Василий Головачёв – Незримая пуля (страница 20)

Губы Виктора дрогнули. Он понял, что имеет в виду собеседник. Ланин вспомнил речь премьер-министра Великобритании Терезы Мэй, с уверенностью поражённой деменцией старухи утверждавшей, что отравителями Скрипалей хайли лайкли (то есть с высокой вероятностью) являются русские спецслужбы и лично президент России Путин.

— И последнее, — сказал Валерий Леонидович. — Не кажется ли тебе, что в связи с утечкой информации следует переселить слиперов в один из наших бункеров?

Виктор сделал короткую паузу.

Речь зашла о схронах «Призрака», предназначенных для отдыха слиперов после операций. Созданы они были службами ФСБ для каких-то своих целей ещё в начале века, и об их существовании знали только руководители соответствующих подразделений Федеральной безопасности и директор, который при создании КЗО и предложил использовать бункера для нужд Комитета. Чуть позже бункера перешли и в ведение квартирьеров «Призрака». Все они располагались не в самой Москве, а за МКАД, однако гостили в них совсекретные бойцы нечасто. А если быть точным, то всего один раз: два месяца назад в подмосковном Алабине жил слипер Даманский, погибший в Польше.

— Вряд ли наши ребята захотят там жить, — наконец ответил Виктор, уже перевёзший Нестора в Строгино. — По сути, это тюрьма, пусть и довольно комфортабельная. Но я подумаю о вашем предложении.

— Хорошо, жду доклад. — Ланин снял очки.

Выпив чашку красного чая (он любил «Каркадэ»), Валерий Леонидович снова подсел к компьютеру и полчаса изучал отчёты руководителей остальных подразделений отряда. Потом позвонил Хвощёву.

Улыбчивый айтишник, занявший место начальника собственной безопасности «Призрака» после реформирования отряда, выложил Ланину всё, что знал на данный момент, и выжидательно замолчал. Он всегда одевался довольно экстравагантно, выделяясь из массы клерков неожиданными «писками моды», и на сей раз не разочаровал, представ перед глазами Валерия Леонидовича в чёрно-белом костюме из «осенней коллекции Пако Раббани», как он выразился.

Ланин с интересом осмотрел наряд майора и не удержался от улыбки. Больше всего одеяние Хвощёва напоминало геометрические навороты в стиле кубизма: плечи, рукава, карманы и штаны — всё было сшито из прямоугольных кусков чёрной ткани, превращавших носителя в гротескного робота, а белая рубаха с огромным воротником и квадратными чёрными пуговицами довершала интерьер.

— Нравится? — весело осведомился Хвощёв.

— Вельми, — хрюкнул Ланин. — Ты похож на сбежавшего с модного дефиле стилиста.

— А девочки в восторге.

— Ты бы ещё рожу в чёрный цвет покрасил, выглядело бы очень креативно.

Хвощёв отмахнулся.

— Негры у нас не в тренде. Кстати, хочешь анекдот в тему? Негра, укравшего банкомат, не пустили с ним в автобус. Какие ещё нужны доказательства расизма в Америке?

Ланин улыбнулся.

Хвощёв довольно расхохотался.

— Всё? — посерьёзнел Валерий Леонидович. — Анекдоты кончились?

Начальник службы безопасности подтянулся.

— Мы с Иваном подготовили операцию по выявлению «крота». Всем членам КЗО и их помощникам будет спущена директива о якобы готовящемся запуске «Плана Х» по ликвидации ячейки «Комитета 300» в России. И «крот» просто будет обязан отреагировать, приведя свои силы в Москве и Питере в состояние боевой готовности.

— Когда вы планируете сбросить мне этот план?

— Сегодня к вечеру.

— Кто из слиперов будет задействован?

— Все. В том числе вернувшийся из Украины А-1.

Ланин кивнул.

Под позывным А-1 был скрыт самый старый из паранормов семидесятилетний Терентий Песков, знавший два десятка языков и официально работающий в настоящее время помощником министра иностранных дел России. Этот человек сделал очень многое для страны и был незаменим для работы за рубежом.

— Может быть, побережём первого?

