Василий Головачёв – Ведьмина поляна – 3 (страница 26)

Славик застыл. Парней было пятеро, и он знал некоторых. Главаря шайки, бритоголового подростка, звали Череп. Типичный гопник, он был отчислен из ПТУ, занимался в качалке и, по слухам, приторговывал краденым. Знакомые пацаны рассказывали, что у Черепа можно по дешевке купить плееры, магнитофоны, игровые приставки и даже видеокассеты с порнографией. Завидев Иру и Славика, Череп неторопливо поднялся с корточек. Друзья, не сговариваясь, развернулись и бросились к ближайшим домам, через заросший сорной травой и замусоренный пустырь. Славик споткнулся о кучу битого кирпича, и в этот момент в его воротник впились чьи-то крепкие пальцы. Ира обернулась, и Славик махнул ей, мол, – убегай, не тормози! Она кивнула и бросилась в сторону мрачноватой девятиэтажки.

Гопники не стали гнаться за девочкой. Славку же они притащили к бетонным плитам и там заставили вывернуть карманы. Улов оказался более чем скромным – несколько мелких монет и маленький перочинный ножик.

– Слушай, пацан, – сказал Череп, неторопливо раскуривая сигарету, – ты как вообще, жить хочешь?

Славик, не раздумывая, кивнул. Не сводя с жертвы колючего взгляда, гопник медленно затянулся, выдохнул облачко сизого дыма и произнес:

– Тогда говори, есть дома че ценное? Может, какая техника? Видики, фотоаппараты? Или какие-нибудь старые вещички, типа антиквариат?

Мальчишка расслабился – брать у них дома было нечего.

– Ничего у нас нет, только старый телик. Отчим все пропивает, можете его забрать. Я еще спасибо скажу.

Один из подручных Черепа, дрыщ в поддельном адидасовском костюме, отвесил Славику оплеуху:

– Смотри, Петросян выискался!

– А у твоей подружки, которая убежала, у нее дома что-нибудь ценное есть? – спросил главарь.

– Не, – мальчишка запнулся и понял, что от Черепа это не укрылось. – Она с бабушкой живет, на пенсию. У них ничего нет.

Гопник задумчиво помолчал, а потом произнес:

– Вытяни руку.

– Зачем?

– Делай, как говорю. Или хуже будет.

Славик нехотя протянул правую руку, тыльной стороной вверх.

– У тебя два варианта, – сказал Череп. – Я сейчас поставлю сигарету на твою руку, а ты будешь молча терпеть, пока он не погаснет. Если дернешься, и бэчик упадет, выбью тебе все зубы. Но если покажешь себя мужиком, я тебя отпущу. Честное пионерское!

Гопники заржали.

– А второй вариант? – спросил Славик потухшим голосом.

– Ты расскажешь, что же такого ценного есть дома у твоей подружки.

И тут мальчишка понял (нет, не так – вспомнил), что будет дальше. Он расскажет Черепу о коллекции старинных икон, которую видел в квартире своей подруги. После проследит, когда Иркина бабушка уйдет по делам, и даст сигнал банде Черепа. Мало того, он лично нажмет кнопку звонка, чтобы Ирка открыла дверь. Увидев в глазок своего лучшего друга, она, конечно же, откроет, и тогда бандиты ворвутся в квартиру. Прежде чем задушить Иру, они сделают с ней что-то настолько нехорошее, что, взрослея, Вячеслав Горский постепенно вытеснит эти воспоминания из памяти, заблокирует их. Когда Ирка перестанет хрипеть и затихнет, Череп прикажет одному из бандитов «пустить в расход мелкого». От гибели Славика спасет бабушка, вернувшаяся раньше, чем ожидалось. Череп ранит ее ножом, но не убьет, а на следующий день банду арестуют. Слава Горский будет винить во всем не себя, а дурацкие размалеванные доски. Неужели старые иконы были настолько ценными, что из-за них люди готовы были убивать и садиться в тюрьму? Спустя несколько лет он заложит основы своего финансового благополучия, разъезжая по станицам и по дешевке скупая у нуждающихся стариков иконы. Все могло бы сложиться иначе и для него, и для Иры.

– У нее в квартире нет ничего ценного, – сказал Славик чуть дрожащим голосом. – Ставь свой бэчик, а потом я пойду.

Череп пожал плечами и поставил окурок на его вытянутую руку. Боль была ужасная, но мальчишка терпел.

– Вали уже, – сказал гопник, теряя к жертве интерес.

Формой ожог напоминал кратер. Медленно шагая через пустырь, Славик внезапно подумал: «Вот так мне следовало тогда поступить. Тогда бы Ира осталась в живых. А я бы не стал… не стал чудовищем». Эта странная мысль была как-то связана с сегодняшним ночным кошмаром. И тут парнишка остановился среди мусора и сорняков.

– Что, если это был не сон? – пробормотал он, чувствуя леденящий ужас.

