Василий Кириллов – Феодосия в моём сердце (страница 4)
К сожалению, здание серьёзно пострадало в годы Великой Отечественной войны. Скульптуры не уцелели ещё и до этой поры, будучи подвержены воздействию перепадов температур. И сейчас реставраторы прилагают немалые усилия, чтобы восстановить былой облик главного фасада. Ремонтные и восстановительные работы продолжаются и внутри здания. Им, буквально, не видно конца. Конечно, хотелось бы, чтобы всё это не превратилось в глобальную реконструкцию архитектурного объекта, не нарушило бы его историческую подлинность. И в то же время есть позитивный момент в том, что помещения дома приспосабливаются для размещения большего количества полотен выдающегося художника и картин его последователей. Думается, что когда вся музейная экспозиция, наконец, предстанет для обозрения посетителям, она вызовет у них самые лестные отзывы.
В 1848 году И.К.Айвазовский обвенчался в Армянской церкви с Юлией Яковлевной Гревс, дочерью англичанина-лютеранина Якоба Гревса, состоявшего на русской службе в должности штабс-доктора. Девушка имела привлекательную внешность, но была не знатного происхождения, работала прежде в богатом доме гувернанткой и отличалась хорошим образованием.
После венчания в крымском имении И.К.Айвазовского в Шейх-Мамае был устроен настоящий пир. Здесь было и изобилие цветов, музыка, танцы и даже состязание джигитов. А к вечеру в Феодосийский залив зашла эскадра кораблей из Севастополя. Встав на рейде, они зажгли фейерверки праздничной иллюминации.
Поначалу в семье Айвазовских царило согласие. Разница в возрасте (в 12 лет) никак не мешала личным отношениям. Может быть, определённый дискомфорт Юлии доставляли только родственники художника, склонные к определённому характеру жизни и соблюдению национальных традиций. Тем не менее, привыкшая к светскому обществу Петербурга, молодая женщина вскоре сумела адаптироваться к существованию в глухой провинции.
Счастливым и знаменательным событием для Айвазовских стало появление на свет двух дочерей – Елены и Марии. О рождении второго ребёнка выдающийся живописец узнал во время пребывания в Санкт-Петербурге. Телеграмму с приятным известием И.К.Айвазовскому вручили на художественной выставке, проходившей в январе 1851 года. Именно на ней на суд зрителя была представлена впоследствии знаменитая картина мастера под названием «Девятый вал».
На полотне И.К.Айвазовский изобразил терпящих бедствие группу людей, в надежде на спасение цепляющихся за обломки корабельных мачт. Действие, судя по ещё не яркому свету лучей солнца, происходит ранним утром. За плечами у несчастных грозные события минувшей ночи. Шторм не утихает, и громадная бушующая волна готова всей своей массой обрушиться на потерпевших крушение морских странников…
В Санкт-Петербурге на монументальное полотно, буквально, ходили смотреть толпами. Подлинность трагического события, мастерски переданная средствами живописи, заставляла зрителей реально сопереживать происходящему. Они невольно начинали ощущать себя в роли безвестных героев картины, находящихся на грани погибели; каждый из них живо чувствовал силу и величие морской стихии, будто бы мощным потоком изливающейся на них с монументального полотна.
Не остался равнодушным и император Николай I. Все его опасения, что И.К.Айвазовский утратит свой талант при переезде в Феодосию, рассеялись. Император с искренней радостью назвал художника «царём моря», будто бы сравнив его с античным богом Нептуном.
Сам же И.К.Айвазовский признался близкому другу, что его творческому вдохновению способствовала радость семейного благополучия. Некоторое время спустя, у супружеской четы родилась третья дочь – Александра.
В 1853 году, в процессе идущих земляных работ, на одном из холмов в Феодосии были найдены античные раритеты. Юлия, испытывающая тягу к знанию об историческом прошлом, зажглась желанием участвовать в археологических раскопках. Она вовлекла в это интересное занятие и мужа. И.К.Айвазовскому пришлось лично обращаться к Министру уделов за разрешением на проведение изыскательских работ.
Вид на утраченное ныне здание музея Древностей в Феодосии (фото с дореволюционной открытки)
Супруги с энтузиазмом принялись за дело. Вместе они провели раскопки на десятках курганов. Юлия тщательно просеивала землю, чтобы не упустить ценные находки. Всё самое уникальное тщательно упаковывалось для последующей отправки в Санкт-Петербург. В конечном итоге, И.К.Айвазовский сообщил графу Л. Перовскому:
«Нашли… в золе золотую женскую головку самой изящной работы и несколько золотых украшений, как видно с женского наряда, а также куски прекрасной этрусской вазы». 9
Думается, художник здесь проявил излишнюю скромность или решил, что министр не столь хорошо просвещён по части археологии. На самом деле, список находок античных предметов был намного шире и включал в себя не только ювелирные украшения из золота.
