Василий Горъ – Щегол 1-11 (страница 252)

— Мы оставили на месте боя четыре трупа. Благоухают они прилично, а ветер дует аккурат в нашу сторону. И еще: мы со Светой оставили подсказки, способные направить возможных преследователей не в ту степь, но если они доберутся до останков своих коллег, то определятся с общим вектором нашего движения. В общем, я считаю, что нам стоит ускориться. Поэтому километра через два мы сдуем матрас и продолжим движение «пешим по конному».

— Игнат Данилович, скажите, пожалуйста, какого ранга были Одаренные, которых вы убили? — преувеличенно спокойно спросила Императрица.

Жестикуляция жены пришлась очень кстати, поэтому я не стал занижать заслуги команды. Как выяснилось позже, не зря — наши ответы практически совпали:

— По моим ощущениям, трое были Гриднями, а четвертый — Рындой. Но ручаться не могу: бой получился настолько жестким, а эта группа настолько опытной, что оставлять кого-либо в живых для последующего допроса я не рискнул.

— Трое Гридней и Рында — это не подарок… — «задумчиво» пробормотала Воронецкая и «ударила»: — А у вас в команде есть целых две Боярыни, одна из которых прошла огонь, воду и медные трубы!

— Верно, есть… — криво усмехнулся я и добавил: — И я прекрасно знаю, что поддержи нас вы с Надеждой Олеговной, бой прошел бы совсем в другом ключе. Но подведи я эту четверку к «нашей» ели — мы сейчас хоронили бы и Виктора, и Татьяну!

— Ты в этом уверен⁈ — недовольно спросил Воронецкий.

— Да, Вить, уверен: эти волчары перебивали площадными умениями деревья диаметром с мою грудную клетку, причем не по одному, а пачками!

— Ты ведь сейчас не шутишь, верно?

— Такими вещами не шутят!

— И как вы тогда выжили?

— Приблизительно так же, как выживаем в схватках со стайным зверьем третьих рангов или одиночными «двоечками». Кстати, они тоже, бывает, удивляют. До слабости в коленях…

— А какой зверь показался вам самым жестким? — тихонько спросила Татьяна.

— Вожак волчьей стаи как минимум на один ранг выше Князя, рвавший матерого медведя-«двойку», как волкодав — подушку.

— А разве бывают ранги выше Князя? — растерянно спросила девчонка.

— Бывают… — вздохнула Императрица. — А мы, люди, продолжаем считать себя венцами творения…

Глава 31

21–22 июля 2513 по ЕГК.

…Ночь и утро второго дня марш-броска получились терпимыми — да, мы тащили на спинах «седоков», а на груди рюкзаки, да, толком не отдыхали, да, дважды вляпывались в болота, которые, в итоге, приходилось обходить, но нам благоволила госпожа Удача. А ближе к полудню у нее нашлись другие дела, и мы очень быстро почувствовали это на себе. Как? Да Татьяна, устав от тряски, зевнула обновление блокировки запахов и навела на нас волчью стаю из пяти «троек» и четырех «четверок». Да, мы — то есть Оля, Света и я — засекли ее вовремя и сообразили, что серые хищники прут точно на нас не просто так, но в тот момент группа двигалась по заливному лугу с травой, вымахавшей по пояс, и зверюги, срисовав «не те» колыхания, шарахнули сразу пятью цепкими корнями. И пусть прошли всего одни, на миг спеленав Олю, но автоматически выполненный сброс контроля выбил ее из-под невидимости.

Для того, чтобы остановить двух самцов, метнувшихся к ней, я выставил за спиной государыни воздушную стену и тоже выпал в реальность, а мелкая приложила оглушением вожака, рванувшего ко мне и Виктору. В общем, мы шустренько сбросили рюкзаки, садили «наездников» и вступили в бой. Слава богу, не все — Виктор и Татьяна, услышав мой приказ, рухнули на землю там, где стояли, а Императрица прикрыла стеной и их, и себя.

По большому счету, используй мы туманы, разряды и рывки, положили бы зверье достаточно быстро и без треволнений. Но я не хотел «сиять» на всю округу и сливать информацию обо всех наших возможностях. А стая сочла лежащих людей слабыми детенышами и рвалась именно к ним. Вот нам и пришлось орудовать оплеухами и прессами, отбрасывая особо хитрых или шустрых тварей, до тех пор, пока не сработали сферы умиротворения, привычно «развешанные» еще на первых секундах схватки. А потом добивать «санитаров леса», бьющихся в агонии, подбирать поклажу и «седоков», собираться в прежний ордер и продолжать движение.

В районе двух Уфимцева, выходя из очередного перехода, наступила на кротовью норку, прикрытую опавшим листом. Благодаря ботинкам с хорошей фиксацией голеностопа обошлось без травм, но Света не удержала равновесие и воткнулась в землю вместе с Татьяной. А та каким-то образом умудрилась заработать легкого сотрясение мозга!

Ядро с регенерацией мы ей добыли. В начале пятого. И сразу скормили. Но навык, естественно, не заработал. Поэтому девчонку плющило по полной программе, а я был вынужден скинуть скорость движения и начать выбирать щадящие траектории движения. В семь с минутами вечера не повезло Вите — во время остановки по нужде он не услышал моего предупреждения и чуть не наступил на самого обычного ужа.

А когда тот дернулся и предупреждающе зашипел, ушел рывком в ближайшее дерево! Нет, поломаться не поломался, но просадил марево почти до нуля и начал комплексовать из-за того, что дико перепугался и показал свой страх при любимой девушке. Ну, а я сдуру стал вправлять ему мозги на ходу. И обратил внимание, что рука Воронецкого стала видна, чуть позже, чем хотелось бы. Вот артефакты с аструмом, утопленные в землю на этом поле, и сбили невидимость со всего «балласта», включая Надю! А мгновением позже с обоих холмов, находившихся в поле зрения, взлетели самые обычные химические сигнальные ракеты и указали загонщикам на нас.

— У них бинокли! — выдохнул я догадку, шарахнувшую в голову подобно тарану, отпрыгнул назад, дождался, пока наши седоки и Ермакова обновят невидимость, и озвучил еще пару фраз: — Они нас просчитали и перекрыли эту долину. Если успеют замкнуть кольцо артефактов, то придется прорываться.

Остальное додумал сам. В смысле, допер, что чем дольше мы кружим по Пятну, тем больше военнослужащих Второй Бригады перекрывает нам путь, и разозлился. На двадцать шесть все еще живых профессионалов. Затем снова оценил размеры долины, пришел к выводу, что для ее надежной блокировки наших противников недостаточно, и радикально скорректировал свои планы.

Ценные указания раздал на ходу и вытребовал у всего «балласта» клятвы держать язык за зубами. Умирать не хотелось никому, так что мне наобещали всякого. Что окрылило. Вот я и охамел: выбрал не самое логичное направление движения и рванул вперед на полной скорости. Как и следовало ожидать, артефактная «сигналка» попалась и на этом векторе, но мы были к такому готовы и вывесили на максимальной дальности три тумана в ряд. Когда влетели под его защиту, «балласт» снова спрятался под невидимостью, а я, наконец увидев «силуэты» двух загонщиков, навелся на правого, оказавшегося Рындой.

Атаковал с дистанции, с которой смог дотянуться все тем же туманом. И, не успев сформировать этот навык, взмахнул левой рукой. А три разряда, ударившие в загонщика практически одновременно, поставили жирную точку в его бренном существовании. Потом довернулся на девяносто градусов влево, рывков за десять допрыгал до второго Рынды и отправил его к предкам по той же схеме. А с убиением Гридня, обнаружившегося чуть дальше, помогли Людмила Евгеньевна и Надежда Олеговна. Само собой, услышав мой приказ и добавив к нашим разрядам самые мощные атаки, бьющие по одной цели.

На этом я счел лимит условно безопасного «хамства» исчерпанным, и… повел группу на восток, то есть, к цивилизации. Причем, можно сказать, по прямой. Ибо, «наконец, допер», что теперь, когда нас просчитали, продолжать ломиться к «Озерам» — это полный и законченный идиотизм. А для того, чтобы не было скучно, оставил несколько одиночных следов и… километра через два описал охотничью петлю. Как вскоре выяснилось, не зря: не успели мы занять удобные позиции, как на краю области досягаемости прозрения возникло три очень шустрых «силуэта». Эти Гридни неслись стремительными рывками и чуть быстрее, чем мы, ибо были на ранг выше Оли и Светы. А зря: три диска, вывешенные нами в нужных точках, не только остановили всех троих, но и сняли процентов по сорок объема марев.

Ближнего «сложили» в два разряда и каменное лезвие Императрицы. Среднего — в разряд и воздушное лезвие Ермаковой. А в последнего вложились впятером. И тоже со смертельным исходом.

— Итого минус десять! — довольно усмехнулась Воронецкая, первой ушла под невидимость и затихла. А где-то часа через два — во время остановки по нужде — спросила, почему я снова веду группу на север.

— Показал новое направление, из-за чего загонщикам придется перекрыть и его. Причем плотнее, чем направление на базу, так как выйти в Большой Мир можно очень широким «конусом» маршрутов. Правда, только в теории. А на практике еще пяти дней движения в таком режиме мы просто не выдержим.

— А я совсем уж было решила, что вы двужильные… — грустно пошутила она и затихла. На следующие четыре мини-привала…

…В начале третьего ночи мы чуть не убились — сознание, до предела вымотанное нагрузками на грани возможного, стало сбоить, и я заметил здоровенную расщелину, прячущуюся между холмами, буквально в самый последний момент, а Оля со Светой среагировали на мою остановку с секундным запозданием.