Василий Кленин – Перегрины. Правда за горизонтом (страница 34)
– Здравствуй, воин! Ты Нефрим Мехено, так?
Говорила дерзкая чужачка правильно, но с непривычным выговором. А глаза ее угольно-черные смотрели на удивление прямо. Нефриму даже на миг захотелось отвести взгляд.
– Я – Гуильда. Я – жена Валетея. И у меня к тебе просьба, воин Нефрим: возьми меня завтра в свое каноэ. Возьми меня в поход!
– Что?! – мужчина опешил.
То, что замужняя женщина заговорила с чужим мужчиной без ведома супруга в ночи, уже не особо хорошо. Но сказать такое, проситься в чужое каноэ, к чужим людям втайне от мужа!
– Ты с ума сошла, женщина!
– Постой, воин! Дай сказать, – девушка положила руку Нефриму на плечо, и тот вздрогнул. – Девять лун назад стала я женой Валетея. Только узнала его, только разглядела, как прекрасен, как весел и заботлив мой муж, – отец услал его в Багуа. Долгое время его не было, каждую ночь ложилась я спать с надеждой, а просыпалась со страхом. Но мой храбрый муж вернулся и через несколько дней уплыл с отцом на Вададли. Почти пять лун провел он там, приплыл ко мне и уже завтра снова уходит на запад! И я не могу представить на сколько. Валетей две ночи говорит своей Гуильде, как он скучал по ней… Но почему тогда он завтра уплывает без меня?! – черные глаза наполнились влагой слез. – Если он скучал, то зачем уезжает? Почему не берет меня с собой?
Девушка замолчала, и пораженный Нефрим не знал, какими словами разрушить эту тишину.
– Девять лун я жена, а мужа почти не вижу, мне некого любить. Воин, возьми меня с собой! Я легкая и не утяжелю твое каноэ. А там на новой земле я приду к мужу. Пусть накажет меня. Пусть сильно накажет, но я смогу его там любить!
Что тут сказать... Разум говорил: гони дерзкую домой, к очагу! Пусть слушает мужа и терпит. Однако вместо этого Нефрим молча пошел под навес, где были сложены вещи с его каноэ. Размотал один из тюков, достал грубую накидку и свою плетеную круглую шляпу от солнца.
– Возьми и спрячь, – коротко, как воинские команды, бросил он ей. – Утром уединишься и наденешь. Да волосы спрячь и сажой измажь их. И по лицу сажей пройдись. Когда начнется погрузка, подойди незаметно ко мне. Я тебя посажу.
Девушка тихо пискнула от радости и быстро обняла темнокожего гиганта. Мехено замер, а та уже выхватила вещи и умчалась во тьму.
«Это сумасшествие! – вцепился он в свои волосы. – Ладно, ее муж накажет там... А если нас поймают на посадке? Как я Валеру это объясню?».
Но на посадке всё вышло на удивление гладко. Даже остальные гребцы с каноэ ничего не сказали и не спросили. Ну, сел еще один участник похода с Аквилонума. Они даже счастливы были, что им достался такой легкий и тихий попутчик. И посмеивались над командой злосчастного Фелига Ремигуа, которой «выпала честь» везти толстяка Морту. Презрев достоинство своего сана, тот брыкался и плакал, когда его вели к каноэ. Погрузка благостного и отвлекла всеобщее внимание, так что в каноэ можно было незаметно запихать даже жирного тапира.
– По каноэ! – снова раскатисто скомандовал Валетей. Теперь он уже стал полноценным начальником, Валер оставался на Суалиге.
«Ну что ж, поглядим, как ты накомандуешь», – усмехнулся Мехено.
По счастью, дорога не потребовала от Валетея великих талантов предводителя. Путь на запад оказался на удивление спокойным и беспроблемным. Единственной трудностью было то, что лодки постоянно разбредались по Багуа, особенно ночами. Приходилось часто останавливаться и ждать отстающих. На третью ночь малое каноэ совсем пропало из виду. Валетей даже рискнул: составил суда в круг и велел плыть хору в разные стороны, а потом возвращаться строго назад. Потерявшихся нашли, все каноэ собрались вместе. Тут-то на волне общей радости заговорщики и забыли о бдительности. Валетей на полуслове оборвал разговор с одним из своих людей и с изумлением уставился на худенького гребца с каноэ Мехено. Разумеется, сажа уже давно стерлась, а тут еще и шляпа сползла.
Тут и девчушка перехватила изумленный взгляд предводителя похода. Застигнутая врасплох, она на миг испуганно замерла, а потом дерзко фыркнула, скинула окончательно шляпу и высунула язык.
– Вот так, муженек! Будем вместе с тобой! Ты от меня даже на заокраинный запад не сбежишь!
Валетей сидел в лодке, задохнувшись и выпучив глаза. Кругом всё стихло. И вдруг Протит запрокинул голову и расхохотался!
– Вот жена у меня! Всем жёнам жена! Нефрим, признавайся: это ты провернул с ней? – ангустиклавий, который сам до конца не решил, стыдиться ему своего поступка или нет, только что-то нечленораздельно буркнул.
