Василий Горъ – Ухорез 2 (страница 52)

В общем, всю первую половину дня обитатели поместья, свободные от дежурств, либо дрыхли, либо усиленно ленились. Увы, потом к КПП начали подкатывать грузовики с заказами, и народу пришлось поднапрячься.

Что именно привозили? Да все необходимое, начиная от боеприпасов и заканчивая мебелью. Пригнали и снегоуборочные машины. Поэтому мои их в темпе обслужили и укатили расчищать дорогу к Холмам. Само собой, не одни, а под охраной двух «Таранов».

По этой же трассе прокатился и я. Но после обеда — убедился в том, что она хорошенечко укатана, доехал до северной околицы поселка, вырулил на просеку, появившуюся за двое суток, и медленно, но уверенно добрался до стройплощадки. А там оглядел весь фронт выполняемых работ, пообщался с руководством «бригады» и ответил на несколько вопросов военнослужащих подразделения охраны.

Сорок минут, проведенные на объекте, улучшили и без того неплохое настроение, поэтому я дал команду свите загружаться в «Таран», сел за руль и покатил обратно. Рулил, никуда не торопясь, но по собственной колее. Так что к Холмам выехал всего минут через сорок, промчался по единственной улице, вылетел на нормальную дорогу, принял звонок Ивана Борисовича и спросил, что случилось.

Он доложил, что к КПП подкатил фургон службы доставки Белоярского аэропорта и привез посылку от Татьяны Тихоновны Державиной, после чего спросил, принимать эту коробку, или как.

— Пусть водитель немного подождет — я скоро буду… — ответил я, вдавил в пол педаль газа и немного полихачил.

К грузовичку подлетел в вихре снежинок, с шиком затормозил, выбрался из салона и, предъявив электронное удостоверение личности, забрал коробку размером с небольшой кейс. Вскрыл уже в машине. И озадаченно уставился на четыре одинаковых футляра с логотипами, знакомыми всей Империи.

Конверт заметил уже потом, шустренько открыл, достал розовый лист, явно вырванный из девчачьего блокнота, прочитал несколько предложений и вручил один из футляров Красовской:

— Держи, это тебе…

— Мне? — удивленно переспросила она.

— Ага: моя сестренка считает, что тебе, напарнице ее любимого братика, никак не обойтись без нормального боевого ножа…

— Интересно, а какие боевые ножи ныне считаются нормальными в роду Державиных? — с заднего сидения желчно поинтересовался Прохор Осоргин.

Я понимал, что он все еще не оклемался от разочарования нынешним главой этого рода, поэтому молча показал ему открытый футляр.

Профессиональный телохранитель аж крякнул:

— «Анчар»?

— Он самый… — подтвердил я и сразу же исправился: — Вернее, они самые: Татьяна Тихоновна дарит аж четыре штуки: мне, моей напарнице, матушке и целительнице, поставившей ее на ноги.

— Благодарная девчонка… — негромко сказала Наташа и ушла в себя. А я посмотрел, который час, мысленно сказал себе, что «доблестная защитница» примет мой вызов даже во время урока, и позвонил…

…С Танькой болтал минут пять-шесть. И получил море удовольствия не только от поведения девчонки, но и от реакции учительницы, одноклассников и одноклассниц на свой звонок — Державиной НЕ МЕШАЛИ. Хотя она, по сути, сорвала урок. Наоборот, прислушивались к каждому ее утверждению и периодически охали. В общем, сбросив вызов, почувствовал, что улыбаюсь, потом сообразил, что не мешало бы продолжить движение, тронул «Таран» с места и был вынужден принять еще один звонок.

Жаров затараторил чуть ли не раньше, чем услышал мой голос:

— Олег Леонидович, кортеж из восьми внедорожников только что снес табличку «Частное владение», установленную рядом с правым поворотом с моста через Енисей, намеренно отправил в кювет грузовичок службы доставки и в данный момент несется в сторону КПП. Номеров на машинах нет, стекла наглухо затонированы, на крышах трех последних — пулеметы типа «Явор», постоянно «пасущие» «нашу» опушку леса…

— Миленько… — процедил я и переключился на командно-штабной: — Дежурного по КПП — ко мне в машину. Тревожной группе на втором «Таране» нестись к воротам, выезжать на оперативный простор и рулить следом за нами, держась ровно в километре. Дроноводам перегнать по «птичке» к кортежу и к моему «Тарану», после чего кинуть мне телеметрию. Первой свободной смене — пятиминутная готовность ко всему на свете…

Не успел договорить, как дверь «будки» распахнулась, и с крыльца в два прыжка слетел Федор Яшин. Увидев, что я вылезаю из внедорожника, вбежал в поле моего зрения и превратился в слух.

— Забираетесь за руль и везете нас к точке высадки, которую я покажу… — протараторил я, оббегая автомобиль. Затем дернул на себя правую переднюю дверь, задвинул Наташу чуть поглубже, втиснулся на сидение и рявкнул: — Все, гоните!!!

