Василий Головачёв – Отстрел негодяев (страница 57)

Ева пришла на совещание в брючном костюме, но её подчёркнутая деловитость не повлияла на отношение к ней мужчин (даже у меланхоличного майора Пугачёва загорелись глаза), а тонкий запах духов «Lady Million Prive» от «Армани» способен был вскружить голову не только военным, но и самому богу, о чём Барсов подумал с мимолётным восхищением.

Калёнов тоже пристально посмотрел на женщину, оценив эффект её появления, и возбуждённым нервом Вениамин вдруг увидел в нём соперника. Впрочем, следующая мысль вернула поколебленную в себе уверенность: он слишком стар для неё.

– Предлагается три варианта, – сказал Барсов, перестав отвлекаться, когда приглашённые расселись в тесном помещении вокруг его стола. – Если бы это была боевая операция в тылу врага, с задачей справилось бы любое подразделение Росгвардии. Но мы работаем в режиме невидимок, поэтому любой шум недопустим. Вы знаете, как сработала группа в аэропорту Жуковском: ни одного следа, трагедия на поле была списана на сбой в программе парада беспилотников. Хорошо проявили себя и другие группы, отработавшие младшего Дзагоева, Царнаева и Липяго. Надеюсь, что и операция с банкирами пройдёт без сучка и задоринки. Итак, первый вариант – ДТП.

Барсов развернул схему на большом экране, висевшем на стене кабинета.

Присутствующие сосредоточились на изображении.

Зазвонил мобильный.

– Товарищ майор, к вам босс, – доложил Свержин, дежуривший у штаба.

Вошёл чем-то озабоченный с виду Гаранин.

Барсов встал.

– Товарищи…

– Сидите, сидите, – махнул рукой начальник Службы специальных операций. – Я не надолго, в шесть меня ждёт Лавецкий. Что у вас?

Ему уступил место Пугачёв, Гаранин сел.

– Анализируем варианты решения задачи, товарищ полковник.

– Хорошо, послушаю и я, может, подскажу что.

Замолчали.

Первый вариант предусматривал организацию ДТП, в которой сорокапятилетний президент Центробанка должен был получить травму, «несовместимую с дальнейшей работой по специальности». Было известно, что он является членом элитного клуба стритрейсинга и участвует в гонках на «Ауди RS-7», считая себя крутым гонщиком. Попадал он и в аварии, так как не всегда успевал отреагировать на препятствие либо, презирая правила, обгонял соперника по гонке. Поэтому данный вариант представлялся разработчикам операции приоритетным. Подготовить крутой болид Хабибуллина к внезапному отказу какой-то из систем во время гонок не представляло особого труда.

Вторым вариантом был взрыв шара боулинга в руке Хабибуллина: кроме всего прочего он слыл заядлым игроком в боулинг, выбираясь в один из богатых клубов отдыха раз в месяц. Но этот вариант не гарантировал стопроцентного успеха, к тому же могли остаться следы взрывного устройства, что привело бы следователей к выводу о вмешательстве спецслужб. И даже применение зарубежных микромин, германских или английских, не обеспечивало надёжной скрытности операции.

Этот вариант забраковали.

Третий вариант предложил сам Зеленов.

Рустем Хабибуллин нередко посещал элитные рестораны Москвы, и можно было ухитриться банально отравить банкира, тем более что появились яды, распадавшиеся в организме человека спустя несколько минут, не оставляющие никаких следов. Яды вызывали гипертонический криз, инфаркт либо ураганный отёк лёгких. Но поскольку глава Нацбанка не жаловался на сердце, и этот вариант посчитали не обладающим стопроцентной конспиративностью. Но оставили в резерве.

– Итак, выбираем первый вариант, – подвёл итоги совещания Барсов. – Я вас правильно понял, товарищи стратеги и тактики?

– Я бы обсудила ещё один, – сказала вдруг Ева.

Мужчины повернулись к ней.

– Слушаю, Ева Ивановна, – сказал слегка озадаченный Барсов. Для себя он уже составил план выполнения операции с дорожно-транспортным происшествием и даже сформировал в уме оперативную группу.