Античные вазы «краснофигурного стиля» из музея Древностей в Феодосии (фото 2023 года)
Археологическая коллекция в Феодосии начала создаваться ещё в период губернаторства С.М.Броневского. Ко времени переезда в город И.К.Айвазовского она несколько выросла и пополнилась целым рядом новых экспонатов. Бывшее помещение музея Древностей уже становилось не подходящим для хранения столь значительного количества ценных находок. У художника, не испытывавшего недостатка в финансах, постепенно назревает идея построить новое здание для культурных нужд.
И.К.Айвазовский хочет создать на вершине горы, примыкающей к городу, своеобразный Храм искусств, внешне решив его в образе, напоминавшем чем-то знаменитый греческий Парфенон. И выдающийся мастер, в самом деле, через некоторое время решается на этот щедрый подарок своему родному городу! 10
Новое здание музея Древностей было построено в 1871 году. Вскоре в него перекочевали все экспонаты, содержавшиеся ранее в не столь хороших условиях. В конце XIX века археологическая коллекция в Феодосии ещё более возросла, благодаря стараниям военного инженера А. Л. Бертье-Делагарда. При добыче земли для строительства с одного из окрестных холмов было обнаружено немалое количество старинных предметов. Инженер, как истинный ценитель крымского прошлого, скупал у рабочих эти находки и передавал музейным хранителям. Это были монеты, фрагменты архитектурных деталей, столовой посуды, терракотовые рельефы и т. д.
К сожалению, здание музея Древностей на горе Митридат в Феодосии не сохранилось до наших дней. Оно было полностью разрушено в период Великой Отечественной войны. Сейчас об архитектурном облике бывшего «музейного храма» могут свидетельствовать только редкие архивные фотографии. Но даже эти снимки позволяют хотя бы приблизительно ощутить величавую красоту здания, некогда возвышавшегося среди живописного крымского ландшафта, у подножия хребта, примыкающего к склонам вершины Тепе-Оба. 11
ГЛАВА III
Предсказание волхвов
В детстве мне ни разу не приходилось бывать в Крыму. На полуостров я впервые «заглянул» уже в студенческие годы. Меня пригласили летом принять участие в археологических раскопках на Таманском полуострове. Поездом я прибыл из Москвы в Керчь. Меня тепло встретили на вокзале, а затем один из завсегдатаев местных раскопок даже вызвался быть моим гидом.
Мы совершили небольшую прогулку по Керчи, в процессе которой я смог бегло ознакомиться с местными достопримечательностями. В частности, я смог вдоволь налюбоваться старинной византийской церковью Иоанна Предтечи, возвышающейся неподалёку от морского побережья. Однокупольный храм, датированный VIII – XI вв., отличался не только грациозными пропорциями, но и удивительно тонкой и выразительной кладкой наружных стен. Я по-настоящему оценил работу неизвестных константинопольских мастеров.
Небольшие уютные домики с опрятными фасадами на бывшей Воронцовской улице, кажется, ещё «дышали» воспоминаниями о дореволюционной поре. В них сохранились традиционные детали внешней отделки, широко используемые строительными артелями в царской России.
Затем, с храмовой площади, мы по большой многоступенчатой лестнице забрались и на вершину горы Митридат, названной в честь знаменитого царя из Пантикапеи. Об истории его жизни и трагической кончине в своё время было сложено немало легенд. Хотя, далеко не каждая из них содержала элементы правды.
Широкая панорама, открывшаяся моему взору с высоты, отличалась удивительной красотой. Здесь, в Крыму, на фоне величественных местных пейзажей, будто сама по себе оживала античная история, вспоминались незыблемые основы древнегреческого искусства с его природным чувством пропорциональности и торжеством гармонии.
Пейзаж в киммерийской части Крыма (фото 2022 года)
Однако мой провожатый и будущий наставник придерживался откровенно позитивистских взглядов. Как истинный любитель археологии, он не стал «впадать в лирику» и счёл нужным указать мне только на осколки черепков керамической посуды, местами выглядывающих из-под земли среди выжженной солнцем травы.
– Это всё следы далёкого прошлого, – пояснил он. – Здесь раньше, как вы знаете, была античная колония.
Я перевёл взгляд и заприметил на противоположном склоне остатки колонн древнегреческого святилища. Они выглядели достаточно непритязательно, но светлый камень выделялся на фоне грязно-жёлтого тона растительного покрова.