался со мной решать? — Аларик нахмурился.

— У меня в загашниках есть личностная матрица, — ответил я. — Хочу наложить её поверх твоей управляющей.

— Отказываюсь, — после недолгих раздумий ответил Аларик. — О том, что у меня есть управляющая матрица, знают все. Лиарданы хорошо заплатили Соларионам, чтобы те её изменили и адаптировали под моё тело. Я не смогу объяснить, каким образом одна матрица эволюционировала в другую. Причём не факт, что я не умру. Когда меня изучали, не нашли ни капли крови Соларионов, так что матрицу пришлось каким-то образом менять. У тебя есть понимание этого процесса? Нет. Есть технологии? Нет. Я готов рискнуть при одном условии — если рядом будет лечебная капсула предтеч. Если что-то пойдёт не так, она меня вытащит. Всё остальное — к грувакам.

— Скала? — я посмотрел на Вальтера. Доказывать что-то Аларику я не собирался. Его ответ был слишком логичным, чтобы выискивать слабые стороны.

— Пока ты управлял ксорхами, у тебя человеческие мозги спеклись? — усмехнулся Вальтер. — Та же причина отказа, что и у Льда. Подставляться под Соларионов я не собираюсь. Стоит попасть на приём к императору, как меня сожрут. Нахрен надо.

— Снайпер, колба с наночастицами твоя, — я принял решение, хотя Эхо во всю орал, что ему как раз недостаёт лишних процентов развития. — Прокачивай Ласка.

— Груваки с вашими наночастицами, сами разберётесь, — пробормотал Райн. — Ксорх, меня до сих пор не отпускает тот факт, что Вераска больше не существует. Что с архивом? Ты точно его вытащил?