– «АУ», – сказала Ева.

Тишина в кабинете длилась несколько секунд.

Гаранин кивнул.

Пугачёв почесал за ухом.

Барсов пошевелил бровями.

– Насколько я в курсе, речь идёт не о крике заблудившегося в лесу грибника?

– «АУ» – «акустический усилитель», новейшая разработка. Я присутствовала на испытаниях аппарата в Томске. Аппарат излучает направленный звуковой солитон мощностью до ста тридцати децибел.

– Звуковая пушка? – пробормотал Пугачёв. – Американцы используют такие пушки при разгоне чернокожего населения. Но ведь пушка – это довольно солидное сооружение…

– Уже давно не большое, мы испытывали образец размером с электрический фонарик. Самое интересное, что акуболл никто не слышит, кроме того, кому он предназначен.

– Акуболл?

– Звуковой шар, звуковая капля, звуковой солитон. Его диаметр около тридцати сантиметров, и летит он, практически не ослабляясь, на расстояние до ста метров. Если он попадёт в голову человека, результат будет печален: глухота на всю жизнь плюс сотрясение мозга.

Гаранин снова кивнул. Он знал подробности эксперимента со звуковым оружием, но высказывать своё мнение о действенности системы «АУ» не спешил.

– А если стрелок промажет? – поинтересовался Барсов.

– При попадании в стену или твёрдый предмет солитон дробится на капли и превращается, образно говоря, в звуковой град, каждая «градина» которого несёт сотрясение воздуха.

– Гром?

– Можно сказать и так.

– А если не промажет?

– Эффект рассеивания солитона будет нелинейным, но разряд всё же услышат: он похож на звук лопнувшего воздушного шарика.

Барсов покачал головой:

– Звук – это по сути след. Идея мне нравится, но расследование, если оно начнётся, всё равно выведет следаков на разработчиков спецтехники, а от них ниточка потянется к спецслужбам. Ваше мнение, Максим Олегович?

Калёнов очнулся от раздумий:

– Я за простой вариант, без экзотики.

– То есть ДТП?

В глазах Евы запрыгали насмешливые искорки.

– Простота не всегда гарантирует успех операции, товарищ полковник. Вам ли с вашим опытом не знать? Экзотику, как вы говорите, намного сложнее идентифицировать, чем применение яда или искусственных насекомых. Если уж выбирать совсем простой вариант, то надёжнее гранаты в окно ничего нет.

Гаранин улыбнулся.

– Согласен, самый простой способ ликвидировать негодяя – выстрел из гранатомёта в окно квартиры объекта. Но это будет классифицироваться как теракт, а мы не игиловцы и не украинские партизаны. Я за ДТП. Когда вы планируете провести операцию?

– Через два дня, – ответил Барсов. – По нашим данным, Хабибуллин на своём красном болиде собрался принять участие в супергонке июня «Loud shot».

– «Громкий выстрел», – перевёл Пугачёв.

– На волоколамской трассе?

– Нет, на Лужковском полигоне между Богородским шоссе и улицей Олений Вал.

– Хорошо, жду раскладку средств сопровождения, надо заранее запланировать. – Гаранин вышел.

– Мы больше не нужны? – вежливо спросил Калёнов.

– Давайте обсудим варианты работы с остальными банкирами, – сказал Барсов, размышляя, кого имел в виду Калёнов под местоимением «мы».

– Не возражаю.

– Кирилл? – посмотрел на Пугачёва Вениамин.

– Варианты подготовлены с учётом индивидуальных пристрастий объектов, – начал главный стратег ГОН. – Первый зам Хабибуллина утонет в бассейне. Второй зам упадёт в яму – рядом с его гаражом ремонтники разрыли теплотрассу. Господин Кузьмин после употребления большой дозы алкоголя захлебнётся в ванной.

Ева и Калёнов с одинаковой брезгливостью посмотрели на майора.

Калёнов покачал головой:

– Не слишком кардинальное решение?

Барсов прищурился: