Василий Карасев – Битва за Клин (страница 19)
Думается, что это резюме не стало новостью для командующего 30‐й армией. Но надо было сражаться несмотря ни на что, и в 4.50 утра штаб отдал частный боевой приказ командирам 185‐й стрелковой и 107‐й мотострелковой дивизии. Первый пункт приказа констатировал факт произошедшего накануне прорыва немцев: «Противник к 18.00 17.11.41 г., заняв НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ, усиленно перебрасывает пехоту, бронемашины и танки в район НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ, КОЗЛОВО»[251].
От группы войск под общим командованием командира 185‐й стрелковой дивизии подполковника Константина Николаевича Виндушева требовалось не допустить прорыва противника на шоссе Москва – Калинин и прочно удерживать рубеж западнее шоссе и южнее Московского моря. По докладу генерала Хоменко к 11.10 18 ноября в эту группу входили подразделения 143‐го танкового полка, 46‐й мотоциклетный полк, 304‐й и 305‐й пулеметные батальоны с артдивизионом, остатки 21‐й танковой бригады, две роты 237‐го стрелкового полка 185‐й стрелковой дивизии. Они занимали рубеж: Терехово, Безбородово, Тешилово, отм. 142.6, Завидово[252]. Даже объединить эти осколки разных частей под общим командованием было непростой задачей. Поэтому, учитывая их общую слабость[253], дальнейшие перспективы обороны на этом направлении выглядели далеко не радужными. Надо учитывать, что 185‐я стрелковая дивизия 17 ноября занимала оборону на левом берегу Волги на фронте Судимирка, Терехово. Ей еще только предстояло подтянуться к месту прорыва. В соединении полковника Виндушева два полка (280‐й и 1319‐й) были укомплектованы до штата. Только 257‐й стрелковый полк практически не существовал. 695‐й артиллерийский полк имел 12 76‐ти мм орудий и 6 – калибра 122 мм[254].
Более активную задачу получил командир 107‐й стрелковой дивизии. Ему приказывалось не просто прочно удерживать занимаемый район, а силами 237‐го стрелкового полка с танковым батальоном контратаковать противника в направлении Ворошиловский, Козлово: «Танковому батальону с 8 час. 10 мин. контратаковать противника в направлении ВОЛОВНИКОВО, зап. скаты отм. 141.8, не допустить противника на Козлово и во взаимодействии с 237 мсп уничтожить противника в районе КОЗЛОВО, ВОРОШИЛОВСКИЙ, перерезать дорогу КОЗЛОВО – НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ, не допустить подхода сил противника из направления ДОРИНО на НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ»[255].
Отдавая данное распоряжение, в штабе армии похоже, не совсем четко представляли положение в указанном районе, о чем говорит фраза: «не допустить противника на Козлово». Во всяком случае, при удаче данного предприятия вышедшая к Ново-Завидовскому немецкая группировка могла быть отрезана. Но, к сожалению, как показали дальнейшие события, количество нащих сил для этого явно не хватало. Сам генерал Хоменко, характеризуя выделенные части, говорит об «остатках» 237‐го стрелкового полка. При этом указанные «остатки» не были сосредоточены полностью у Рабочего поселка, а продолжали обороняться еще и в Глухино, и в Китенево. Правда, к силам, предназначенным для контратаки, были добавлен еще мотострелковый батальон 21‐й танковой бригады. Командующий армией связывал с намеченной операцией определенные надежды: «Этот удар решил [нанести] с целью сорвать развитие давления противника на КОЗЛОВО, НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ»[256].
В этот день авиация противника бомбила не только наши подходящие резервы. Досталось и штабу армии в Спас-Заулке: «Бомбежкой в доме, в котором я работаю, тяжело ранен тов. ЛЕСТЕВ; майор ФИЛАРЕТОВ – Ваш командир связи убит. Генерал-майор ЖУРАВЛЕВ – представитель КАЛИНИНСКОГО фронта ранен в левую руку и ногу, отправлен в КЛИН. Есть и другие жертвы. Тов. ХОХЛОВ – благополучно»[257]. В остальном до середины дня на фронте в окрестностях Ленинградского шоссе ничего существенного не происходило.
В течение ночи на противоположной стороне в штабе немецкой 6‐й танковой дивизии планировали усиление передового отряда. Имелись определенные опасения: следует ли направлять туда сразу крупные силы, которые могли запрудить дорогу. Однако было решено, что 114‐й стрелковый полк должен выступить целиком. От Мантейфеля было получено донесение о том, что он не сможет продолжить дальнейшие операции в восточном направлении из‐за недостатка сил. Кроме того, требовалось осуществить зачистку Ново-Завидовского. Известия от 6‐го стрелкового полка были отрывочными и не совсем понятными штабу дивизии. Поэтому с утра я сам выехал вслед за 114‐м полком, к Мантейфелю, чтобы разобраться в обстановке.
