Василий Головачёв – До начала всех начал (страница 36)
– Что?
– Как-то надо называть обитателей ТТ Щита?
– ТТ Щита – коричневый карлик, жалкая копия звезды. Но в принципе, можно назвать жителей ТТ и щитовиками. Хотя я не думаю, что эти скульптуры – скелеты разумных существ.
– Тогда что это?
– Скоро узнаем. Стоум уже собрал сведения о системе, можно начинать активные исследования.
– Мы можем помочь?
– Нет, мы… – Антон заметил мелькнувший в глазах перуанки огонёк разочарования и поспешил исправиться: – Впрочем, почему бы и нет? Катеров хватит, а лишних экспертов в таких делах не бывает. Только прошу слегка умерить пыл вашего спутника.
Рокита поморщилась.
– Мне его навязали, несмотря на то что на борту «Инки» ему делать было нечего. А вот почему он стал задираться…
– Может, и на него действует конэцкэ? – пошутил Антон, вдруг вспомнив, что и он сам с трудом справился с нервами, пережив момент раздражения.
Рокита посмотрела озадаченно, сдвинула брови.
– Не вижу ничего смешного, коллега. Будь я на вашем месте, немедленно вернулась бы на Землю с артефактом!
– Я человек военный, – мягко сказал он, – и должен выполнять приказы.
– Да, но при этом необходимо считаться и с обстоятельствами, учитывать степень риска. Неужели не чувствуете, что Хомозавр опасен? Понимаю, вы опираетесь на возможности вашего корабля, но не забывайте, что можете нарваться на киллербота Древних типа джинна или моллюскора, возможности которых намного больше.
«Не так уж и намного», – вспорхнула в голове хвастливая мыслишка, однако утверждать это вслух было бы совсем по-мальчишечьи, и Антон заметил с лёгкой укоризной:
– А как же вы полетели к Стивенсону на корвете, возможности которого ещё меньше? Почему не учли степень риска?
Рокита с прежней озадаченностью смерила его взглядом.
– Но ведь и я военный человек?
Он засмеялся.
– Ну, раз мы оба подчиняемся приказам своих командиров, давайте помогать друг другу. Почувствуете что-либо странное – сообщите, а я буду информировать вас. – Он встал. – Отдыхайте.
Дверь бесшумно ушла в стену.
Он вышел, чувствуя на спине разочарованный и одновременно обиженный взгляд перуанки. Шевельнулись мышцы живота. Захотелось вернуться… но дверь закрылась, и стало легче.
Стоум закончил обработку потоков развединформации к семи часам бортового времени, вернув к кораблю почти все разосланные по системе беспилотники. До объявленного начальником экспедиции конца двенадцатичасового отдыха ещё оставалось немало времени, но возбуждённая беседой с Рокитой и инструкциями протокола ВВУ психика Антона не давала ему покоя, постоянно мерещилась всякая чепуха. А когда с ним вдруг связался Стоум, стало не до отдыха.
«Командир, эскулап требует психической перезагрузки, – сказал он, инициировав мыслесвязь. – Экипаж перевозбуждён. Начались инциденты, которых не должно быть на военном судне ни под каким соусом».
«О чём речь?» – мрачно спросил он, действительно перестав анализировать состояние космолётчиков.
«Поиск» завис над главным облаком астероидного хвоста, вившегося петлёй под ним на расстоянии всего ста километров, поэтому без телескопа хвост казался состоящим из кроваво светящейся пыли. Но отдельные окна дальобзора показывали астероиды, освещённые лучами красного гиганта UY Set, от которых невозможно было отвести взгляд.
«Речь о тонком воздействии на мои нейроструктуры. Кто-то пытается корректировать память и потрошить нейросвязи. Кроме того, появились пси-деструктивные явления среди наших и перуанских космолётчиков. Серхио Херард спустился в трюм к Хомозавру и попытался снять с него страховочную сеть».
«Египетский городовой! – вырвалось у Антона. – Когда это случилось?»
«Полчаса назад».
«Почему не доложил?!»
«Вы приказали не беспокоить без причины», – невозмутимо сказал искин.
«А пьяная выходка генерала не причина?!»
«Он действительно был нетрезв после трёх бутылок вина, сейчас спит. Я посчитал его действия неосознанными. Но и среди наших парней произошёл неприятный инцидент. Поссорились оператор ТС Никита Чуприна и лейтенант Артур Редин».
«Бред какой-то! Причина?»
«Обсуждали женские прелести. Слово за слово…»
«Женские прелести?!»
«Или достоинства, не уверен, что правильно понял. Никита уверял, что ваша жена красивее полковника Ахаа, лейтенант Редин утверждал обратное».
Память вывела на обозрение лицо Олеандры. Потом сравнила с лицом Рокиты. Обе женщины были необычайно красивы, хотя по-разному, но Антон так и не понял, почему пилот-оператор «Поиска» отстаивал красоту Олеандры. С другой стороны, парня можно было понять.
«Зашквар!»
«Совершенно с вами согласен».
Антон связался с Войсковым.
«Артур, разобрался с Никитой?»
«Так точно, – с досадой отозвался капитан эскора. – Прилетим обратно, спишу на берег ко всем чертям!»
«Не горячись, парнишка просто высказал своё мнение».
«Он полез драться!»
«А вот с этим надо разобраться».
Антон вызвал Щёголева:
«Майор, что произошло?»
«Хотел доложить…»
«Почему не доложил сразу?»
Щёголев помолчал.
«Ну, повздорили… глупо, по-пацански… Никита начал сравнивать женщин…»
«Я в курсе».
«Командир, тут что-то не так. В команде началось какое-то озлобление, нервы не выдерживают, я сам с трудом сдерживаю эмоции, хотя всегда считал себя сдержанным человеком».
«Возьми своих на контроль!»
«Взял уже».
Антон связался с искином:
«Стоум, подключи эскулапа, мне нужен полный анализ пси-состояния команды!»
«Эскулап рекомендует антистрессовую обработку всего личного состава экспедиции. В поведении экипажа отмечен нездоровый возбуждающий агент неизвестного происхождения».
Вспомнился «взгляд» Хомозавра при погрузке его в трюм эскора. Сработала интуиция.
«Артефакт!»
«Не понял?»
«Источник пси-радиации – Хомозавр! Неужели не догадался? Рокита опасается этого булыжника. Нужен независимый аудит всех защитных систем. Подключи Нику, она врач, и Бартоша, определите тип излучения, его источник и последствия воздействия».
«Выполняю».
«Теперь главное: начинаем активный поиск базы Предтеч!»