Василий Маханенко – Хроники Тириса. Книга 4 (страница 35)
Повисла неприятная пауза. Операция без нормального общения обречена на провал ещё в самом начале планирования. Это понимали все, вот только озвучивать подобную мысль мало кому хотелось. В системе Вераск сейчас собиралось столько народу, что хватило бы на небольшую войну. И каждый участник этой войны очень хотел познакомиться с «Малышами» поближе. Желательно с мёртвыми «Малышами».
— Итак, пройдёмся ещё раз по фактам, — начал я. — Бумаги лежат где-то в сокровищнице старой столицы. Сокровищница — это центр города, где вот уже сто лет хозяйничают ксорхи. Над планетой висит флот пиратов и Киронов, способный распылить эту самую планету в пыль. Добавляем сюда наёмников, которые теперь понятно, зачем вообще нужны, и определяем, что у нас полная задница. Если Лёд прав, а он обычно прав, то Лоран Соларион сообщил пиратам, на кой мы вообще лезем на Вераск. Значит, в сокровищнице или рядом с ней нас будут ждать. Вот такие факты. Вопрос — что делаем?
— Идём одной группой, — тут же предложил Райн. — Доходим до города, находим нужное строение, далее действуем как вы на Аурелисе. Нагло прорываемся через стены, берём своё, сваливаем обратно.
— На Аурелисе нас никто не ждал, — заметил Вальтер. — А тут ждут. И ждут конкретно нас.
— Плохой план, — произнёс Векс. — На Вераске придётся держаться рядом друг с другом, так как связь не будет работать. Значит, мы идём плотной группой. Плотная группа из девяти «Призраков» — это девять ярких биосигнатур в одной точке. Пираты не имперцы. Они точно будут сканировать планету всё время. Нас засекут сразу, как только мы выйдем из пещеры с биоволокном. Им даже не нужно знать, что это мы. Они увидят девять источников энергии, движущихся по мёртвой планете, и поймут, что это не ксорхи.
— Не девять, — поправил я. — Семь. Снайпер и Лёд не пройдут через планету Ретранслятора.
Вновь повисла тишина. Каждый вариант, который мы проговаривали, упирался в одно и то же — нас засекут. На планете, где над головой висит флот, семь человек в боевой броне — это семь светящихся мишеней.
«Понимаю», — мысленно отозвался я. — «И мне это совершенно не нравится».
Легко сказать — решать скорее. Особенно когда всё решение упирается в то, что геройствовать опять придётся мне.
— Ладно, тогда идём другим путём, — произнёс я вслух. — Исходим из того, что пираты умные и будут сканировать планету. Что они знают, что мы идём за нафиг никому ненужными бумагами. Значит, на планету должен идти тот, кого не смогут засечь сканеры.
Все посмотрели на меня, требуя пояснений. Пришлось стучать себе пальцем по груди. Боевая броня предтеч вновь превратилась в костюм экипажа «Груваки», но все прекрасно поняли, о чём я говорю.
— Броня предтеч не имеет энергетического отпечатка, — продолжил я. — Её не существует для стандартных сканеров. Может, конечно, что-то новое у пиратов и есть, но придётся проверять это уже на деле. Исходим из того, что меня не увидят. Это раз. Два — я могу летать без платформы. Причём быстро летать. Зона Ретранслятора на мне не сказывается. Получается, что…
Я обвёл взглядом каюту. Судя по выражению лиц, до «Малышей» моя мысль уже дошла.
— На Вераск пойду я, — закончил я. — Один.
— Нет, — заявила Зорина. Причём настолько спокойно, что от этого тихого голоса стало неуютнее, чем от любого крика. — Мы это уже проходили. Ты опять собрался один лезть в самое пекло, а мы будем сидеть и грызть ногти. Кто тебя там прикроет?
— Никто, — честно ответил я. — Потому что любой станет той самой биосигнатурой, которая всех выдаст. Дело не в том, что мне нравится играть в героя. Дело в том, что у меня единственного есть штука, которой ни у кого больше нет.
— Я понимаю, — её голос стал ещё тише. — Просто мне это не нравится.
— Сегодня вообще никому ничего не нравится, — произнёс Вальтер. — Это, видимо, день такой.
— Значит, расклад следующий, — заключил я. — На Вераск иду я один. Снайпер и Лёд остаются на «Груваке», остальные «Малыши» идут со мной до Вераска.
— Если мы туда проход найдём, — Вальтер решил озвучить своё «важное» мнение.
— Считай, что уже нашли, — заявил я. — На Норвене есть врата предтеч, и они ведут к Ретранслятору, который поможет перейти на Вераск. Вопрос решённый. Если я ошибся — разрешаю Снайперу врезать Скале между ушей.
Судя по взгляду Зорины, она выполнит это с превеликим удовольствием.
— Значит, мы приходим на Вераск, — продолжил я. — Вы остаётесь в пещере. Она экранирована, так что вас там не засекут. Техник выставляет приёмную антенну, и вы начинаете ждать.
— Ждать чего? — уточнил Райн.
— Меня, — ответил я. — Я в режиме «хрен вы меня найдёте» иду в столицу, ищу сокровищницу и бумаги. Как только нахожу нужное место и пойму, что одному не утащить, сообщу о том, что мне нужна помощь. Ещё можете слушать переговоры пиратов, главное антенну не спалите. В общем — к моменту, когда мне нужна будет помощь, вы должны быть готовы к активным действиям. Вот тогда и пошуметь можно будет.
— Это не план, — заметил Райн. — Это самоубийство.
— Это идеальный план! — не согласился я. — Я сто раз так работал. Вопросы? Возражения?
Я обвёл взглядом команду. Вопросов не было. По взгляду было видно, что мой план не выдерживал ни одной разумной критики, но ничего другого мы предложить сейчас не могли.
«Грувака» вышел из гиперпространства неподалёку от Норвена ровно в расчётное время. Сканеры прошлись по мёртвой системе, подтвердив, что никого здесь нет. Ни людей, ни ксорхов. Даже сканирование не потребовалось, чтобы найти нужную пещеру — местоположение залежей эдриана было нам известно заранее.
Остальное всё было делом техники и человеческих нервов. Малый фрегат спустил буровую установку, мы доставили её в пещеру, пристроили к шахте и механизм начал погружаться в мягкую землю. Вот он, момент истины. Либо мне повезёт и Ретранслятор приведёт меня на Вераск, либо придётся кардинально менять планы. Например, искать новое место для добычи миона. Никто не говорил, что мы обязаны работать только на Вераске. Бумаги ждали сто лет, подождут ещё немного.
Но пока эту предательскую мысль я гнал. Несмотря на безумие, которым сквозил мой план, он мне нравился. Потому что именно такие безумные планы и выигрывают.
— Бур дошёл, — заявил Рорк. — Глубина — полтора километра. Вытаскиваю.
Я подошёл к краю вертикальной шахты, что уходила в глубины мёртвого спутника. Забавно. Интересно, а когда-нибудь будет так, что мой план не будет походить на безумие? Или у «Малышей» иначе не бывает?
Техник вытащил бур, и я сделал шаг вперёд, прыгая во тьму огромного колодца. Вот и проверим, как оно бывает на самом деле.
Глава 14
Падать в темноту, когда под тобой полтора километра пустоты, а весь твой план держится на броне, которую ты толком ещё не изучил — занятие не для всех. Я бы сказал, что далеко не каждый может с лёгкостью положиться на свой личный бред подсознания, который заверил, что сто раз так делал. При том, что он сам себя толком не помнит.
Абсолютная тьма шахты держалась всего несколько мгновений. Стоило подумать о том, что нужно включить фонари, как броня ожила, активировав нечто, похожее на ночное зрение. С тем отличием, что оно не было привычным по «Призракам» ночным зрением. Тьма расступилась, налившись сероватым светом и шахта предстала передо мной во всём своём «многообразии». Голая гладкая стена и я, проносящийся мимо неё.
Падение долго не замедлялось, и я даже начал думать, что пора врезать кулаком в стену, чтобы хоть как-то замедлить стремительное падение, но тут броня мягко перехватила управление, активировав антигравитацию. Скорость начала падать и из шахты я вылетал не быстрее бегущего человека. Причём относительно лениво бегущего.
Фонарь не понадобился — костюм всё ещё работал, так что находящаяся в недрах спутника пещера предстала передо мной во всей своей красе. Если вообще можно найти хоть какую-то красу в безжизненном камне. Огромная куча земли заполонила практически треть свободного пространства, настолько мелкой оказалась пещера. И, что меня больше всего поразило, дополнительного туннеля не было. Даже ксорхианцы посчитали эту систему бесполезной, установив только один эдриан. Белой нити уже не было — исчезла, как только бурильщик прорубил пробку, удерживающую землю в шахте. И, собственно, на этом всё закончилось. Более убогого пути к Ретранслятору я ещё не видел.
Это было плохо. Если здесь всё сделано спустя рукава, значит и дальше будет нечто аналогичное. Видимо, я ошибся Ретранслятором и нужно будет искать нового. Это время, ресурсы и нервы, которых у «Малышей» крайне мало.
— Я внизу, — произнёс я в коммуникатор. — Здесь тихо и спокойно. Можете спускаться.
— Принято, — ответил Райн. — Давай без геройства.
Как будто мне самому хочется геройствовать, но я понимал Райна. Он командир, поэтому обязан был контролировать каждый наш шаг. Даже если никак повлиять на эти самые шаги не мог.
«Малыши» начали спускаться, используя летающие платформы. Это примерно двадцать минут — вертикальное движение давалось им нелегко. Можно было, конечно, сидеть на месте и ждать группу, но желание как можно быстрей расстроиться было таким огромным, что я не удержался и пошёл к вратам. Лучше сразу убедиться, что это не тот Ретранслятор.