В 13.00 114‐й стрелковый полк головой колонны достиг Фофаново. Но еще во время выступления из Козлова юго-восточнее поселка разведкой были обнаружены советские части. А вскоре последовал налет нашей пехоты при поддержке нескольких танков Т-34 против Рабочего поселка (у немцев он проходит под названием Новое, которое присутствует и на наших старых картах). Там еще оставалась 1‐я рота 114‐го пехотного полка, которую пришлось отвести. «Расквартированный в этом населенном пункте передовой отряд штаба имел незначительные персональные потери, однако утратил 9 мотоциклов, 2 легковые машины и 1 грузовой автомобиль раздавленными или подбитыми. В это время Ia, находящийся как раз в Козлове, организует оборону… Воздействие противника значительно увеличивается за счет постоянных налетов тяжелых орудий залпового огня»[258].
В докладе 21‐й танковой бригады достижения своей пехоты оцениваются достаточно высоко:
«19.11.41 (правильно 18.11 –
Наступая на Рабочий поселок (юж. окраина Козлово), батальон, благодаря неожиданному и дерзкому фланговому удару по коммуникациям пр‐ка, имел исключительный успех.
Командир 114-го сп 6-й тд вермахта Х. Цолленкопф.
В результате боя уничтожено: орудий ПТО – 3, ст. пулеметов – 5, минометов – 2, легковых машин – 1, штабных машин – 1, машин с боеприпасами – 1. Убито и ранено 129 солдат»[259].
В ходе боя «красноармеец Окунев ворвался в кладовую фабрики, где 12 немицев делили захваченные ценности. Окунев не растерялся и крикнул: «Вот теперь я с вами рассчитаюсь». Направив ППШ на немецких захватчиков, он расстрелял в упор 6 солдат, а остальных 6 немцев, бежавших в панике вниз по лестнице, расстрелял в спину».
«Сержант Князев с 3‐мя бойцами, будучи в разведке, попал в расположение пр‐ка. Князев принял бой. В неравном бою уничтожил 12 немцев и захватил трофеи: 2 ящика мин, 12 лент с боевыми патронами, вышел с бойцами невредимым к своим».
«Политрук истребительной роты мл. политрук Луценко во время атаки, ворвавшись в расположение пр‐ка, увидел в землянке 3‐х немцев, которые пытались скрыться. Луценко бросил в землянку 2 гранаты и мгновенно закрыл землянку крышкой» [260].
Отличился и командир мотострелков 21‐й танковой бригады майор К. Г. Кунаков[261]. Данные по урону, нанесенному врагу, несколько отличаются в донесении бригады и наградном листе на майора, но, в общем, близки к тем цифрам, которые называет наш противник. Конечно, сомнительно число убитых немцев. Это целая рота! Кто и когда считал немецкие трупы? Ведь очень быстро последовала вражеская контратака.
Немцы направили подходивший с запада к Козлову 6‐й мотоциклетный батальон для флангового удара. В то же время с противоположной стороны был повернут 1‐й батальон 114‐го стрелкового полка. Немецкое штурмовое орудие смогло подбить два танка, и под давлением двух немецких батальонов атакующие вынуждены были отойти. «В 15.40 ч. взято Новое. Передовыми частями очищается лесной массив»[262]. Тем не менее, угроза со стороны советских войск не была устранена. «На лесной территории перед линией обороны по‐прежнему враг с танками. По показаниям пленных примерно 1 полк с батареей и ротой орудий залпового огня» [263].
Поэтому на следующий день планом штаба 6‐й танковой дивизии были предусмотрены действия против этой группировки: «По телефону подполковнику Унрайну приказно 6‐м мцб, 1‐м батальоном 114‐го сп и 7‐м мцб атаковать на юг из Козлово – Новая против врага на лесной территории и уничтожать, затем наносить удар через лес на восток вплоть до шоссе. 7‐й мцб для обеспечения оставить в Новое. Если лесная дорога этого не позволит, тяжелое оружие и тяжелые транспортные средства нужно подвести по прежнему пути наступления»[264].
Пока преодолевался кризис, возникший на коммуникациях, передовые части произвели зачистку Ново-Завидовского. Эта работа была проведена перед полуднем.
В 13.30 6‐й стрелковый полк Мантейфеля перешел в наступление[265]. 1‐й батальон полка с танковой ротой, усиленной четырьмя Т-IV, наступал от Фофоново на Шорново, а 2‐й батальон через Тешилово на Демидово. Одна рота была направлена севернее, в район моста через водохранилище.
С самого начала наступающие подвергались постоянным штурмовым налетам советских истребителей. Но чтобы остановить врага этого оказалось недостаточно. Не смогли сдержать противника и наземные войска. 2‐й немецкий батальон смог преодолеть, несмотря на упорство обороняющихся, сопротивление советских частей в Тешилово. Затем 8‐я рота двинулась через Лягушино в сторону Безбородова, а другие подразделения – по обоим сторонам дороги Тешилово, Мокшино, идущей через лес к Ленинградскому шоссе. При поддержке танковой роты им удалось быстро преодолеть сопротивление в лесу и перед шоссе, выйдя на которое около 16.15 немцы повернули на юг и захватили Демидово.