Василий Головачёв – Искатель, 1999 №1 (страница 24)

Уэксфорд вошел в дом, и Клитемнестра кинулась встречать его.

— Что бы ты сделала, — спросил он жену, — если бы я привел в дом девушку и сказал, что дам тебе тысячу фунтов за то, что ты позволишь ей жить с нами?

— У тебя нет тысячи фунтов, — ответила миссис Уэксфорд.

— Правда. Всегда есть противоядие.

— И кстати, о молодой девушке и деньгах. Мистер Виго прислал убийственный счет за зуб твоей дочери.

Уэксфорд взглянул на счет и застонал.

Следующие несколько часов Уэксфорд провел, изучая путевые листы Хаттона и ежедневные записи миссис Хаттон.

Его интересовала неделя, предшествующая 21 мая. 22 мая Хаттон внес на свой счет в банке пятьсот фунтов стерлингов. А двумя днями раньше он уже обладал большой суммой денег или не сомневался, что получит ее, потому что двадцать первого мая заказал новые зубные протезы. Миссис Хаттон вела свои ежедневные записи в календаре в виде прямоугольной книги. С левой стороны были помещены фотографии красивых английских пейзажей и стихи, соответствующие картинке и времени года. А каждая страница на правой стороне была разделена на семь квадратов. Дни недели стояли слева, а оставшееся пространство от одного до пяти дюймов предназначалось для коротких записей.

Уэксфорд открыл страницу — воскресенье 12 мая.

Фотография изображала фруктовую оранжерею в Кенте, а стихи из «Как вам это понравится» гласили, что мужчины подобны апрелю, когда ухаживают, и подобны декабрю, когда женятся. А девушки, подобны маю, пока они девушки, но на небо набегают тучи, когда они становятся женами.

В воскресенье — ничего. Понедельник 13. «Чарли уехал в Лидс. К чаю пришла мама». Вторник 14. «Звонили из газовой конторы. Чарли приехал домой в 3 часа дня». Поездка в Лидс подтверждалась и путевыми листами Чарли. По дороге он останавливался в Норман Кроссе для ленча в кафе «Мэри Ингланд» и недалеко от Ретфорда, чтобы выпить чашку чая в «Дейве динер». В Лидсе он снимал комнату у миссис Хаббл на Ледисмит-роад, 21 и на обратном пути останавливался только один раз и снова в «Мэри Ингланд». Хаттон сделал рейс в самое кратчайшее время, не оставив и минуты на подпольные махинации. Уэксфорд вернулся к записям жены. Среда 15 мая. «Чарли не пошел на работу. Позвонил доктору в национальную службу здоровья. Частному не захотел». Любопытно. Хаттон болел и, очевидно, в этот момент сидел без денег. Четверг 16 мая. «У Чарли летний грипп. Позвонить Джеку и Мэрилин». Больше записей до пятницы 17 мая не было. Суббота 18 мая. «Чарли лучше. Снова звонил доктор. Приходили мама и Джим».

Так завершилась неделя. Уэксфорд перевернул страницу. Новая неделя. Воскресенье 18 мая. «Чарли уехал в Лидс. В 8 вечера будет звонить Мэрилин. Приходили Джек и Мэрилин выпить и поиграть в карты». На фотографии с левой стороны красовался большой деревенский дом, а под ним совет: истина в том, что если у мужчины хорошее состояние, то ему нужна жена. Уэксфорд мрачно улыбнулся. Понедельник 20 мая. «Чарли опять хуже. Из Лидса выехал поздно. Вернулся в 10 вечера».

Уэксфорд быстро проверил по путевому листу. Да, здесь тоже значилась запись Хаттона о том, что он так плохо себя чувствовал, что не мог отправиться в обратный рейс до полудня. Он ехал домой медленно и по пути дважды останавливался: в Ньюарке в больнице «Холлибаш» и в «Мэри Ингланд». Но действительно ли он был болен или придумал болезнь, чтобы иметь время устроить свои дела в Лидсе? Откуда бы он ни получил деньги, получить их он мог только там. И Уэксфорд не сомневался, что это произошло 19 или 20 мая. Вторник 21 мая. «Чарли поправился. У него свободный день. В 2 часа встреча с дантистом».

Какая точная маленькая женщина эта Лилиан Хаттон, и не очень многословная. Невозможно решить, знала ли она что-нибудь. И уж, конечно, не в календаре выдавала свои секреты.

Непохоже, чтобы утром в понедельник Хаттон успел многое сделать в Лидсе. Но ведь есть еще ночь с воскресенья на понедельник, которую тоже нельзя сбрасывать со счета. Уэксфорд мог вообразить только ограбление банка, которое в ночь было совершено в Лидсе. Надо будет проверить. И он не мог понять, почему случай с Фэншоу все время всплывал в памяти и мешал сосредоточиться. И вдруг он понял.

Машина Фэншоу попала в аварию в понедельник 20 мая. Неизвестная девушка погибла 20 мая. И 20 мая произошло что-то крупное с Чарли Хаттоном.

Но эти три события не имели между собой связи. Фэншоу богатый биржевой брокер с квартирой в самом дорогом районе Лондона. И, если не считать его моральную нечистоплотность, без пятна на деловой репутации. Чарли Хаттон дерзкий маленький водитель грузовика, нога которого, наверно, никогда в жизни не ступала на Мэйфэйер.

