Василий Карасев – Битва за Клин (страница 21)

Было также получено известие, что голова колонны 7‐й танковой дивизии застряла на многочисленных минных полях в трех километрах юго-западнее Свистунова. На участке этого соединения большая часть дня прошла спокойно. Лишь между 8.00 и 9.30 с юго-восточного направления были обстреляны позиции 25‐го танкового полка у Покровского. Затем 2‐й батальон 7‐го стрелкового полка немцев, поддержанный танками, сделал вылазку против Изосимово и отбросил находившиеся там подразделения 13‐го кавалерийского полка в лес. Затем полк начал отход через Кузминское на Китенево к главным силам своей дивизии. Немецкие разведгруппы, направленные на север и северо-восток, наталкивались только на слабые части. Немцы сделали вывод, подтвержденный их авиаразведкой: противник перед ними отходит. В 14.20 25‐й танковый полк получил приказ произвести сильный разведывательный удар по дороге Покровское – Свистуново и быть готовым последовать своими главными силами, вместе с 54‐м разведывательным батальоном, в том же направлении. В 17.35 поступил приказ корпуса: в связи с благоприятно сложившейся обстановкой направить весь танковый полк и усиленный 2‐й батальон 7‐го стрелкового полка по этой дороге на Свистуново и форсировать Яузу возле Овсянниково. Боевые действия предложено было продолжать и ночью. Немедленно началось исполнение приказа, но тяжелые дорожные условия и минные заграждения большой глубины не позволили врагу выполнить эти намерения[282].

С аналогичной проблемой столкнулся и 14‐й разведывательный батальон 14‐й моторизованной дивизии. Пытаясь провести по лесным просекам разведку в направлении на Гологузово, он также столкнулся с заграждениями и минированием и не смог выполнить свои обязанности[283].

Таким образом провести широкомасштабные ночные действия соединениям LVI-го армейского корпуса не удалось. Решение задачи по проведению удара вплоть до Ленинградского шоссе была перенесено на следующий день, и на этом, казалось бы, идея внезапных ночных действий была похоронена. Но не на долго…

Возвращение на прежние позиции

Как мы знаем из немецкого приказа, действия 2‐й танковой дивизии на правом фланге 16‐й армии в предыдущие дни еще не были началом общего немецкого наступления на этом отрезке фронта. Это были только подготовительные мероприятия, часть из которых на участках 35‐й и 106‐й пехотных дивизий была сорвана нашим контрударом. Так, к концу дня 17 декабря командование немецкого V-го армейского корпуса пришло к выводу, что ранее запланированный удар 106‐й пехотной дивизии с охватом через Бородино уже невозможен[284]. Последствия нашего контрудара сказывались и в дальнейшем. Поэтому, когда 18 ноября V-й немецкий корпус двинулся вперед, все шло более-менее согласно графику только на участке 2‐й танковой дивизии.

Что касается 106‐й пехотной дивизии немцев, то в течение ночи она старалась залатать дыру, которая обозначилась в ее обороне. 240‐й пехотный полк выставил 2 батальона по обе стороны дороги Суворово, Шишково с фронтом на север и северо-восток. В Суворово оставался на позициях 4‐й дивизион 107‐го артиллерийского полка, для защиты которого были выделены два взвода пехоты. Разведывательный батальон дивизии разместили в районе перекрестка дорог западнее Шишково. 2 роты 745‐го саперного батальона оборонялись на опушке леса севернее Суворово. После принятия этих мер командование дивизии сочло, что ее положение укрепилось и она готова к отражению новых атак в направлении на Ярополец. На основании показаний пленных считалось, что этот пункт является основной целью атакующих[285].

Однако утром немцев ожидала приятная новость. Перед их позициями появился только один эскадрон, который был обстрелян артиллерией и скрылся. Собственная разведка выяснила, что деревни, захваченные накануне советскими войсками, по‐видимому, оставлены. Командир 106‐й пехотной дивизии в 9.30 приказал наступать на Шишково и Суворово и вернуть населенные пункты. Сам он остался при атакующих. В 11.00 деревни были заняты. Вместе с ними были возвращены потерянные накануне орудия 1‐го дивизиона 197‐го артиллерийского полка. При этом выяснилось, что они находятся в исправном состоянии! В 12.30 были заняты Хрулево и Блуди. Там в русле ручья немцы насчитали 33 подбитых и сожженных танка. Дивизия вернулась на прежние позиции, и ее командир приказал направить разведку в район Кузяево и Телешово, чтобы подготовить наступление, которое по плану должно было начаться накануне. Картины, которые увидел противник на поле боя (разбитая техника и множество убитых), а также сообщения авиаразведки, сообщившей об отходе советских частей, преисполнили врага гордостью. День 17 ноября, по мнению составителей ЖБД, должен был занять почетное место в истории дивизии. «Несмотря на то, что потери дивизии мучительны, все же достигнут успех в обороне, и дивизия, несмотря на ее незначительный боевой состав, причинила врагу очень тяжелые потери в людях и материальной части»[286].

