Василий Головачёв – Метастазы (страница 60)

Ответить «сто одиннадцатый родич» не успел.

Из коридорчика послышался топот, и с волной холода в бункере возникли две тени. Штопор осветил их фонарём. Это были Иннокентий и знакомый всем полковник контрразведки Утолин, выглядевший так, будто его лицо исполосовали когтями кошки.

– Привет, – сказал он хрипловатым баском.

– Наконец-то, – проговорил Итан. – А мы уже собирались к вам на подмогу.

– Меня там не ждали, – отмахнулся Иннокентий. – Охранников было всего двое.

– А почему вы оказались в коридоре? – спросил Шалва.

– Полковник находился не в кабинете командующего, а этажом ниже. Оттуда мы с ним прыгнули по треку, вышли в той же камере, где до этого сидели пленники, а к вам пришлось подниматься.

– Тьфу ты! Всё время забываю, что кюар переносит людей в ту же географическую локацию!

– Дублин, – проворчал Тарас. – Глицин пей. Что у вас с лицом, товарищ полковник?

– Неудачно ответил на вопрос допрашивающего, – прошамкал Утолин с гримасой, долженствующей обозначать улыбку; у него был выбит зуб.

– Вот же ублюдки! – сплюнул Шалва.

Итан осторожно отнял ладонь Лавинии от шеи.

Царапина у девушки начала затягиваться.

– Я её уже зашила, – с виноватой улыбкой сказала хакерша.

– Молодчина!

Сидевший на корточках над телом Снежаны Тарас перевёл взгляд на Итана, кивнул на неё.

– Поможете вылечить? Она истекает кровью.

– Погодите, парни, – пробормотал Таллий. В рассеянном свете фонаря расширенные глаза сто одиннадцатого Лобова сверкнули фосфором. – Там… в бункере… я учуял…

Иннокентий вцепился ему в локоть.

– Не тяни! Мне тоже показалось…

– Что вам показалось? – спросила Стефания.

– Похоже, под бункером установлена мина.

Все замерли.

– Да брось! – отмахнулся Шалва. – Как это вы разглядели мину под бетонным полом бункера?

– Я… могу видеть, – сказал Таллий.

– У него биорезерв, – кивнул Иннокентий.

– А-а… дополнения? У вас эти… супердатчики? Но откуда там мина?

– До нашего штаба там располагался украинский штаб ВСУ, – сказал Иннокентий. – Уходя, бандерлоги и оставили взрывное устройство. Странно, что до сих пор не взорвали.

– Странно, что наши сапёры не обнаружили мину, когда проверяли бункер.

– Она глубоко…

– Да и чёрт с ними, ничего не случится, если судить по этой копии. Иначе мы бы вышли в кратере.

– Вы вышли в той копии реала, где взрыва не произошло. А Сапрыкин и его команда остались в другой.

По помещению снова поплыла тишина.

– Ну и что мы будем делать? – негромко спросила Стефания. – Ждать, пока мина сработает?

Головы присутствующих повернулись к Тарасу.

Он встал.

– Идём туда!

– Ага, выйдем – и мина взорвётся! – осклабился Шалва.

– Типун тебе на язык! – сердито проговорила разведчица.

– Итан, подлечи Снежану, и отправимся.

– Пока будем лечить – там грохнет! – пробормотал Шалва.

– Да что это с тобой, парень? – удивился Иннокентий. – На любое предложение у тебя возражение. Не с той ноги встал?

– Не ждите, – быстро проговорила Стефания. – Я их сама вылечу!

По губам Штопора пробежала кривая усмешка, но он встретил взгляд Тараса и промолчал.

– Она сможет, – кивнул Иннокентий. – У неё мощный нейрозапас, как у всех комбатантов её уровня.

– Как у тебя? – Шалва ткнул пальцем в щёку аналитика, на которой от пулевой борозды остался лишь бледный шрамик.

– Как у всех нас. – Итан показал на шею Лавинии с бледным шрамиком. – Девочки, займитесь пациентами.

– Сначала ею, – кивнул на сестру Шелест.

Стефания и Лавиния наклонились к Снежане.

– Капитан, – сказал Иннокентий Тарасу, – ты лучше знаешь реалии своего реала, командуй.

Он запнулся, заметив, что применил тавтологический оборот, но сразу забыл об этом, заметив взгляд Стефании. Протянул к ней руку, но под взглядами «близнецов» сделал строгое лицо:

– Вместе мы непобедимы!

Шалва засмеялся.

Стефания фыркнула.

– Не тяни время, Лобов. Идите уже! Они будут здоровее, чем были.

– Клон, ко мне!

Иннокентий усмехнулся, оценив шутку.

– Клон? Забавно.

– А я? – с обидой спросил Шалва. – Лишний вам, что ли?

Тарас размышлял секунду, протянул руку.

– Присоединяйся. Девчонки, ждите, мы скоро.

Штопор снял шлем с включённым фонарём, отдал Стефании, прижался к четвёрке разнореальных Лобовых, и все пятеро утонули в темноте.

После невероятных событий с исчезновением группы Лобовых вместе с задержанными Сапрыкин недолго пребывал в состоянии шока. Во-первых, после чудесного возвращения десантников Шелеста он уже знал о существовании копий Мироздания и способа перемещения из одной в другую посредством особого кюар-кода. Какой бы фантастической теория Мультиверса ни казалась, она была проверена на практике, и Лобовы лишь продемонстрировали свои возможности, легко освободив обвиняемых в предательстве Шелеста и Утолина. Женщины, Снежана и Лавиния, оказались в их компании случайно, хотя, скорее всего, они и сыграли ключевую роль в освобождении полковников, так как были дороги двум «близнецам» – Итану и Тарасу.

Поскольку в Главштабе вряд ли поверили бы в мистическое освобождение пленников посредством «волшебства и магии» (термин принадлежал обалдевшему от чудес Чуеву), Сапрыкин решил скрыть от вышестоящего командования истинные причины происшествия и доложил лишь о «гибели подозреваемых в измене Отечеству во время воздушного налёта». Это было почти правдой: сразу после исчезновения беглецов ВСУ бросили в атаку четыре роты сорок второй десантной бригады, а перед ней послали волну беспилотников численностью около двухсот дронов. Практически все аппараты были сбиты ещё на подлёте к селу Крюково, но факт оставался фактом: «пленные погибли во время авианалёта».

В принципе и это была почти правда: Сапрыкин был уверен, что ни Шелеста, ни Утолина, ни всех Лобовых с их подругами он больше не увидит.