Василий Головачёв – Ведьмина поляна – 2 (страница 52)

– Почему исчезают попавшие в пузырь объекты?

– Перемещаются в другие метавселенные.

Князь допил морс, глянул на собеседника исподлобья.

– Опасность велика, дружище?

– Боюсь, больше, чем мы думаем, – сморщился учёный, сразу постарев на много лет. Ему исполнилось всего восемьдесят два года, и для жителей Роси это был «детский возраст старости», так как росичи доживали до ста двадцати. Но для жителей России восемьдесят считались последней ступенькой к небытию, и сейчас лицо Хороса отражало этот тезис на все сто процентов.

– Надо думать об Исходе, – едва слышно добавил старик.

– Думаю, – признался Горд с горькой ноткой. – Только не знаю, как это сделать и куда. И главное – нигде нас не ждут.

– Есть шанс.

Князь нахмурился.

– На другой тепуй Топи?

Хорос качнул головой.

– В Россию.

В столовую вошли, разговаривая, спутники князя, стало шумно, и Горд недовольно посмотрел на них.

– Тише, парни! – Он впился глазами в глаза старика. – Повтори! В Россию?! Переходцы из России мне это уже предлагали. Но ведь это… невозможно!

– Почему, Яр? – мягко произнёс Хорос, впервые назвав короткое имя князя. – Я серьёзно. Если мы найдём портал, способный перенести росичей за один приём…

– Нет таких!

– Переход в Хлумани ещё держится.

– Но он совсем небольшой…

– Нужна энергетическая подпитка, чтобы он выдержал. – Хорос пожевал губами. – И мощный излучатель для создания канала.

Горд выдохнул сквозь стиснутые зубы, расслабился.

– Мечтатель… ты хоть понял сам, что предложил?

– Трудные времена требуют трудных решений, Яр.

– Думаешь, нас там примут, в России?

– Они наши братья, уверен, что примут.

– Твоими б устами да мёд пить. Я не могу собрать достаточно росичей на «большой глюк», чтобы упредить удар выродков, а ты хочешь, чтобы они собрались в Хлумани для переселения к чёрту на кулички?

Хорос сгорбился, но под взглядом князя поднял голову.

– И всё-таки шанс есть, Яр. Людей поднять на подвиг трудно, да ещё такую массу – шестнадцать миллионов человек! Но… шанс есть! Сделай это!

Князь положил руку на плечо старика. Улыбнулся. Лицо держателя Роси разгладилось, затвердело.

– Идём, дружище, покажешь мне хтон.

Глава 20

Сан Саныч и Женя Шебутнов обедали в столовой заставы после встречи с воеводой, когда в шатёр ворвался Малята и с порога объявил:

– Хвала Свету! Они вернулись!

На крик обернулись пограничники, сидевшие за другими столами, повар у стойки с блюдами и гости. В помещении образовался вакуум тишины, перестали звучать постукивания ложек о края тарелок и голоса обедавших. Малята остановился, вытаращив глаза.

– Вы что, оглохли?!

Сан Саныч спокойно поставил на стол чашку с медоваром, встал.

– Как ты узнал?

– Вран снизу прилетел. Побежали встречать!

Шебутнов тоже отставил чашку, подхватился, цапнув со стола кусок хлеба, и оба заторопились вслед за братом Любавы.

Доскакали до лифта и с первой порцией пассажиров, набравшейся в клеть, спустились на берег.

Ещё при спуске стал виден приткнувшийся к причалу рядом с тримараном атлантский самолёт. Его экипаж уже выбрался на причал, и Сан Саныч заметил высокую фигуру Максима, что-то втолковывающего окружающим его работникам порта и пограничникам.

Любава тоже была здесь, стояла в сторонке и разговаривала со стайкой девушек.

Увидел Александр и Марфу, шагающую к строениям у лифта, беседующую с двумя девицами в боевых колонтарях. Клеть остановилась, Малята сразу вприпрыжку бросился к сестре, а Сан Саныч подошёл к Максиму. Они обнялись.

– Не ожидал, что встречу, – улыбнулся бывший инженер. Лицо у него было серое, заострившееся, под глазами легли тени, и невооружённым глазом было видно, что он устал.

Впрочем, печать усталости и какой-то отрешённости лежала на всех, кто находился на борту самолёта, а по их повреждённым кольчужно-пластинчатым накидкам стало понятно, что они с кем-то сражались.

– Рассказывай! – потребовал Сан Саныч.

Максим оглянулся на бухту, где стоял тримаран «Светозар» и окружавшие гигантского подвсплывшего хтона суда разного калибра и лодки с хладунами.

– Гляжу, он не заморожен.

– Смирный как ягнёнок, – улыбнулся Александр. – Хорос говорит, он в режиме засыпания и очнётся ли, неизвестно.

Они двинулись к лифту, клеть которого принесла ещё одну группу встречающих, среди которых были Хорос и Гонта. Пожали друг другу руки.

– Вижу, вы побывали в хорошей переделке, – сказал воевода, оглядывая помятый, в прорехах, колонтарь Максима.

– Пришлось отбиваться, – скупо пояснил молодой человек.

– А где Гвидо?

– Погиб.

Глаза Гонты потемнели.

– Как?!

Подошла Любава, поздоровалась с учёным, обняла отца.

– Мы всё расскажем, роднич, дайте прийти в себя.

– Тогда лучше подняться и поговорить в спокойном месте.

– Минуту, – остановил его Хорос, выглядевший бодрым и активным, несмотря на свой почтенный возраст. – Я останусь здесь, чтобы лишний раз не спускаться, но хотел бы задать несколько вопросов, можно?

– Задавайте, – согласился Максим, сдержав вздох.

– Как я понял, вы догнали хладоносец с мракобоем.

– Догнали, примерно в двухстах лигах от Еурода, возле кладбища атлантов.

– Кладбища?

– Это знаменитая легенда из нашей истории, – кивнул Гонта.

– Я в курсе, – улыбнулся учёный. – Ваша история полна такими легендами.