Василий Горъ – Щегол 1-11 (страница 264)
Искру стоимостью как бы не под сто миллионов мы, естественно, изъяли вместе со всеми необходимыми узлами и упаковали в термос с самой дорогой добычей. Потом отрезали шмат змеиного мяса весом килограммов за двадцать и утащили «поварам». А из оставшейся части туши соорудили четыре большие приманки на окраинах долины. И пусть тем самым «отодвинули» отдых часов на шесть-семь, зато после того, как грохнули еще семь приблудившихся зверей и двух хищных птиц, вернулись к заимке, очередной раз охренели от скорости работы строителей и разыграли первое дежурство…
…Четырехчасовые бдения Светы и Оли прошли спокойнее некуда, так что я выспался. А на третьем часу моего со стороны змеиных оврагов внезапно полыхнуло настолько яркой Молнией, что визг пил, перестук молотков и весь гомон строителей как ветром сдуло, и испугавшийся народ шустренько сбился в кучу возле палаток. Воякам тоже поплохело, но они дисциплинированно обновили «баффы», образовали что-то вроде защитного ордера и… вытащили из рюкзаков экспериментальный огнестрел.
Девчата проснулись сами. Как потом выяснилось, почувствовав «что-то не то» в моих эмоциях. А после того, как выслушали мой монолог, в темпе собрались, похватали рюкзаки-однодневки с имуществом команды, которое не стоило оставлять без присмотра, и следом за мной выдвинулись из лагеря.
Первые пару минут неслись на полной скорости. Потом замедлились. Но всякий случай. А как только зацепили
— Охренеть!!! — еле слышно выдохнула мелкая, оценив «остаточную» яркость свечения пресмыкающегося, а я озвучил куда более важную догадку:
— Так вот кто на самом деле закошмарил Богатырей Вронских!
— Такое — могло… — пробормотала Света, заметила, что Оля вжалась в мою тушку, ввинтилась под свободную руку и задала вопрос на засыпку: — Как, по-вашему, должен называться этот ранг? Ведь если тот олень и вожак волчьей стаи были «нулевками», то эта гадина как минимум минус единица…
— Если не двойка… — криво усмехнулась жена.
— Пусть те считаются монстриками первого уровня, а эта змея — второго! — предложил я. — Или, сокращенно, Эм-один и Эм-два.
— Тогда лучше кошмариками! — хихикнула Уфимцева и поежилась, явно представив встречу тет-а-тет с такой змеей. Потом подумала и выдала очень интересный монолог: — Значит, так: Искру с этой твари употребляешь ты. А моему папе выделишь «единичку». Ибо продавать эту Искру — форменное самоубийство, он до этого ранга однозначно не дорастет, а ты — запросто. И не спорь…
— … и не буду! — улыбнулся я, притянул к себе это чудо и чмокнул куда-то в область лица. А через пару мгновений вслушался в еще более интересное продолжение монолога:
— Кстати, мясо этой змеи тоже наверняка стоит на вес золота, но кормить строителей и вояк — идиотизм: подставимся. Поэтому надо забить оба наших свободных термоса и… кусать локти, зная, что остальное пропадет. И еще: артефактный комплекс, который убил эту тварь, не рассчитан на уничтожение жертв таких рангов. Так что пока вы будете вырезать энергетические узлы, я оценю его состояние и постараюсь починить: папа не мог не предусмотреть возможность замены самых уязвимых частей, а значит, как обычно, заныкал их под кожух основного блока.
Как выяснилось минут через двадцать пять, Валерий Константинович предусмотрел не только это, но и экранировку ловушки от ударов Молнией. Поэтому предсмертная площадная атака пресмыкающегося, спалившая все деревья в радиусе семнадцати метров, артефакту не повредила.
Тем не менее, назвать не пострадавшим было нельзя: для того, чтобы вернуть его в норму, Свете пришлось провести полноценное техобслуживание и, что самое главное, перезачаровать ножи, практически затупившиеся при вырезании Искры.
О том, что наше чудо способно и на такое, я, каюсь, даже не подозревал. А зря — закончив возиться с этим комплексом и на всякий случай проверив второй, Уфимцева вернулась к нам и слегка шокировала выводами:
— Черт, кажется, мне надо упереться и в артефакторику: если папа так и продолжит сидеть на четвертом ранге, то не сможет зачаровывать разделочные ножи под кошмариков, а значит, этим делом придется заниматься мне.
