Василий Лазарев – И пришел Лесник! 24 (страница 15)

У папаши Каца на этот счёт была своя гипотеза. У него на всё была гипотеза, но с этой я соглашался. Чем смертельнее дар получил человек, тем быстрее Улей уберёт его. Иштар бывшая нимфой жила на грани и её немного отпустило, когда Изя стёр дар нимфы. Она даже успела родить. Наташа, обладавшая поистине смертельным даром замораживать абсолютно всё умерла, Ирка со своим окаменением также. Ракета с подобным Мозгу даром тоже плохо кончит скорее всего, но мы уже не узнаем об этом. Мой дар заморозки не шёл ни в какое сравнение с ними. Так, баловство. Все имбы, это уже так называла дары массового уничтожения Лиана, изымались из оборота. Возможно, так было правильно, иначе бы их владельцы стали царями в Улье. Нам правда от этого не легче.

— Так, так! Не ожидали? Так вот оно и получается. Знали бы вы сколько трудов мне стоило свести наколку мура после того, как лично Генри направил меня за вами. Ничего, сегодня вечером новую набью. А я ведь не врал тебе, Лесник. Триста переселенцев есть. Плюс мы. Только держим мы их за загородкой и не кормим. Только живчик даём, чтобы не окочурились раньше времени. Покажи! — распорядился Прапорщик. Трое муров бросились убирать ширмы, покрытые брезентом. За ними мы увидели продолжение плато, уходящее под каменный козырёк. Метров семьдесят отделявшие одну стенку неглубокой пещеры от другой преграждали толстые брёвна, образующие решётку. За ними виднелись грязные лица и тела. Все они находились в крайней степени изнеможения.

— Хватит с ними базарить, Прапор! — вякнул Незнайка. — Можно я трахну ту сучку, что мне челюсть свернула? — Пока главный обдумывал его предложение. Рыжий быстро подошёл к Соне и вцепился ей в грудь. Он попробовал снять с неё скафандр, но у него ничего не получилось. Незнайке было невдомёк, что клапан реагирует на ДНК владельца и достаточно поднести палец к вороту как скафандр сам сползёт к ногам. Незнайка пока ограничился тем, что яростно теребил Соне грудь, угрожая, оторвать её. Сонины золотые глаза горели красным мстительным огнём. Страшно подумать, что она с ним сделает, если освободиться. Если! — Чёрт, как это снять!

— Придётся тебя самому себя удовлетворять, — хохотнул кто-то из толпы и муры дружно взорвались смехом. Смущённый Незнайка отошёл в сторону.

— Не надо никого трахать, пока не прилетели нолды. Они сами решат, — отрезал Прапорщик.

— Не много ли нолдам чести? — огрызнулся Незнайка. — Нолды то, нолды сё. Почему мы их слушаем?

— Ты совсем идиот, малыш? — изумился Мозг. — А как ты хочешь здесь дальше жить? Вместе с ними поселится в стабе? — Он кивнул на загородку. — Ходить в рейды, чистить магазины, помирать на элите? У нас всё есть, а теперь и чудесные машины нолдов вдобавок. И всё почему? Потому что они к нам хорошо относятся.

— Вам нравится лизать им жопу? — Незнайка явно был революционером.

— Нет, но ты можешь лизать жопу Леснику. Хотя нет, они его с собой заберут. Говорят, там для него чудесная капсула приготовлена. И усилитель боли. Другим таким же паханам в стабах можешь лизнуть. Они тебя погладят по голове и дадут один споран, чтобы ты не сдох до утра. Мы, почти сами себе хозяева! Вникай, долбоёб. Мы сейчас товар сдадим и в шоколаде. Сможем балдеть с ништяками ещё три недели. Здесь место проходное, наловим себе ещё дурачков. К тому же отпугиватель стоит, — размахивая руками откровенничал Мозг.

— Да, да, Лесник! Отпугиватели! Белый большой круглый отпугиватель прямо с главной базы нолдов. Так что можешь не надеется на свою стаю. Вон он, кстати, — Прапор показал налево от лестницы на что-то накрытое брезентом. — Нолды о той стае прекрасно знают и давно хотели их поймать. Зальют сверху ядом и готово дело. Так что я обо всём позаботился. А вот и наши друзья! — Прапор приложил ладонь козырьком к глазам и взглянул в сторону нарастающего гула. Мы стояли спиной к снижавшемуся челноку и не могли видеть его.

— Прапорщик, ну отдай мне ту светленькую. Ведь ты сам говорил, что мы можем себе бабу оставлять пока не надоест? — заныл Незнайка. — Я не жадный, буду делиться. Ну чего тебе стоит?

— Ладно, достал уже. Заберёшь, но позже, — согласился Прапорщик.

Муры быстро разгребли декорации, накрытые брезентом как им наверняка посоветовали нолды от Протеус, тем самым освободив место для посадки. Челнок маневрировал почти над самыми нашими головами. Вскоре мы увидели его, когда он как по ниточке опустился в двадцати метрах перед нашим строем. С тихим шипением откинулся пандус и вниз сбежало несколько вооружённых пехотинцев в белых скафандрах. Чуть погодя по пандусу спустился ещё один, но без оружия. В руках он держал кнут, но необычный, а электрический. Узнал я об этом почти сразу, когда Прапорщик подвёл его ко мне. Нолд прежде, чем начать разговор вытянул меня между лопаток. Эффект от удара совмещал в себе кнут и электрошокер в одном флаконе. В глазах у меня потемнело, а изо рта потекла пена.

