Василий Князев – Цицерон – мастер публичных выступлений, или Роман об истинном римлянине (страница 15)

¹¹Аммиа́н Марцеллин – древнеримский историк. Участвовал в войнах Рима с персами в середине IV века, также служил в западной части Империи. По происхождению сирийский грек, однако свое единственное произведение, «Деяния», написал на латыни. Сохранившаяся часть исторического труда (книги XIV – XXXI) охватывает период 353 – 378 годов. Аммиана Марцеллина иногда характеризуют как последнего крупного римского или вообще античного историка.

¹²Квадри́га – античная двухколёсная колесница с четырьмя запряжёнными конями. Часто использовалась в Древнем Риме в гонках или в триумфальных шествиях. Сохранилось немало изображений, барельефов и статуй с квадригами.

¹³И́нсула – в архитектуре Древнего Рима – многоэтажный жилой дом с комнатами и квартирами, предназначенными для сдачи внаем. Инсулы появились не ранее III века до н. э. Верхние этажи инсул занимали в основном бедняки, более зажиточные слои населения снимали более комфортабельные квартиры на первых этажах с водоснабжением. Большинство квартир в инсулах были неотапливаемыми, малоосвещенными, в них отсутствовали водоснабжение и канализация.

¹⁴Стола являлась особой формой женской туники с короткими рукавами, широкая и со множеством складок, доходившая до щиколоток, внизу которой пришивалась пурпурная лента или оборка. На талии стола повязывалась поясом. Такую одежду носили матроны из высшего общества и не смели надевать ни отпущенницы, ни женщины легкого поведения, ни рабыни.

¹⁵Палла – древнеримское женское одеяние, имевшее форму квадратного или продолговатого четырехугольного пледа, иногда с вышивкой. Палла в то время была верхней одеждой для выходов в свет. Один конец паллы набрасывали на левое плечо, средней частью обертывали спину, а другой конец или перебрасывали через правое плечо, или просовывали сзади через правую руку, оставляя ее свободной, причем самый конец спускался с левой кисти к ногам. В дурную погоду или при жертвоприношениях закутывались в Паллу с головой. Как верхняя одежда, Палла была для женщин то же, что тога для мужчин.

Глава III. В чем секрет Квинта Росция?

Все мы увлекаемся любовью к славе,

и самые достойные люди

наиболее ею проникнуты….

На другой день, когда Цицероны завтракали поздним утром в триклинии, отец произнес:

– Ну, что, Марк, сегодняшний день понравится больше тебе, чем Квинту.

– А почему? – спросил младший.

– А потому, мой дорогой брат, – ответил Марк, с наслаждением уплетая пульс, – что сегодня мы идем в театр смотреть комедию Плавта¹ «Псевдол». А знаешь, кто в главной роли?

– Не знаю и знать не хочу, наверное, какой-нибудь вольноотпущенник или раб, – вытирая губы после моретума, произнес Квинт. Он больше любил спортивные состязания.

– Зря ты так, сын. Если ты собираешься, как твой брат, стать судебным оратором, тебе будет полезно поучиться актерскому мастерству у своего тезки Квинта Росция. А знаете легенду об ужасном событии в детстве этого актера?

– Нет, – ответил Марк. – Расскажи, расскажи, очень интересно.

– Однажды глубокой и темной ночью, такой темной, как будто сам Аид распахнул свои ворота, няня малыша подошла к его кроватке и отшатнулась в безумном страхе. Все тело мальчика обвила огромная змея, похожая на задушенную Геркулесом гидру. Сиделка стала истошно звать на помощь. Домашние прибежали и с большим трудом освободили ребенка. Слава богине Салюс², змея не была ядовитой, и мальчик остался цел и невредим.

На другое утро отец Росция обратился за объяснением этого ужасного события к гаруспикам³, которые с уверенностью ответили:

– Радуйся! Твой сын станет свободным и превзойдет всех славой и благородством. Его имя войдет в века.

Отец упал на колени и, воздев руки к небу, воскликнул:

– Спасибо тебе, Юпитер, повелитель всех богов!

– Как интересно! – в волнении произнес Марк. – Отец, а помнишь, ты мне рассказывал, что и нашей сиделке было видение перед моим рождением. Да?

– Верно, сын. В этом вы с Росцием похожи.

– А я не верю во всю эту чепуху, – насмешливо сказал Квинт.

– Верить или не верить – дело твое. Но посмотреть на игру этого великолепного комедийного актера ты должен. Его артистичная жестикуляция, мимика, речь и искусство перевоплощения завоевали много поклонников в Риме. Он был рабом, и ему даровали свободу. Более того, он открыл свою актерскую школу, которая славится на весь Рим. Как видишь, предсказания гаруспиков уже сбылись. Ладно, хватит рассказывать. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Собирайтесь, дети, через час выходим, – сказал отец и вышел из триклиния.