— А ты, судя по всему, помогала ему не только на словах, верно? — ехидно спросила Оля и получила вполне логичный ответ:
— В его мастерской бездельникам не место…
…Оставлять тушку такого уровня в непосредственной близости от места строительства — и толпы любопытного народа — я не решился. Поэтому в темпе сгонял к толпе подопечных, маявшихся от неизвестности, сообщил, что пока особой опасности нет, разрешил продолжить работу, вернулся обратно и пять с лишним часов изображал каторжника. Как? Да очень просто — рубил тушу на куски, которые мог утащить с
Набегался… по самое не могу. Зато успокоился. И, проведав строителей с вояками, унесся с напарницами к той самой реке, на которой сравнительно недавно сбрасывал хвосты. Отмываться от змеиной крови, готовить шашлыки из энергетически перенасыщенного мяса и… хм… расслабляться.
Готовил с активной помощью младшенькой. А старшая первым делом навела мне болтушку из трофейного ядра, заставила выпить, села рядом с нами и довольно замурлыкала:
— Ну вот: уже завтра четыре твоих умения будут готовы к раскачке аж на второй «кошмарный» ранг. А сколько у тебя кошмарно-первых?
— Пять.
— А у нас с тобой, бедняжек, всего по десять-двенадцать «единиче-е-ек»! — дурашливо заблажила мелкая. — Ну, и как теперь прорываться в Княгинь⁈
— Желательно быстро… — улыбнулся я, чмокнул ее в требовательно подставленные губки и поделился мыслью, не дававшей покоя: — С этой змеи «упало» четыре реально нужных умения:
— А я бы заказала папе еще пару-тройку подобных ловушек… — подала голос Света.
— Только намного более мощных. Утащила их к нам, в «троечку» и заныкала в пещере. А потом сходила в пяток рейдов в «двойку» или даже «единичку», нашла логова монстров пострашнее, в их отсутствие установила наши комплексы и периодически бегала собирать добычу…
Глава 38
…Вторник, восьмое августа, последний день нашего пребывания на до смерти надоевшей заимке Вронских, оказался богат на приятные сюрпризы. Первый случился часа в четыре утра — в дальний овраг приползла змея второго ранга и быстренько убилась об Уфимцевскую ловушку, а Света, заметившая характерную вспышку, подняла меня с Олей и, тем самым, позволила вырезать из тушки все нужные энергетические узлы. Чуть позже, в районе одиннадцати утра, строители закончили доводить до ума баню и в благодарность за защиту предложили нам провести ее ходовые испытания. И пусть в этом срубе еще не было ничего, кроме стен, полок, каменки, купели и трех дверей, расслабились мы знатно. А ближе к двум часам дня, когда мы, основательно разомлев под августовским солнышком, подумывали, не сгонять ли на речку за рыбкой, в «зону покрытия» влетели сразу две знакомые энергетические структуры — Валерия Константиновича и Недотроги.
Мы, конечно же, встревожились и дожидались их появления «во плоти», с трудом удерживая прежние выражения лиц, но, как вскоре выяснилось, зря: на окрик бдящего часового Надя ответила довольным рыком, а через минуту, нарисовавшись в арке ворот и увидев нас, расплылась в счастливой улыбке!
Тут мы, естественно, скинули с себя «расслабон», мигом оказались на ногах, метнулись к ней и потребовали объяснений. А через пару мгновений, увидев артефактора, «потеряли дар речи».
— Добрый день, глубокоуважаемый Черный Беркут и его стая! — весело, но непонятно поздоровался он, пожал мне руку, подставил щеку под поцелуй дочки, скинул с плеч рюкзак и ответил на три одинаковых вопроса: — Прибыли проверить степень готовности этой заимки к началу эксплуатации и состояние ловушек в змеиных оврагах.
— Срубы, как видите, уже стоят… — сообщил я. — Но в каждом — только потолки, стены да полы.
Он пожал плечами:
— Это — самое главное. А все остальное выгрузили с катеров еще вчера вечером и уже несут к Большой Седловине…
— А там подождут нашего посыльного… — добавила Надя, закончившая обниматься с девчатами. Потом заметила, что в нашу сторону выдвинулся командир постоянного состава, заявила, что решит все вопросы сама, и пошла навстречу. А Валерий Константинович стал озвучивать монолог, отвечавший даже на те вопросы, до которых я еще не додумался: