Василий Головачёв – Незримая пуля (страница 46)

— А Индия?

— Как ни странно, индийцы — потомки гиперборейцев, как и мы, русские, и славяне вообще. Просто они ассимилировались с арабами и южными племенами жёлтой расы.

— Ты так уверенно рассказываешь об этом.

— Так ведь я военный историк по образованию, — смущённо сказал Козодоев.

— Ладно, историк, держи меня в курсе событий. Плохо, когда тебя окружают враги и ни на кого нельзя опереться.

— На меня можно, — серьёзно проговорил Иван Егорович.

В Кремле он не задержался, спеша на Лубянку (как всегда ждала куча дел), но уже в машине директора потревожил звонок.

Звонил Мараев:

— Иван Егорович, появилась острая нужда обсудить одну важную проблему. Сможешь подъехать ко мне в Марьино?

— Что за проблема?

— У меня появились подозрения, что один из слиперов «Призрака» работает на… скажем так: на другую сторону баррикад.

Стало жарко.

Козодоев ослабил галстук.

— Кто?

— Молодой.

— Безоружный? Не может быть! У меня нет на него никаких сведений.

— Приезжай, помозгуем.

— Сейчас не могу, я у президента, только вечером, где-то после восьми.

— Хорошо, буду ждать.

Лицо Мараева в глубине очков растаяло.

Козодолев сбросил очки, слепо посмотрел на обернувшегося с переднего пассажирского сиденья своего помощника, полковника Симонова.

— Бред!

— Что случилось? — спросил Симонов. — Кто звонил?

— Модестович.

Симонов кивнул, будучи в теме: он помогал директору во всём, что касалось деятельности Комитета защиты Отечества.

— Что он сказал?

— Наш новый слипер — шпион.

Симонов вытаращил глаза.

— Нестор? Не может быть!

— И я так думаю.

— Что-то здесь не так.

— Найди мне Ланина. Валентин, гони!

Водитель новенького российского «членовоза» — «Ауруса» — послушно утопил в пол педаль газа.

Глава 21

Предательство

До Жанны снова дозвониться не удалось, и ехал Нестор к председателю КЗО с нехорошим предчувствием.

Везли его двое присланных Мараевым парней, не вызвавших у пассажира никаких подозрений. Оба разговаривали о каких-то общих знакомых, беззаботно шутили и вели себя как довольные жизнью молодые люди. И тем не менее чем ближе машина подъезжала к месту назначения, тем больше у Нестора падало настроение, и, выйдя из коричневого цвета «хёндэ» возле невысокого здания офисного центра недалеко от метро «Марьина Роща», Нестор чувствовал себя измочаленным как после беготни в футбол.

— Я буду один? — на всякий случай спросил он провожатого, смуглолицего парнишку по имени Жора.

— Вот уж не знаю, — ответил Жора. — Шеф мне не говорил, один вы будете или нет.

На входе их провели через рамку металлоискателя, заставив выложить из карманов ключи и мобильники.

У Жоры ещё оказались футляр очков и зажигалка в форме пистолетика.

Поднялись на третий этаж здания.

Офис Мараева состоял из трёх небольших помещений и охранялся постом из двух мужчин сурового вида в серо-чёрной униформе. Оба носили оружие — пистолеты в чёрных кобурах — и на приветствие Нестора не отреагировали.

Жора стукнул костяшками пальцев в дверь с табличкой «Директор», приоткрыл, всунул в щель голову со словами: «прибыли», — и пропустил вперёд слипера.

Заходи.

Нестор вошёл.

Мараев был не один. У стола, на котором лежал серебристый кейс с открытой крышкой, кроме хозяина кабинета стоял ещё один мужчина, средних лет, не качок, с виду обыкновенный работяга с завода, в тёмно-сером костюме и жёлтом свитере под ним. Лицо у него было круглое, незатейливое и казалось сонным, хотя в глазах бродили колючие искры неприязни. Нестор никогда с ним не встречался и причин этой неприязни не понял.

— Знакомьтесь, Олег, — представил спутника Мараев, внушающий уважение одним своим благородным видом и осанкой.

Нестор назвал себя.

— Проходите, — сказал Михаил Модестович.

Нестор шагнул к столу, гадая, как знакомый ему зомбер оказался у Мараева, и услышал писк вызова в ухе. Остановился, сказал виновато: «извините», — нацепил очки.

Звонил Хвощёв:

— Вы где, Нестор Евлампиевич? Мы вас потеряли.

— Меня пригласили… — Нестор заметил жест Мараева — палец к губам, и виновато закончил: — По важному делу…

— Никуда не уходите! Если вы уже выехали, остановитесь, к вам подъедут наши сотрудники.

— Я не дома.

— Ч-чёрт! — выдохнул Хвощёв. — Немедленно…

— Работай! — процедил сквозь зубы Мараев спутнику.

Олег выхватил из дипломата «фен» и направил ствол на остолбеневшего Нестора.

Подумать слипер ничего не успел, палец Олега уже нашёл курок на рукояти излучателя. Но реакция организма, не забывшая спортивные навыки и поддерживаемая кондициями экстрасенса, сработала без волевого приказа. Нестор успел-таки «пулей» вылететь из тела, хотя далеко не сразу понял, куда он направил полёт своей личностной «пули».

Сориентироваться и послать мыслеволевой пакет в какой-то из предметов, как он это проделывал не раз, Нестор не успел. Поэтому вывалился из реальности, если можно было так выразиться, в абсолютную пустоту без каких-либо намёков на то, куда он попал. И лишь внутренний координатор организма, привычно собравший волю в кулак, не позволил «пуле-душе» раствориться в небытии.

В космос! — пришла отчаянная мысль. Без паники! Там оглядимся!

Он рванулся «вверх» изо всех сил, как ныряльщик из воды, вызывая в солитоне памяти образ космического пространства с рисунком созвездий, и с облегчением осознал, что и в самом деле выбрался в пространство Солнечной системы с главной звездой — Солнцем, пылающим ещё «выше».

Сознание начало раздваиваться, пытаясь вселиться во что-то твёрдое, хотя бы и в планету «под ногами». Но возвращаться было нельзя, во всяком случае в данный момент, так как его ждала двойная засада: всаженная в голову программа и двое с зомбером. Но и оставаться висеть в пустоте долго тоже было рискованно, и Нестор принял единственное верное решение — найти своего космического собеседника, живущего на поверхности коричневого карлика.

К счастью, он помнил направление первого мысленного прыжка, вынесшего слипера к двойной звезде. Этот тёмный провал в серебристой вуали Млечного Пути забыть было невозможно, и невольный беглец из собственного тела направил полёт в центр Галактики, жадно прислушиваясь к шумам пространства, испускаемым живыми существами.

Уже на грани полной потери сознания он услышал знакомый мысленный отклик и упал в голову Мыследара как горящий метеор в атмосферу Земли. Но не сгорел! Правда, на то, чтобы прийти в себя, потребовалось время.