И это всего лишь любопытное совпадение, что Хаттона убили на следующий день после того, как миссис Фэншоу пришла в сознание.

— Доброе утро, мисс Томпсон, — с сердечностью, которой отнюдь не испытывал, произнес главный инспектор.

— Миссис Пертуии, если не возражаете. — Она взяла одну из корзинок, горой высившихся у входа в супермаркет, и окинула детектива сияющим, смущенным взглядом. — Мы с Джеком вчера пополудни тихо обвенчались.

— Могу я одним из первых выразить свои поздравления?

— Большое спасибо, конечно. Мы никому об этом не говорили, а сами пошли в церковь. Джек просто убит горем из-за бедного Чарли. Когда вы, наконец, поймаете его убийцу, вот что я хочу знать? Я имею в виду, не сбрасывайте этого дела в архив из-за того, что он был рабочий парень. Дело продвигалось бы совсем по-другому, если бы он принадлежал к высшему классу. Это капиталистическое общество, в котором мы живем, вызывает у меня отвращение. Мне хочется плюнуть в него.

Уэксфорд чуть попятился, опасаясь, что за словом последует действие. Бывшая невеста заморгала щетками ресниц.

— Вы хотите выйти сухим из воды, — жестко сказала она. — Кто бы ни убил Чарли — виселицы для него мало.

— Боже, ох Боже, — вяло проговорил Уэксфорд, — а я-то считал, что вы, прогрессивные люди, против смертной казни, потому что это наказание, придуманное капиталистами.

Рывком открыв дверь, она растворилась в супермаркете, а детектив, сухо улыбаясь, направился в участок. В холле с озабоченным видом его ждал Кэмб.

— По-моему, дело Фэншоу, сэр, принимает интересный оборот. По дороге сюда я встретил мисс Фэншоу.

— Такой интересный, — проворчал Уэксфорд, — что я посылаю констебля-детектива Лоринга в курортные города, чтобы проверить список пропавших лиц. И будет очень полезно, если такую же работу мы проделаем в Лондоне.

Верден уехал в Стамфорд. Уэксфорд решил сам провести проверку в Лондоне. Молодые женщины начинали действовать ему на нервы. Слишком много их было замешено в деле, и казалось, у полицейских с ними не меньше хлопот, чем с грабителями. В районе Лондона пропало несколько дюжин девушек. К ленчу он сузил поиск до трех. Первая, Кэрол Пирсон с Масуэлл-хилл, заинтересовала его потому, что работала парикмахером-стажером в салоне, расположенном в Истчипе. Офис Джерома Фэншоу тоже находился в Истчипе, а при салоне имелся и мужской зал. Кроме того, у девушки были черные волосы, и о ее исчезновении сообщено 17 мая.

Вторая девушка, Дорин Дакрес, так же, как и Кэрол Пирсон, была черноволосой и двадцатилетней. Он обратил на нее внимание потому, что 15 мая она отказалась от своей комнаты в Финчли, поскольку получила работу в Истбурне. С тех пор ни в Финчли, ни в истбурнском клубе, адрес которого она оставила, о ней ничего не слышали.

Имя третьей девушки Бриджет Калрос. Интуиция подсказывала Уэксфорду, что ею необходимо заняться особо. Ей тоже было двадцать два года, и она работала сестрой в больнице Принцессы Луизы на Нью-Кавендиш-стрит. В субботу 18 мая она уехала на уикэнд в Брайтон с другом, имя которого осталось неизвестным. Предполагалось, что она загуляла со своим любовником. Волосы у нее были темные, и жизнь она вела эксцентричную. Ее единственная родственница, тетя, жила в Ирландии в графстве Лейиш.

Длинный день тянулся бесконечно медленно и становился все жарче. Тяжелые, плотные, похожие на гриб, облака низко нависали над остроконечными крышами города, но ни капельки не уменьшали жару. Посторонний наблюдатель решил бы, что Уэксфорд, как и многие другие обитатели Кингсмаркхэма, просто ждет, когда наконец разразится гроза. Детектив стоял у открытого окна. Его никто не беспокоил, и это радовало Уэксфорда. Он думал.

В Стамфорде, где шел дождь, Берден нашел деревенский дом, который предположительно занимал Макклой. Дом стоял брошенным, с запертыми дверями и заросшим садом. Соседей поблизости не было, и никто не мог ему сказать, куда делся хозяин.

Констебль-детектив Лоринг ездил по променадам курортных городов, заезжал в полицейские участки, обращая особое внимание на те клубы, кафе и увеселительные заведения, куда приезжали девушки и откуда они уезжали, сменяя друг друга. Он нашел клуб, в который нанялась Дорин Дакрес, но куда она так и не приехала. Обрадовавшись, он даже позвонил Уэксфорду, чтобы рассказать ему об этом. Его прекрасное настроение несколько сникло, когда он услышал, что главный инспектор узнал об этом еще три часа назад.

Гроза разразилась в пять часов.

Похожая на вилку молния вдруг пронзила небо и неожиданно напомнила фейерверк и нимб над зажженной Рождественской елкой. После того, как вспыхнули эти огненные стрелы и разрезали чернильно-темные облака, на западе загремел гром.