Василий Горъ – Князь Кошмаров (страница 60)
Я погладил ее по подставленной головенке и улыбнулся:
— Здорово! Шевелиться начинаем?
— Телепортируйся, куда сочтешь нужным, и зови…
Телепортировался. Позвал. Быстренько изучил «силуэты» Ульяны, ее парней и «балласта», убедился в том, что у этой части второго отделения все в полном порядке, «проведал» остальных родичей, окончательно успокоился и вернулся в Бухту. А там ласково потрепал менталистку по волосам и отправил переодеваться.
Сам тоже не тупил. Поэтому уже минут через шесть-восемь построился перед дверью спальни Полинки, полюбовался Настеной, нарисовавшейся в коридоре через считанные секунды после меня, дождался отмашки «силуэтов» супруг и ввалился в помещение, уже заставленное вазами с цветами. Иришка обнаружилась между Олей и Светой, поэтому я извлек из
— С шестнадцатилетием, солнышко! Мы тебя очень-очень любим…
В прошлой жизни я наверняка заменил бы нелюбимое слово каким-либо другим. А в этой… в этой Тень транслировала мне эмоции сестренки, так что я не просто утонул в воистину безграничном счастье, но и уловил «всплеск», вызванный этим «признанием». Поэтому все мои загоны как ветром сдуло, а сознание, переключившееся в режим «Носорога», уверенно обняло увесистый «рюкзачок», внезапно повисший на моей шее и обхвативший талию ногами, расцеловало расчувствовавшуюся девчонку и покружило на месте. Ибо выйти на оперативный простор мешали супруги, Ира, Настя, кровать и цветы.
Наслаждался эмоциями Семьи и после того, как пустил «рюкзачок» по рукам — девчата тискали именинницу, плавясь от счастья ничуть не меньше нее, а Настена позволяла это чувствовать и… добавляла к их чувствам свои.
А потом пришло время дарить подарки, и Поля, наткнувшись взглядом на один-единственный, «возникла» рядом, аккуратно сняла бантик, избавилась от упаковочной пленки, открыла ярко-розовый бархатный футляр, заглянула внутрь и… растерялась:
— Комм? Еще один? Но мой прошлый — тоже Подарок, и я его люблю. А носить сразу два…
— Это не комм, а ключ. К Радости… — преувеличенно серьезно заявил я, потомил девчонку театральной паузой и продолжил «объяснения»: — Поэтому дуй приводить себя в порядок и переодеваться в парадно-выходную одежду. В пятнадцать минут уложишься?
— Да! — твердо пообещала она и приятно порадовала снова:
— А мои, как я понимаю, пока в медикаментозном сне?
— Верно.
— Тогда я побежала…
…В большую гостиную она ворвалась через четырнадцать с половиной минут, успев не только одеться, но и слегка подкрасить губки.
На мой взгляд, последнее ей не требовалось, но девчонка сочла это необходимым, и я оценил. Все в комплексе. Заявив, что она великолепна. А уже через мгновение встал с кресла, подхватил Птичку под локоток и повел к центру комнаты. В момент появления большого
— Мы — в одном из самых престижных торгово-развлекательных центров Белозерска. А подаренный комм — не более чем платежный терминал, средств на котором хватит на любое твое безумство…
— Во-первых, не «мое», а «наше», так как наслаждаться Радостью в одно лицо не по мне. А, во-вторых… я ведь
— Твори все, что заблагорассудится.
Она заявила, что я — самый лучший братик во Вселенной, благодарно поцеловала в щеку, повернулась к Стае, уже перебравшейся к нам, и поймала взгляд моей младшенькой:
— Свет, закрывай
И ведь не обманула — следующие два часа дамы, сорвавшиеся с нарезки, заглядывали чуть ли не в каждый магазин, примеряли все, что советовала Ира, оплачивали горы всякой всячины, убирали «добычу» в
Ну, а я жил в двух разных состояниях. В первом наслаждался семейным счастьем и подыгрывал девчатам во всем, чем можно и нельзя, а во втором анализировал доклады Дайны о телодвижениях сотрудников местных силовых структур, весьма оперативно замкнувших сплошное кольцо оцепления вокруг торгового центра и дожидавшихся команды Большого Начальства,
готовился к противодействию и заранее злился. Поэтому в тот момент, когда Полинка вдруг заявила, что этой Радости ей хватило за глаза, и теперь хочется другой — той, которая появится в глазах ее подружек после пробуждения и получения подарков — почувствовал нешуточное облегчение. Но отыграл свою роль до конца. В смысле, заявил, что вторую Радость предвкушаю и я, без какой-либо спешки распорядился телепортироваться к разным «якорям» и проследил за исчезновением девчат.