— Какая мерзость, — послышался голос за респиратором. — Тебе понравилось, дружок? А он точно меня слышит?

— Так точно, ваше Высокоблагородие! — отрапортовал Прапорщик. — Они двигаться не могут, но всё понимают. Господин Генри не прилетел? Он мне жемчужину за него обещал.

— Господин Генри занят. У нас авария на стройке. Я могу подкинуть тебя к нему, — эту авария я вам устроил, дебилы!

— Очень хорошо, господин Эммануэль! Сейчас на запчасти разберём-с пленных и сразу со свежатинкой на базу.

Глава 9

Абажур

— Ставьте столы скорее! — распорядился Прапорщик, потирая руки. — Плотнее. И ёмкости для органов. Ближе, тупица ставь. Господин Эммануэль ждёт! Отдельно баки для отходов!

Воинство Прапорщика забегало, быстрее исполняя команды. Мозг, не отрываясь следил за нами, и только Незнайка бездельничал, отираясь вокруг Сони. Он трогал её волосы, нюхал, щупал везде Соню и плотоядно облизывался. Один раз даже пристроился к ней сзади и начал тереться о Сонькину задницу, пока его не отогнал Прапорщик.

— Делом занимайся, Незнайка. Иначе сам сейчас в баке окажешься, — строго проговорил Мозг.

— Иду, иду. С кого начнём? — одевая кожаный фартук спросил юноша с веснушками.

— Мужика тащи сюда, того, что мне форму подарил! — крикнул ему Прапорщик. Незнайка кивнул и кинулся исполнять приказ. Быстро добежав до импровизированной двери в перегороженной толстыми брёвнами пещеры. Он приник к щели между брёвнами и начал высматривать. Через минуту он нашёл того, кого искал.

— Иди сюда, чахоточный. Пахан зовёт, — крикнул кому-то Незнайка. — Бегом, давай.

— На болту я его крутил, членосос он, так ему и передай, — последовал ответ. — И ты тоже пидор.

— Так сам и передашь сейчас! — обрадовался Незнайка. — Я тебе охотно шкуру спущу, морячок.

— Иди в жопу, мне и здесь хорошо! — выкрикнул он из темноты.

— Незнайка, долго ты ещё там будешь дрочить? — нетерпеливо крикнул Прапорщик. — Веди его быстрее.

— Так, вы двое, тащите этого говоруна сюда, — Незнайка указал на мужика в загоне. Два здоровенных мура еле пролезли в отверстие между брёвнами и схватили настоящего прапорщика. Повалили и отпинали его для порядка повозив мордой по нечистотам в загоне. Тот попробовал отмахнуться, но от голода обессилел и не смог ничего им противопоставить. Распихивая ногами всех, кто ползал за загородкой они вытащили мужчину в одних подштанниках бывшими когда-то белыми. Он безвольно повис на руках муров. Когда они подтащили его ближе, то мы явно увидели его наколки на груди и руках. Самая безобидная из которых демонстрировала огромный гарпун, застрявший в чьей-то волосатой заднице. Боже, да по нему Камасутру можно изучать. Я даже забыл, что парализован и с интересом разглядывал наколки на теле мужика.

— Красавец, да? — Прапорщик указал на наколки пленника. — Не желаете абажур на лампу из его кожи, господин Эммануэль?

— Думаешь, будет смотреться? — с сомнением спросил господин Эммануэль. — Хотя в этом что-то есть. Да, пожалуй, желаю! Оставь его пока. Кто там следующий?

— Тащи первого, — хлопнул в ладоши Прапорщик и муры уже привязывали к столу худющего парня с бешеными от страха глазами. К столу подошёл нолд с чемоданчиком и вытащил оттуда ручной сканер обследовав его, он кивнул. Незнайка, уже экипированный кожаным фартуком, стоял рядом со скальпелем в поднятой руке как заправский хирург.

— Давайте приступим к практическому экзамену. Голубчик, вытащи ему печень! — провозгласил пожелание господина Эммануэля автоматический переводчик. Незнайка приставил скальпель к правому боку и с небольшим нажимом разрезал кожу. Парень на столе завопил. Незнайка резал без всякой анестезии, если не считать избиения. Стоявший рядом мур быстро затолкал пленному в рот кляп и облокотился на плечи прижимая к столу. Незнайка сделал ещё один разрез и погрузил руку в живот пленнику. Его глаза вылезли из орбит, но сознание он всё не терял, чувствуя у себя в животе руки Незнайки. Покопавшись мур, вытащил печень и бросил в контейнер. Господин Эммануэль похлопал в ладоши Незнайке. Парень на столе к тому времени всё же потерял сознание и не приходя в себя умер после того, как ему вырезали сердце. Муры собрались вокруг стола и слушая наставления нолда, запоминали в какой последовательности надо препарировать «объект». Мне это напомнило стайку студентов склонившегося над трупом в морге. Мы туда как раз зашли опознать одного деятеля. По службе. Мне такое не грозит, вздохнул я. Мной лично займутся нолды, как же обидно вот так подыхать. Я даже не могу активировать психокинетическую гранату, может тогда Мозг отвлечётся.