«Владимирский» сорвал автомобиль с места, в темпе развернул и погнал к Усть-Ангарску. А я довел персональные вводные до Осоргина и Чекменева, объяснил Красовской, что предстоит делать ей, ответил на пяток уточняющих вопросов и сосредоточил все внимание на экран ИРЦ, на который вывел карту навигатора.

Нужное место нашел за считанные мгновения, «привязался» к местности и немного подождал. А километров через восемь-восемь с половиной — то есть, уже за Усть-Ангарском — приказал тормозить, первым десантировался наружу и жестом отправил вторую пару на левую обочину дороги.

Пока они отходили от дороги на рекомендованное расстояние и ныряли в наст, «Таран» сорвался с места и помчался к ближайшему повороту задним ходом, а мы с Природницей перепрыгнули через полутораметровый снежный отвал, поднялись на небольшое возвышение, начали задувать следы вроде как Воздухом, легли и под прикрытием рукотворного снежного бурана в темпе активировали кто невидимость, а кто мимикрию.

Пока «ненастье» выравнивало белоснежную целину, я пододвинулся к напарнице вплотную и озвучил несколько нестандартный боевой приказ:

— Наташ, если эти уроды решили повоевать, то ждать кортеж придется от силы минут десять… на морозе градусов в шесть-семь. В общем, я попробую подстелить под твой покров своего рода слоеный пирог из трех стихий — Огня для согревания, Воздуха для плотной прослойки и Льда, чтобы не превратить снег в воду и не заставить тебя плавать. Но если начнешь замерзать даже так, то говори, не думая: твое здоровье в разы важнее этого конкретного плана…

— Благодарю за заботу, мой господин… — еле слышно выдохнула она, подождала, пока я закончу магичить, и восторженно прошептала: — Снизу греет, как печка, но снег не тает ни подо мной, ни вокруг меня. Спасибо!

— Мелочи… — отмахнулся я, помог ей унять буран, посмотрел на вторую обочину, убедился в том, что Прохор с Ильей замаскировались ничуть не хуже нас, вслушался в звуки леса и уставился на экран телефона. А после того, как увидел внедорожники, мчащиеся в белом шлейфе, вошел в оперативный канал и спросил у дроноводов, где конкретно находится кортеж.

— Будет у вас минут через семь-восемь. Если никуда не улетит… — злобно процедил Макаров-младший и добавил: — Кстати, Олег Леонидович, эти типы так разогнались сразу после двух безуспешных попыток сбить наши «птички» из пулеметов! Немотивированная агрессия налицо…

— Спасибо за информацию, Антон — ты поделился ею очень вовремя… — промурлыкал я и попросил сообщить, когда кортеж окажется в километре от нас.

— Сделаем! — твердо пообещал он и затих. А я дал еще несколько ценных указаний второй паре и второму «Тарану», выслушал ожидаемые ответы и, вырубив микрофон, легонечко пихнул Красовскую локтем:

— Ну, как ты там?

— Лежу, как на подогретой перине, и мечтаю о точно таком же одеяле… — пошутила она и сразу же ответила на напрашивавшийся вопрос: — Нет, спина, попа и ноги не мерзнут. Просто фантазия разыгралась…

— Происки фантазии не пугают… — улыбнулся я, добавил немного Огня в свой покров, почувствовал, что лежать стало намного комфортнее, и ушел в «шлифовку» плана предстоящей акции.

Варианты противодействия обдумывал до тех пор, пока в оперативном канале не раздался долгожданный доклад Макарова, вернулся в «реальность», дал понять, что он услышан, подождал еще немного и, уловив очень тихий, но постепенно усиливающийся рев мощных двигателей, отдал первый боевой приказ:

— Разгоняем сознание…

Дождавшись трех выдохов «Принято!», активировал ускорение, вперил взгляд в кроны, над которыми начали «медленно» взлетать испуганные птицы, и поскучал «целую вечность». А после того, как увидел капот угольно-черного «Пардуса», «выползающий» из-за поворота дороги, нащупал варежку Красовской и легонечко сжал:

— Подключайся после моей атаки…

— Я не подведу… — пообещала она, и я снова переключил внимание на кортеж. А через несколько мгновений выдохнул слово «Глазки!!!», выждал еще одно, максимально углубил ускорение, накрыл туманом вторую, третью и четвертую машины кортежа, подкатывавшие к плавному повороту, а водиле первой помог увидеть ослепление.

На моем нынешнем ранге оно крыло обычную светошумовую гранату, как бык овцу, поэтому мужичок мгновенно ослеп и, конечно же, не справился с управлением. Но если этот внедорожник впоролся в снежный отвал, то те три, которые потерялись в пространстве из-за моего тумана, и остальные четыре, осчастливленные туманом Красовской, начали влетать друг в друга. Да, как именно, мы не видели. Зато слышали звуки ударов и звон стекла. Поэтому получали пусть и недостаточно полное, но все-таки удовольствие. А после седьмого столкновения я убрал туман и сразу же накрыл дымящийся «паровозик» мясорубкой. Кстати, активированной в полную силу в первый раз с момента прорыва в четвертый ранг.