Не успели собраться в гостиной основного коттеджа, как в личный канал именинницы «постучалась» Максакова, еле слышным шепотом поздравила Полю с днем рождения, сообщила, что страшно скучает, извинилась за то, что вот-вот отключится, ибо побаивается разговаривать из дворца, потребовала передать нам, что любит, и немного пострадала из-за того, что не с нами.
Пока эта парочка точила лясы, Дайна загрузила работой андроидов и вывела из медикаментозного сна подружек Поли. Поэтому в какой-то момент первые принялись накрывать на стол, а вторые, справившись с «обязательной программой», принеслись из гостевого коттеджа в наш, взлетели по лестнице, ворвались в помещение и, поздоровавшись со всеми сразу, протараторили хоровое поздравление. Подарки, приобретенные за несколько дней до рейда, вручали, сияя, как маленькие прожектора. А после того, как получили наши, выпали в осадок и попробовали напомнить, что праздник, собственно, не их, а Птички. Но сбить нас с толку такой мелочью было нереально: Света заявила, что правила в нашей семье устанавливаю я, соответственно, подарки должны быть приняты и надеты, а благодарность за заботу — разделена между нами… согласно внутренним потребностям каждой отдельно взятой красотки.
Первой на ее волну переключилась Люся.
И начала дурить. Как я понял из трансляции Настены, от переизбытка чувств: «убедительно доказала», что львиную долю «благодарности за заботу» должен получить я, ибо мои правила — лучшие из всех, гипотетически возможных, подлетела ко мне, нахально расцеловала и под веселый смех старших дам рванула к Ольге. Как и следовало ожидать, Марина с Валей радостно поддержали этот почин, а я… я чувствовал эмоции этой троицы, поэтому хоть и хмурился, но притворно. И подставлял щеки. А чуть позже — во время праздничного завтрака — даже поучаствовал в шуточной грызне, затеянной моей младшенькой.
Увы, в девять пятьдесят пять вдруг ожил коммуникатор Иришки, и она, посмотрев на экран, «озадаченно» хмыкнула:
— Уведомление Канцелярии. Сообщает о том, что ровно в десять ноль-ноль государь выступит по первому Императорскому каналу и в Сети с неким обращением к подданным. Такое случается нечасто, значит, стоит послушать.
Наш расслабон как ветром сдуло: стол с остатками пиршества переехал к левой стене помещения, кресла — к правой, перед дальней «как-то уж очень быстро» возникла трехмерная голограмма, демонстрирующая заставку пресс-службы правящего рода, все декоративные подушки из спален переместились на ковер, а верхний свет ослаб до минимума.
Нет, падать на пол в присутствии подружек сестренки я не решился, вовремя вспомнив, что это невместно. Но, каюсь, позавидовал энтузиазму, с которой младшая часть Стаи завалилось на это импровизированное лежбище. А после того, как уселся на диван, оценил и энтузиазм старшей — Оля и Света, конечно же, заняли свои законные места, но вжались в меня теснее некуда. И, тем самым, оставили по месту Ире и Настене.
— Структура влиятельности личного состава твоего гарема во всем ее великолепии… — ехидно прокомментировала эту рассадку Дайна за мгновение до появления «в комнате» пресс-секретаря самодержца. Так что реагировать на этот укол я и не подумал: вслушался во вступительный монолог, дождался возникновения голограммы Владимира Александровича и прикипел взглядом к его лицу.
Во время вступительной части обращения к подданным анализировал нюансы поведения самодержца, гадал, какими проблемами он собирается делиться, и, каюсь, самую чуточку злился. На БИУС. По какой-то причине не уведомивший меня об этом мероприятии. Но Воронецкий и в этот раз не стал тратить время на пустопорожнюю болтовню, поэтому очень скоро мне стало не до досужих размышлений:
— С конца октября прошлого года Империя разделилась на две неравные части. Одна, поддержавшая мое решение вернуть наш анклав в космос, делала все возможное для того, чтобы этот проект «полетел», а вторая либо ставила палки в колеса, либо хаяла каждое наше начинание. Перечислять все то, в чем нас обвиняли «поборники традиций», не вижу смысла. Озвучу лишь два самых «веских» аргумента: мы, Воронецкие, планировали взять под контроль весь промысел в Пятнах, дабы в какой-то момент взвинтить налоги, и собирались начать мониторинг Одаренного зверья, чтобы наводить на него свои рейдовые группы, добывать самые востребованные Искры и тихой сапой увеличивать пропасть между уровнем развития личного состава спецподразделений и всех остальных Одаренных анклава. Налоги я так и не поднял, о чем вы знаете не хуже меня, зато создал в Императорском Воздушном Патруле структурное подразделение с говорящим названием Отдел Мониторинга Пятен или ОМП, укомплектовал его толковыми аналитиками и оплатил создание программной оболочки, упрощающей им жизнь. Мало того, с того момента, как «Искатель» начал «засеивать» околопланетное пространство спутниками наблюдения, замкнул всю телеметрию с их камер на эту программную оболочку…