Василий Головачёв – Ведьмина поляна – 2 (страница 51)

Гостем же оказался не кто иной, как сам Горд, князь всея Роси, как его окрестил переходец из-за Грани Женя Шебутнов. Князя нельзя было узнать, так как он не только переоделся в обычную рабочую ферязь, но и сменил лицо, отчего Хорос не сразу понял, кто перед ним. Он даже хотел спросить, не ошибся ли товарищ, стукнувший в дверь домика. Но лицо гостя за несколько мгновений изменилось, и Хорос узнал владыку Роси.

– Ох, прости, княже! – отступил в хоромы учёный. – Не узнал, богатым будешь.

Улыбнувшись, Горд оглянулся, сказал кому-то:

– Завтракайте, буду скоро.

Хорос накинул на себя белый холщоп, усадил князя за стол, спросил:

– Чай, морс?

– Не надо, я ненадолго. Хочу задать пару вопросов, перед тем как спуститься к бухте.

– Я провожу.

– Ты, наверно, не отдохнул как следует.

– Нет-нет, выспался, мне мало надо для отдыха, и я уже сам собирался спускаться.

– Как он выглядит?

Хорос понял, что князь говорит о хтоне. Достал из ящика тумбочки коробку с лонгиярами, достал крупную «вишенку» жёлтого цвета, протянул гостю.

Тот взял в руки «флешку», как переходцы из России называли лонгияр, но втыкать в висок не стал.

– Виданы нет?

Хорос достал из того же ящика синюю папку, вынул белый лист картона, подал гостю.

Горд взял в руки лист, изрисованный с обеих сторон, и с минуту рассматривал искусно изображённое с разных ракурсов чудовище, напоминавшее древнее морское создание – белемнита.

– Красавец!

– Вблизи он ещё внушительнее.

– Посмотрим. Мёртвый?

– Как раз нет, живой, постреливает изредка электрическими змейками. Я считаю, что это искусственное сооружение, нечто вроде энергетического генератора, а вовсе не живое существо. Ну, или симбионт – помесь живого с неживым. Как сказал Корнелий – киборг.

Князь покивал, вернул рисунок.

– Значит, кем бы этот зверь ни являлся, он в рабочем состоянии.

– Функционирует, хоть сейчас подключай к сети потребления всей Роси. Небольшой ремонт необходим, но хозяева хтона умели создавать долговременные машины. На горбу у него мы обнаружили гнёзда – патрубки, а поскольку на Клыке был найден и мракобой, можно предположить, что хтон выполнял роль реактора.

– Чего?

– Это русское словечко, предложенное нашим гостем из России Александром. Означает радиоактивный генератор энергии.

– Так хтон радиоактивен?

– Нет, он качает энергию из вакуума. Крепился же хтон к мракобою через патрубки. Посланцы конунга увезли сам излучатель, а питающий комплекс не успели, и он достался нам.

– Хочу посмотреть.

– Я всё покажу, если позволишь.

– Хорошо, собирайся, подожду в столовой. – Горд взял «вишенку» лонгияра, воткнул в висок, направился к двери.

– Я догоню.

Хорос дождался, когда князь выйдет, переоделся в рабочий кафтан и через несколько минут появился в отдельно стоящем одноэтажном шатре столовой, возле которой стояли две колесницы и пятёрка рослых клюваров, принадлежащих отряду сопровождения князя.

Гости уже сидели за столами: семь молодцов в колонтарях и сам Горд. Двое парнишек и девушка подавали им завтрак: каши, яичницу из яиц несушек-лохмачей, сыр, свежий ржаной хлеб, горячее китоврасово молоко и чай. Князь махнул рукой, и Хорос присоединился к нему, сев рядом и чувствуя некоторое стеснение. Он не раз встречался с владыкой Роси, ведущим себя с людьми необычайно просто и доброжелательно, но от внутреннего трепета (уж больно высокий пост занимал этот человек) так и не освободился.

Хоросу подали то же, что и всем. Он не возражал. Готовили в Хлумани хорошо, впрочем, как и на других постоялых дворах Роси.

– Ты обещал подготовить кое-что новое для защиты, – сказал князь.

– Наш гость подал идею сконструировать гранаты со слюной хладунов, а также электрические разрядники. Образцы готовы, дело за малым – запустить в производство.

– Отдам распоряжение старостам фабричных выращивателей. Глушары усовершенствовал?

– Их нельзя усовершенствовать, это всего лишь проводники силы, спящей в каждом росиче. Тут, скорее, надо усовершенствовать самих людей.

– Только без этого, Клим, выродки уже «досовершенствовались» до того, что их женщины практически перестали рожать, а от мужчин больше рождаются уроды.

– Я видел парочку с рожками.

– Разведчики мне доставляли лонгифоты выродков, кого там только нет. Рожки – не самое уродливое явление. У них всё чаще рождаются дети с одним глазом, без подбородка, без шеи – голова прямо из плеч, а иногда и двухголовые.

– Я слышал, они начали скрещивать людей даже с насекомыми.

– Это пусть, популяции хомоинсектов не размножаются. А вот скрещивание людей с хищниками опасно.

– Ты имеешь в виду особей вроде конунга?

Горд кивнул.

– Конунг, его приближённые, адмиралы и генералы, тоже, к счастью, не могут размножаться, но они стали хищниками из хищников!

– У них всё равно нет будущего.

– Однако, пока они у власти, наломают немало дров. Поэтому надо останавливать их сейчас, не перекладывая проблему на потомков. Тем более что флот конунга, по докладам разведчиков, вышел в Топь и вот-вот ударит по Роси. А у него теперь в руках и мракобой.

– Зато у нас есть хтон.

Князь усмехнулся.

– Это не панацея от нападения. Конунг не отступится от намерений, имея такое оружие, как мракобой.

– Излучатель не сможет долго стрелять без генератора, то есть без хтона.

– Достаточно будет одного удара по Роси. Сам же утверждал, что тепуй разрушается.

Словно услышав последние слова князя, свет утреннего солнца за окнами столовой вдруг мигнул, словно светило на мгновение исчезло, и тотчас же пол под ногами сидящих содрогнулся, закачалась висящая по стенам утварь, упал со стола и разбился фарфоровый сосуд. С территории заставы послышались вопли клюваров и крики пограничников.

Дружинники князя повскакали, хватаясь за глушары, выбежали наружу.

Горд и Хорос переглянулись, последовали за ними.

Над центральной площадью заставы кружил прозрачно-туманный вихрь величиной с колесницу. Коснулся верхнего венца копии монумента Славы в центре площади, который растворился в воздухе без следа, крутанулся вокруг, упал прямо на кричащего от страха крылатого зверя и исчез вместе с ним.

Крики стихли. Пыль, поднятая копытами сорвавшихся с привязи клюваров, улеглась. К монументу начали сходиться пограничники, с опаской держась за рукояти мечей.

– Да! – покачал головой князь. – Зашквар!

Хорос с удивлением посмотрел на него, услышав одно из словечек переходцев из России, но промолчал.

Вернулись в столовую.

– Против этого, – Горд кивнул на окна, – защиты не нашли?

– Нет, княже, к великому сожалению, – виновато развёл руками учёный. – Это пространственная эффузия.

– Что?

– Взаимопересечение измерений. При этом происходит ломка вакуума с образованием пузырей с иным набором измерений.