Рекруты из числа сектантов и сам конунг направлялись к порталу. Как и положено особе его статуса, он ехал в дорогой иномарке, прежде принадлежавшей Горскому. За рулем сидел Аркадий Кузнецов, бледный и поникший. Конечно же, Ведьмина поляна располагалась в непролазных дебрях, поэтому отряду предстояло бросить машины, идти пешком по лесу и подниматься в горы. Скучно и утомительно. Но, впрочем, конунг считал это небольшой платой за возможность отправить на тот свет Максима Жарова. Машина ехала по трассе в сторону черноморского побережья, когда новый глава «Золотого плуга» ощутил в мозгу неприятное шевеление. Прислушавшись к странным ощущениям, он понял, что это дал о себе знать прежний владелец тела.

– Ну нет, – негромко произнес будущий правитель этого и всех прочих измерений. – Так не пойдет.

Фукс, владелец частной клиники, ставший первым помощником конунга, расположился на переднем сиденье. Услышав своего повелителя, он тут же повернулся и угодливо спросил:

– Вам что-то надо? Только скажите.

– Мне надо, чтобы ты заткнулся.

Фукс притих, а конунг постарался максимально сосредоточиться. После перерождения его ментальные и экстрасенсорные возможности усилились. Перемещать предметы усилием воли или читать мысли окружающих – это хорошо. Но последний выживший выродок ощущал, что может творить и другие, невероятные вещи. Просто ему требовалось время, чтобы освоиться. Спустя какое-то время он ухитрился создать в голове особую мыслеформу, нацеленную на поиск и уничтожение чужой личности. Мысль-убийца медленно спустилась в глубины подсознания, и конунг перестал ее ощущать. То, что ранее составляло сущность Горского, сейчас трусливо пряталось в глубинах мозга, словно в лабиринте. Эти остатки были опасны не более чем блоха в одеяле. Но и блоха, как известно, может укусить. Довольный собой, конунг потребовал у Фукса шампанского и бутерброд с икрой.

Глава 11

Уже некоторое время автомобиль пылил по щебенке, в предутренних сумерках. Судя по туману, где-то рядом находилась река. Дорога то поднималась на пологие холмы, то ныряла в лес, и тогда по крыше скребли низко нависающие ветви. Детектив то и дело поминал недобрым словом ямы и колдобины – «Здесь внедорожник нужен!». В какой-то момент дорога резко оборвалась, а значит, дальше предстояло идти пешком.

– Кажется, мы на месте, – сказал молодой человек, заглушая двигатель.

Гора Монах, густо поросшая лесом, поднималась из тумана подобно мрачному острову. С нетерпением ожидавший остановки, Буран радостно выскочил из автомобиля. Он носился туда-сюда, разминая мощные лапы, пока его новая хозяйка со своим приятелем доставали из багажника рюкзаки.

У Киры был немаленький опыт подъема в горы, но вчера, собирая вещи, она толком не понимала, что с собой брать. В первую очередь девушка не знала, как быстро удастся отыскать нужные координаты. А во-вторых, это ведь не просто путешествие, а некая экспедиция по освобождению ее дяди. Кира все еще надеялась, что он жив и с ним все в порядке. Поэтому, собрав «Джентльменский набор туриста» (дядино выражение), одежду и припасы, девушка не забыла прихватить кое-какое оружие. Впрочем, оружие – громко сказано. В рюкзак отправилась телескопическая дубинка и тактический нож Кампо Калашников. Это был гражданский аналог армейского ножа, входившего в экипировку «Ратник». Подумав немного, девушка добавила к этому арсеналу свой знаменитый шакрам для игр в Зену, выточенный Кириллом еще в школьные годы. Это, впрочем, было продиктовано скорее ностальгией, а не практическими соображениями.

Пока друзья ехали к горе, они попытались обсудить план действий. По мнению девушки, он трещал по швам. Она то и дело задавала Кириллу вопросы вроде: «А что, если мы обнаружим кучку террористов с оружием?», «Хорошо, допустим, Горский там будет один, как мы с ним разберемся?» и «Представь, что мы там вообще ничего не найдем, что тогда будем делать?» Кирилл же, со свойственным ему хладнокровием, успокаивал подругу. В конце концов он сказал, что разборки – дело мужское, и посоветовал не забивать себе голову ерундой.

– Я знаю подход к таким персонажам, как этот Горский. Не беспокойся, у меня все под контролем.

Снисходительный тон молодого человека раздражал Киру, но пока что ей удавалось сдерживаться. Вероятно, он все еще помнил ее неуверенной и забитой школьницей, которая пряталась от хулиганов по заброшкам. С тех пор прошло достаточно времени, и Кира сильно изменилась – она не чувствовала никакого страха перед Горским. Более того, если он действительно похитил ее дядю, девушка была готова принять бой. Впрочем, о своих планах она помалкивала: занятия спортом и участие в серьезных соревнованиях ее кое-чему научили – лучше проявить себя в деле, чем распинаться о собственных достижениях.

– Ты в курсе, что холодное оружие нельзя так запросто носить? – поинтересовался Кирилл, когда Кира вытащила из рюкзака Кампо и закрепила кожаные ножны на поясе. – К тебе любой полицейский прицепится.