— Почитай наши раскладки. При участии сразу всех трёх слиперов успех обеспечен. Уже практика участия двух в одной операции показала, что их взаимодействие — гарантия позитивного результата.

— А-2 и А-4?

— Не люблю я эти псевдо. Безоружного и Миловидовой. Идеальная пара.

— Не преувеличивай, майор.

— Ни капли не преувеличиваю. Они очень тонко чувствуют друг друга и способны на большее.

— В каком смысле?

— Если бы нам поставили задачу запрограммировать любого вышака, в том числе президента, они бы её выполнили со стопроцентной вероятностью.

Ланин погрозил абоненту пальцем.

— Не вздумай ляпнуть это на совещании в Комитете, если придётся участвовать. Ещё примут за угрозу и подготовку к действию. Наша основная задача — защищать страну от любого пси-воздействия, внешнего и внутреннего, а не руководствоваться собственным пониманием ситуации.

— Можешь не сомневаться, товарищ полковник, — ухмыльнулся Хвощёв, — я двумя руками «за». Разреши выполнять?

— До связи.

Изображение фигуры Хвощёва в экране исчезло.

Ланин потерзал клавиатуру, выводя обещанные Боковым тексты, но в это время зазвонил вижн. Пришлось цеплять очки на нос.

Звонил Козодоев.

Директора ФСБ Ланин увидеть не ожидал, поэтому напрягся. Прежде основатель КЗО к нему напрямую не обращался.

— Иван Егорович? Добрый день. Редкий гость.

— Приветствую, Валерий Леонидович. Знаю, что вы в подполье, как прошёл переезд?

— Уверен, что вы знаете, — улыбнулся Ланин. — Ведь вы посетили Китай-город после взрыва, не так ли? Всё в порядке, функционируем, планируем мероприятия по заданиям Комитета.

— Причину передислокации не раскроете?

— Утечка информации.

— Я так и предполагал. Есть подозреваемые?

— Есть план работы по розыску и устранению.

— Вам не кажется, что в таких условиях мы сильно рискуем своим ударным контингентом? Считаю разумным передать отряд А нам.

Ланин застыл, но справился с эмоциями.

— Кому — вам?

— Мараеву и мне. С нашими возможностями мы сможем гарантировать безопасность слиперов.

— Мы тоже в состоянии.

— Тем не менее провентилируйте этот вопрос с вашими аналитиками и помощниками. Надеюсь, мы придём к консенсусу. Кстати, где в настоящее время живут ваши корректоры?

Ланин понял, что собеседник знает о местонахождении слиперов.

— Иван Егорович, с какой целью вас интересует этот вопрос? Хотите предложить схроны ФСБ? К примеру, в Лианозово, улица Учительская, или в Марьино, улица Соболева? Может быть, в Строгино, на проспекте Свободы?

По лицу Козодоева прошла судорога.

— Не передёргивайте, полковник! Ваша информация неточна. Я понимаю, что вы заботитесь о судьбе ваших подчинённых, но от вас мало что зависит. Решение о создании вашего подразделения принимало руководство Комитета, и если понадобится, оно же и расформирует «Призрак».

— Я это уже понял, — бесстрастно сказал Ланин. — Хочу только предупредить, что управлять людьми с паранормальными способностями непросто, и если вы станете настаивать на их передаче, не факт, что они согласятся работать. Учтите ещё и зависимость Комитета от нашей работы. Мы и так захлёбываемся от объёма заданий, а за время передачи дел и выбора управления группой объём возрастёт ещё больше. К тому же вам всё равно понадобятся специалисты, не мы, так другие. Зачем же в таком случае менять шило на мыло?

Козодоев усмехнулся.

— Интересно, а себя вы кем считаете? Шилом или мылом?

— Профессионалом, — остался невозмутимым Ланин.

— Хорошо, мы обсудим ситуацию. Работайте. Хотя я хотел бы знать, где вас искать в случае форс-мажора, а также хотел бы быть уверенным в вашей поддержке.

— В этом вы можете не сомневаться, товарищ генерал, мы трудимся не на себя, а на благо Родины. К тому же я уверен, вы знаете, что основная группа дислоцируется сейчас на базе ГРУ в Лосиноостровском парке. Вы всегда можете найти нас там.