Юный Цицерон с радостью пошел облачаться в праздничную белую тогу; это же пришлось сделать и Квинту.

Во время описанных событий здания театра как такового в Риме не существовало. Его гораздо позже, точнее, в 55 году до н.э. построит великий Гней Помпей, но сейчас сценическое представление должно было состояться на главной площади города под названием форум. Форум был сердцем Рима. Он находился между Палатинским и Капитолийским холмами и со всех сторон был окружен общественными зданиями: непосредственно на него выходило здание Сената, с форума был прекрасно виден храм Юпитера Капитолийского.

Все улицы как маленькие сосуды стекались к сердцу города. На этой площади вершились великие дела. Бывало, здесь даже народ свергал диктаторов. Это была своеобразная политическая арена, где простой народ мог отвоевывать свои права с помощью своих народных трибунов. А иногда и сенаторы, не согласные с решениями сената, выходили к народу и, выступая с публичными речами, именно на форуме достигали своих целей. Проходила здесь и коммерческая жизнь: шла бойкая торговля, заключались сделки, велись переговоры. Влюбленные горожане, молодые и не очень, назначали в этом месте свидания. Одним словом, это действительно было сердце Вечного города.

И, конечно, для сценических выступлений лучше места было не найти.

Для представлений воздвигался деревянный помост высотой примерно в половину человеческого роста. На сценическую площадку вела узкая лесенка в 4—5 ступенек, по которой актеры поднимались на сцену. Декорациями к спектаклям почти всегда служила городская улица с выходящими на нее фасадами двух-трех домов. Все действие развертывалось перед домом в сопровождении флейты, излюбленного инструмента римлян. Постоянных сидений не было. Изнеженные сенаторы и матроны приходили на представления со своими креслами, расставляемыми у самой сцены, а иногда и на самой сцене, но с какого-либо края, дабы не мешать актерам. А все остальные – простые смертные – смотрели представление стоя. После спектакля импровизированная сцена разбиралась, и площадь приобретала обычный вид.

Представление для римских граждан было бесплатным, входных билетов не было.

Кто же организовывал и оплачивал все это мероприятие? Организовывал как всегда эдил и даже получал определенную сумму из казны на это представление, но в большинстве случаев в погоне за популярностью у народа эдил тратил свои личные деньги на роскошные, дорогие костюмы для актеров и декорации.

На тот период в Риме самыми популярными актерами были трагик Эзоп⁴ и комедийный актер Квинт Росций.

С вашего позволения, немного о Квинте. Он был прекрасно сложен и высок, обладал потрясающей пластикой. Росций достиг своего физического и актерского расцвета: ему исполнился 41 год. Черные как смоль волосы, выразительно-притягательные глаза, четко очерченные губы, прямой нос с небольшой горбинкой – все это уже свело с ума от любви не одну матрону Рима.

Квинт всегда очень серьезно готовился к спектаклю. Наизусть зубрил свою роль. Но еще более тщательно готовил свои знаменитые жесты. Он их придумывал, а после проверял на своих близких или учениках, насколько они хороши. Только после этого Квинт применял их во время представления. Особенно актер любил копировать известных людей Рима, придавая себе портретное сходство с ними и показывая их на сцене, чем доводил зрителей до гомерического хохота.

Этот день в Риме обещал быть жарким. Казалось, солнце своими лучами хочет расплавить все, что не успело спрятаться от палящего зноя.

Отец с сыновьями спустились с Эсквилинского холма и слились с массой римлян, которые, как и они, торопились к форуму на сценическое представление. Торговцы и вольноотпущенники, величавые матроны в паланкинах и простые домохозяйки, суровые ветераны римских побед, рудиарии⁵ и знатные сенаторы… Кто-то был уже пьян (ведь Римские игры длились несколько дней, и каждый день народу предлагалась бесплатная выпивка и угощение), кто-то ссорился, кто-то шел в обнимку – все как всегда.

Марк уже начал привыкать к этой бурлящей жизни, такой стремительной и активной после размеренного и сонного Арпинума. Иногда он вспоминал Корнелию, и его сердце сладко и больно сжималось: все-таки это была его первая любовь. Вдруг он получил резкий удар локтем в бок. Это раб расчищал место для прохода какой-то важной персоны, сидевшей в паланкине⁶, который несли восемь крепких рабов. Этот толчок заставил юного Цицерона очнуться от воспоминаний. Он смахнул с себя эти мысли и догнал отца с братом, опередивших его на несколько шагов.

Через Триумфальную арку, построенную в 121 г. до н. э. Квинтом Фабием Максимом Аллоброгским, они вошли на форум. Было такое ощущение, что перед тобой бурлящий океан, – так много было желающих увидеть игру Квинта Росция. Стоял такой гул, что трудно было услышать не только ближайшего соседа, но и себя самого.