Василий Головачёв – Миссия невыполнима (страница 46)

– Обалдеть! – проговорил пришедший в себя Холост. – Я не ослышался? Температура минус двести семьдесят?

– Так точно.

Космолётчики обменялись взглядами.

– Где мы, чёрт побери?!

– Ты настраивал «взломщика», – мстительно ответил Терентий, – ты и скажи.

– Будущее… я настраивал хакера на будущее…

– Может быть, это времена Улья? – неуверенно проговорила Флора. – Улей существует… будет существовать после того как пройдёт гугол лет, когда распадутся даже чёрные дыры. Что мы видим?

– Ничего, – буркнул Холост.

– Значит, мы точно в будущем Улья.

– Однако нам нужен Рой, – сказал Терентий.

– Давайте выберемся из-под пузыря и осмотримся. Если ничего не обнаружим, вернёмся в пузырь и проследуем дальше. Уверена, что хронолиния заканчивается там, где существует Рой.

– Это если пузырь не исчезнет, когда мы вылетим из него.

– У тебя есть другое предложение?

– Нет.

– Тогда за дело. Степан, включай «взломщика», пусть попробует договориться с местным автоматом.

Холост замер, концентрируясь на связи с жилетом.

На этот раз его мысленный диалог длился не секунды, а несколько минут. Наконец полковник крякнул, откидываясь на спинку сиденья.

– Не знаю, чего ему ещё нужно. Говорит, контакт установлен, но он не понимает, с кем разговаривает. Никакой аппаратуры вокруг нет, а инфа появляется ниоткуда.

– Работают неземные технологии, вот и всё, – сказал Терентий. – Он откроет выход?

– Чёрт его знает!

– Может, бабахнем по пузырю из вакуум-пробойника?

– Это ещё что такое?

– ВСП-трассер можно использовать в качестве суперструнника.

– Не слышал о таких возможностях трассера.

– В наши времена большие космолёты имели боевые комплексы с использованием суперструнников.

– Круто вас вооружали в две тысячи сто пятидесятом году!

– Вас вооружали ещё круче, если ваш капитан Корепанов утверждал, что у вас даже нульхлопы есть, мины, взрывающие вакуум.

– Потому что к нам в Систему всё чаще стали соваться всякие хищные твари. То разумные жабы, то Ульи, то Рои, вот и придумали для защиты.

– Ладно, эксперты, испытаем судьбу ещё раз, – подвела Флора итог обсуждений. – Пламен, мы сейчас подсоединим к тебе «взломщика», попытай счастья, пощекочи пузырь гравиком мягко, не разрушая.

– Выполняю, – согласился компьютер.

Какое-то время ничего не происходило.

Вокруг катера простиралась бесформенная тьма, не пронизанная ни одной искрой света.

Лицо Холоста заблестело от пота.

– Давай, вражья сила, тьма египетская! – едва слышно процедил он сквозь зубы.

И тотчас же что-то изменилось снаружи. На мгновение стала видна прозрачная сферическая плёнка, по которой плыли радужные разводы, как по мыльному пузырю. Потом она растрескалась и разлетелась во все стороны клочьями, и катер оказался висящим над каким-то гигантским кубом со стороной в несколько километров, изъеденном коростой ниш и дыр красивых фрактальных линий.

Куб медленно вращался, а точнее «голем» вращался вокруг него, так что грани сменяли друг друга, и в то же время изменял конфигурацию и рисунок фрактальных дырчатых узоров. Причём источника света не было видно нигде, однако куб был виден совершенно отчётливо на фоне угольно-чёрного пространства вокруг.

– Фрактал? – нарушил молчание Холост. – Очень напоминает фрагмент губки Серпинского. Может быть, это и есть Рой?

– Пламен, что видишь? – спросила Флора.

– Объект в форме куба, – послышался ответ. – Длина ребра – четыре километра двести двадцать метров. Ландшафт граней транзитивен, предполагаю, что это чисто полевая структура.

– Можешь определить точно?

– Датчики молчат, гравитационное поле отсутствует, но объект светится в видимом диапазоне и ультрафиолете.

– Пощупай его лазером, – сказал Терентий. – Нежно.

Вириал мигнул глазом «пересвета».

Воздух за стенками кабины отсутствовал, и луч лазера не был виден, однако на грани под «големом» загорелось фиолетово-красное световое пятнышко.

И тотчас же цепочка дыр и вмятин на грани резко объединилась в одну воронку, протаявшую внутрь куба на глубину в километр.

– Кажется, нас приглашают в гости, – хмыкнул Холост. – Так Рой это или не Рой?

– Слишком мал для сверхразумной системы, – сказал Терентий рассудительно. – Улей был размером с галактику.

– Улей ведь, по сути, компьютер?

– Мозг.

– Всё равно это в первую очередь квантовый компьютер. В отчёте Флоры говорится, что Улей состоял из множества облаков разного разума. Как же он думал и принимал решения, если скорость света всего триста тысяч километров в секунду?

– Он думал со сверхсветовой скоростью, только и всего. Невозможно представить, какими технологиями овладел Улей к тому времени. Мы летали внутри по его периферийным областям не один день, но так и не поняли, как он выглядит со стороны. Если Рой такая же сверхсистема, он должен вмещать мозги помощней и иметь размеры галактики, если не больше.

– Может, наоборот? Он имеет планковские размеры?

Терентий помолчал.

– Я не специалист в М-теории… но он действительно может быть свёрнут по каким-то измерениям, и мы видим куб как приёмное отделение.

– Браво, майор! Тут я с тобой согласен.

– Проверим, – решила Флора. – Пламен, вперёд!

«Голем» нырнул в воронку, и мимо поплыли кружева фрактальных узоров преимущественно насыщенного синего и фрактального цвета, края которых казались раскалёнными до багрового свечения. Эти узоры не меняли форму и выглядели как зазубренные бреши гигантского часового механизма, полуразрушенного временем. Терентий невольно подумал, не остаток ли это древнего существа, выросшего ещё в начале эпохи рождения звёзд? И не является ли он таким же порталом, связывающим времена Вселенной?

Видимо, такие же мысли бродили и в голове Холоста, потому что он вдруг со смешком произнёс:

– Может быть, это последний форпост последней цивилизации, сохранившийся с незапамятных времён? Прошло много лет, квинтильоны и триллионы, звёзды и планеты распались на кванты, но кубик уцелел.

Вопрос повис в воздухе. Спутники молчали.

Спуск в воронку продолжался всего минуту.

Катер достиг дна и оказался внутри сферы диаметром не больше сотни метров. Все узоры воронки и сферы светились, и было видно, что в ней сходятся воронки и с остальных граней куба.

Пламен подвесил катер в центре сферы.

Пассажиры принялись разглядывать её изъеденные той же фрактальной коррозией стенки.

– Что дальше? – задал вопрос Холост.