В 15.00 была установлена связь с 7‐й танковой дивизией, которая считала, что ее правый фланг находится под угрозой. Поэтому она вынуждена была оставить охранение у Глазково, а ее танковый полк продвинулся только до Покровского. Обнаружив, наконец, справа от себя немецкие части, танковое соединение почувствовало себя увереннее, рассчитывая на скорое наступление своего соседа на северо-восток[287].

Развитие наступления 2‐й танковой дивизии противника

18 ноября соединение генерала И. В. Панфилова занимало фронт обороны длиной примерно 15 км по линии Поповкино, Ефремово, Амельфино, Горюны.

С утра правый фланг 316‐й стрелковой дивизии подвергся атаке 35‐й пехотной и 2‐й танковой дивизий немцев. Боевая группа «3» последней с утра выступила в северном направлении. В 8.35 ее передовые части были в Голубцово, а с 11.01 группа приступила к атаке на Строково и Ефремово. Наступление велось без поддержки танков, так как они были задержаны из‐за минного поля. Следующее сообщение от боевой группы поступило только в 17.00: она доложила, что занята высота 258 северо-восточнее Строково[288]. Таким образом, за световой день было пройдено около трех километров по прямой. Но при этом группа захватила 576 пленных, два противотанковых орудия, много пулеметов. Было подбито два русских танка[289]. Но свои достижения немецкая танковая дивизия должна была разделить со 109‐м и 111‐м полками 35‐й пехотной дивизии, которые атаковали с запада и юго-запада те же позиции.

Здесь оборонялся 1077‐й полк 316‐й стрелковой дивизии, поддержанный 2‐м дивизионом 857‐го артиллерийского полка и тремя танками 58‐й танковой дивизии[290]. Его 3‐й батальон подвергся атаке со стороны Голубцовj (боевой группой «3») и Ченцы, Авдотьино (109‐м полком 35‐й пехотной дивизии немцев), «будучи окруженным с трех сторон» понес потери в 50 % от своего состава убитыми и ранеными. Наш батальон утратил два противотанковых ружья, одну 45‐мм пушку и три станковых пулемета. При этом утверждалось, что противник потерял до батальона пехоты.

1‐й и 2‐й батальоны 1077‐го полка подверглись нападению со стороны Калистово, Быково и Голубцово. По донесениям наших войск у врага действовало до полка пехоты, поддержанной 21 танком и авиацией в количестве 12 самолетов (и действительно, со стороны первых двух пунктов наступал 111‐й полк 35‐й пехотной дивизии немцев). Следовательно, со временем противнику удалось решить проблемы с минными полями, и танки приняли участие в наступлении. Считается, что наши батальоны в свою очередь были поддержаны шестью танками 28 танковой бригады. Но скорее всего здесь речь шла о танках 58‐й танковой дивизии, которых по каким‐то причинам оказалось больше трех упомянутых ранее. Уничтожив до полутора батальонов пехоты, подбив девять немецких танков и потеряв пять своих, 1077‐й полк удержал рубеж.

Однако это утверждение плохо корреспондируются с тем, что произошло с 3‐м батальоном и заключительной фразой донесения: «Полк 1077 сп в количестве 1200 человек, выходя из боя, к 9.00 19.11 вышел к КУТЬИНО, ПРИСТАНИНО и 18.00 19.11.41 г. занял рубеж в р-не ЗОЛЕВО, АКСЕНОВО»[291].

Понятно, что полк покинул свои позиции. Сделал он это наверняка еще 18 ноября, поскольку попасть в указанный район по прямой дороге, дважды пройдя через боевые порядки противника, никак не мог. Обходной же маршрут составлял никак не меньше 20 км. Отметим, что действовавший с полком артиллерийский дивизион сохранил свою материальную часть и понес только потери в личном составе: было убито 20 человек и двое ранено.

В центре обороны дивизии И. В. Панфилова в Амельфино с утра 18 ноября занимал оборону 2‐й батальон 1073‐го стрелкового полка 316‐й стрелковой дивизии. В 9.00 его позиции подверглись бомбардировке. В ней участвовало 12 самолетов, которые сделали три захода. С 9.30 до 11.15 противник вел огонь из минометов, а в 12.00 последовала атака 30 танков. Их сопровождала пехота, которая была подвезена на 30 автомашинах. В ходе боя наш батальон потерял 30 человек убитыми и 60 ранеными. Потери противника были оценены в 100 человек. Под натиском врага батальон отошел в Богданово и через Никита, Горки прибыл в Золево. В 17.00 Богданово было занято немцами[292].