Василий Лазарев – И пришел Лесник! 17 (S-T-I-K-S) (страница 54)

— Но, позвольте! — вспыхнул Бэрримор.

— Не позволю. Ты что предлагаешь ему голову отрезать?

— Бэррик, сам же говоришь обруч неожиданно появился. Также неожиданно ушёл, так Жиду и скажешь. А металл хорош, — проскрипел знахарь. — Настраивается на альфы волны и резонирует, тем самым увеличивая выхлоп дара. Просто и элегантно. Поздравляю, Женя ты теперь супер.

— Как суперэлита? — пошутил я.

— Даже лучше.

— Где Фельдшер? Он сдох?

— Вывалился на мостовую и уполз. Видели его, как он пронёсся словно метеор на запад к катакомбам, — Валькирия выглянула сквозь разбитое окно на улицу. Там уже начали собираться ранние прохожие.

— Раны побежал зализывать. Иштар не удержала его, — сообщил Сиплый. — Ты помнишь?

— Помню, а где она сама? — я сел на кровати опустив ноги на пол.

— Так вот же, — папаша Кац сделал два шага в сторону, и я увидел нимфу, сидевшую на том же стуле. Она по-прежнему была без сознания и с ней что-то было не так. Присмотревшись, я вздрогнул. Передо мной сидел монстр! Ну, то есть это была та же самая Иштар только сильно обезображенная. Вся левая половина лица выглядела отвратительно и ужасно. Под тонкой мраморной кожей не было мышц, жировой прослойки, вообще ничего. Ощущение такое, что кто-то натянул пергамент на кости черепа и так оставил. О волосах, глазе, ухе речи тоже не шло, их попросту не было. Также на левой стороне лица отсутствовали губы обнажив зубы вместе с корнями. Правый глаз был прикрыт.

— Мой бог, — только и произнёс я. — Она жива?

— Да, я погрузил её в кому, но могу вывести из неё в любой момент. Но боюсь, когда она себя увидит, то сразу покончит с собой, — с сожалением сказал папаша Кац.

— Она сильная. Помнишь, как она выжила в космическом пространстве? — напомнил я ему.

— Помню, только сейчас я таки ничего не понял. Белой жемчужины кроме твоей у нас под рукой не было…

— Начальнику она была нужнее, — заметил Сиплый. — У неё только рассечение было, а он умирал.

— Всё правильно, мой синий друг. Всё верно, — согласился физик-теоретик. — Я не о том. Когда я помог ей заживить рану, то абсолютно не ожидал такого эффекта. Здесь дело в другом. Улей вернул Иштар её настоящий облик!

— Да что ты такое говоришь, пень старый! — вскипел Горец. — Она, по-твоему, кто? Монстр?

— Таки дождался благодарности, — проворчал папаша Кац. — Видел ли ты когда-нибудь как седеют люди в Улье?

— Конечно, затем снова в норму приходят. Извини за пня, но старого ты же не будешь отрицать?

— Не буду. И так, да Улей возвращает, но также, например распрямляет волосы.

— Изя, давай ближе к телу, — нетерпеливо сказала Валькирия.

— Я и говорю. Видел я девушку с волнистыми волосами, она внезапно повстречалась с рубером нос к носу и поседела. Но выжила и пришла в себя. Волосы вернулись к нормальному цвету и полностью распрямились!

— И? Не грузи, старче, — Сиплый в ожидании занялся своей финкой ловко крутя её в руках.

— Она сказала, что волосы ей сделал такими знахарь. Мы многое делаем по улучшению лица и тела…

— Мы в курсе, Изя, — улыбнулась последняя «жертва» знахаря Вика и коснулась груди. — Мне нравится.

— И мне, — согласился Сиплый.

— Я рад. Вы поняли, что я хочу сказать? Это был последний облик Иштар после какой-то катастрофы. Затем она обратилась к знахарю или сделала лицо себе сама.

— Как? — удивилась Валькирия.

— Она по второму дару знахарем была, — сказал я.

— Охренеть людям прёт. Нимфа-знахарь, — покачала головой Лиана. — Здесь ходишь всю жизнь снайпером.

— И фляжки людям из рук выбиваешь, да? Я ещё не всё сказал, — папаша Кац важно поднял указательный палец.

— Говори тогда, сопли только жуёшь, — раздражённо бросила Лиана.

— Женя, дай мне её на пять минут? Только свяжи перед этим, я ей блок поставлю на себя. Будет как кукла из «Детского мира», — зарычал папаша Кац.

— Щаз. Шнурки поглажу сперва, хочешь, чтобы она и меня грохнула? — я невольно дотронулся до головы.

— Правильное воспитание, Лиана, — рассеялась Валькирия.

— Дайте ему уже сказать или я вас всех сейчас к стенке поставлю! — крикнул я.

— Правильное воспитание? Мы ещё вернёмся к этой теме, дорогая. Так вот я думаю, что случилось это очень давно, когда у неё ещё не открылся второй дар. Там, в космосе, Женя, она успела проглотить белую жемчужину, и она вернула ей изначальный облик. Но парадокс заключается в том, что Улей в отличие от жемчужины запоминает последний облик, а не изначальный. Понимаете?

— Жемчуг возвращает первоначальное ДНК? — уточнила Вика.

— Типа того.

— Тогда дайте ей белую, — воскликнул Горец.

— Дайте ей белую? — медленно повторил папаша Кац и мелко затрясся от запредельной злости. — Ты забыл кто она?

— Слышь, пацанчик, белые на деревьях не растут, — Сиплый был настолько ошеломлён сказанным Горцем, что попал себе финкой в палец и теперь слизывал кровь.

— Нельзя? — Горец весь сморщился и сел на стул.

— Ни в коем случае. Идём дальше, — продолжил папаша Кац. — Фельдшер снёс ей не только черепушку, но и всю память. Царапнув ей лобную долю, он удалил дар нимфы и долговременную память. Сейчас она не вспомнит ничего дальше этой недели. Я думаю…

— То, что надо, — повеселел Горец.

— Стоит дать ей белую жемчужину, и я ни за что не отвечаю. Какой она проснётся одному Ктулху известно. Но мощь дара никуда не исчезла, и я вложил его в ещё теплящийся дар знахаря. Теперь перед вами сидит очень сильный знахарь, — Изя демонстративно указал на Иштар.

— Как он смог уничтожить дар? — спросила Вика. — Неужели такое возможно?

— Если бы я знал. Я обнаружил, что она потеряла нимфу. Осматривая её раньше, когда она была в нашей команде и ставя блок, я отчётливо видел доминирующий дар нимфы. Сейчас же его нет, то есть ещё прослеживается, но он погас. Однако белая жемчужина может преподнести непрогнозируемые последствия.

— С этим ясно, папаша. Она теперь знахарь? — уточнил Сиплый. — Так пусть сама себе и сделает лицо. В чём проблема?

— Таки именно это я и хотел сказать, но вы набрасываетесь на меня как собаки! — воскликнул возмущённый папаша Кац.

— Это он про тебя, — Лиана быстро сказала Валькирии.

— И про тебя тоже, милочка. Только попадись мне в руки! — Кац погрозил ей кулачком.

— Вот уж хуй, старичок. Я лучше к Иштар обращусь! — улыбнулась Лиана. — Это же не все новости? По глазам вижу.

— Да, есть ещё одна. Горец твоя будущая жена беременна. Она сама ещё не знает, но я увидел. У вас будет мальчик, — глядя в пол сказал знахарь.

— Охренеть!

— Поздравляю.

— С чем? — чуть не плача сказал Горец. — Он же умрёт.

— Неужели ни у кого нет белой? Бэррик? — Валькирия дёрнула за рукав разглядывающего своё сокровища продавца.

— Нет. Я ему их отдавал, — он кивнул на Горца.

— А у меня сейф Малой подломил, — развёл руками мэр Вавилона.

— Вот же волк, — заметил Сиплый. — Начальник?

— Жень, — Лиана посмотрела на меня выжидающе.

— Дайте ему. Им. Горец, только ей не отдавай и не говори, пока она себе лицо не поправит.

— Кому не давать? — раздался возмущённый голос Иштар. — Какое лицо?

Мы все резко повернулись к ней. Она гневно смотрела на нас единственным глазом. Папаша Кац схватил её за запястье.