Гуильда в тот же день перебралась на каноэ мужа. Нефрим греб на своем каноэ в десятке локтей и прекрасно видел, как Валетей работал веслом, а позади него сидела девушка с красно-черными волосами и заботливо перезаплетала густые космы мужа в косицы на макатийский манер. Тягучая приятная боль разливалась по груди темнокожего ангустиклавия, и он не знал, как ее прекратить.
Глава 19. Новый мир
– Нет.., – Морту бессильно осел на камень. – Нет! Нет! Нет! Валетей, зачем плыть дальше? Вот же земля – мы приплыли. Хорошая земля! Ты молодец, открыл ее, давай же здесь селиться!
– Благостный, но это не та земля, – мерзкий мальчишка не переставал спорить. – Это Куапетока – маленький островок. До Порто Рикто еще нужно плыть.
– Почему маленький? Большой прекрасный остров! Зачем куда-то плыть? Построим здесь поселение…
– Я уже устал с тобой спорить, Морту. Нас Совет посылал не сюда. Здесь нет людей, здесь нет хорошей земли для полей, здесь даже питьевой воды мало. Островок меньше Суалиги, он с трудом прокормит нашу толпу. Так что мы плывем дальше. Потерпи, уже немного осталось.
И Валетей ушел к каноэ. Глупый маленький Протит. Он всё время врал. Обещал, что дорога займет не больше четырех-пяти дней, а плыть пришлось почти семь. И с островами наврал. Ведь раньше он рассказывал, что первый остров на пути – Никаки, а Куапетока – аж третий. Как же это они так плыли, что вышли сразу к третьему острову? Валетей – хитрюга: пока все отдыхали, собрал ближних и местного дикаря, уплыл куда-то, а потом, вернувшись, давай пояснять:
«Острова дугой выгнуты – Никаки, Микчан, Куапетока. Мы просто на этот раз южнее взяли, вот и промахнулись. Но так даже лучше – плыть на пятнадцать миль дальше, зато здесь и берега удобнее, и вода пресная есть, не то что на скалистом Никаки», – говорил он.
Ясно, врал. А ближние его поддакивали – сговорились в море, понятное дело. Им лишь бы плыть, слуги Мабойевы! Лишь бы поближе быть к своему господину, исчадию зла, которого ЙаЙа заточил на дне Багуа. Да нас всех погубить хотят!
Морту весь вечер ходил между кострами портойев, пытался открыть им глаза, но никто не слушал благостного. Все были веселы, все ждали дальнейшего похода.
– Потерпи, благостный! – хлопал Морту по плечу здоровяк Нефрим. – Самое сложное позади. Главное – слова мальчишки подтверждаются. Вот они – малые острова, значит, и большой есть! Завтра выйдем, по цепочке островов доберемся до Порто Рикто, и начнется совсем другая жизнь!
И назавтра поплыли. Еще затемно проклятый Валетей всех поднял, велел паковать вещи, готовить подсохшие каноэ. И, едва солнце взошло над морем, вывел весь караван в Багуа.
Как море трепало лодки! Морту выворачивало наизнанку. Он судорожно цеплялся за борт и молил команду Фелига грести к берегу.
– Мы к берегу и гребем! – рявкнул наконец корабел семьи Ремигуа, и огонь Мабойи полыхнул в его глазах. Да они тут все прокляты. Все околдованы!
Караван плыл вдоль берега еще одного острова – Капачина. Его берег был длинным, очень длинным. Капачин оказался воистину большой землей, где есть ручьи, где, по словам самого Валетея, живут люди. Так почему же караван не высаживается здесь? Морту очень хотел задать эти вопросы малолетнему предводителю, но Мабойев слуга, несомненно, снова нашел бы какие-то свои неотразимые аргументы.
А портойи плыли на запад вдоль земли, до которой было рукой подать. Капачин казался довольно низинным островом. Какие-то горы виднелись в глубине, но их даже с вершинами Суалиги нельзя было сравнить. Один раз им попалась деревня. Она была пустой – местные явно убежали в леса, завидя такую стаю каноэ.
– Пятнадцать хижин. А некоторые наверняка не видно за деревьями. Большая деревня, – Фелиг Ремигуа почти облизнулся, предвкушая будущие походы и десятки пленных, которых можно будет увезти на Вададли.
А волны становились всё выше и выше. Морту вновь замутило, он прикрыл глаза и попытался прилечь в тесноте каноэ. Однако и хоры не прошло, как общий вздох, перекрывший скрежет волны, вернул его в реальность.
«Да что там еще», – заворчал Морту, приподнялся и замер. Каноэ вздымалось на волне в небеса, и на гребне глазам портойев открывалась земля. Бескрайняя, бесконечная земля. Можно было хоть сотни раз слушать яркие рассказы юного косматоголового предводителя. Но ничто не могло сравниться с увиденным. Черный берег, усеянный белой пеной волн, уходил бескрайними крыльями в обе стороны к горизонту. Зеленые леса колыхались темным глубоким морем – морем над морем. А вдали синели горы, слегка размазанные дымкой облаков.
Тошнота отступила, Морту молча смотрел на волшебную страну Порто Рикто. И уже ни разу не застонал, не заворчал до того момента, как каноэ ткнулось в каменистый галечный берег.