Василий Головачёв – Дикий, дикий Норд (страница 27)

– Дошли! – выдохнул разволновавшийся сверх обычного Титов. – Я, честно говоря, не верил…

– Это не Буфер, – покачал головой Ковалёв.

Вербов оторвал взгляд от экрана.

– Почему вы так думаете?

– Есть две причины. Первая – Рог не стоит там, где должна находиться гора Меру, вторая – он слишком мал для такого гигантского сооружения, каким был антарктический Купол. То есть Буфер.

– Тогда что это?

Археолог помолчал.

– Скорее всего… всё сходится… это сторож-указатель.

– Что сходится? Какой указатель?

– Один из когда-то существующих четырёх… По легенде, гору Меру охраняли четыре сторожевые башни, накрывающие её при необходимости Вуалью Небес – силовым куполом, если пользоваться современной терминологией. Все четыре башни были Угулами – антеннами, концы которых указывали на вершину Меру, где стояла центральная антенна. Кстати, статуй Дохома, одну из которых вы встретили в озере Восток, тоже было четыре, и все они служили той же цели – созданию защитного силового пузыря.

Вербов с недоверием вгляделся в спокойное лицо археолога.

– Вы так говорите, будто были вместе с нами.

– Не был, но всё, что вы рассказали, подтверждает мою гипотезу даже в деталях.

– Чёрт возьми! – возбудился Титов. – Почему вы мне об этом не сказали раньше?!

– Вы не спрашивали, Роберт Романович, – улыбнулся Ковалёв. – Да и какое это имеет значение?

– Как это – какое?! Я бы пересмотрел свои теории… взял бы материалы… связался бы с институтом.

– И что бы это изменило?

Титов смешался, вытирая вспотевшее лицо.

– Ну-у… мы бы знали… что встретим подо льдами…

– Я и так представляю, что мы можем встретить.

– Значит, по-вашему, это указатель…

– Ориентированная на центр Меру антенна, способная сыграть роль указателя направления, где следует искать Меру.

– То есть если мы от неё пойдём по вектору в ту сторону, куда показывает конец Рога…

– В конце концов достигнем Меру.

– То есть Буфера?

– Сердца Туле… или Гипербореи, если вам будет угодно.

– Которое перестало биться, – неожиданно заговорила Вершинина с непонятной интонацией, в которой слились усмешка и скепсис.

По лицу Ковалёва прошла тень.

– Да, сердце Туле перестало биться, но пока будут биться сердца потомков гиперборейцев, наши с вами сердца, Гиперборея не умрёт.

– Капитан! – позвал Пинчук взволнованно.

По пилотскому экрану, испускающему зеленоватое свечение, порождённое рассеянным толщей воды прожекторным светом, плавно прошёлся вспыхнувший фосфором треугольный силуэт.

Лобанов едва ли не силой вытолкнул бортинженера из кресла, рухнул в него сам.

Носовой прожектор «Краба» описал дугу и задел уходящий вниз треугольник, конвульсивно махнувший краем крыла.

– Скат! – выдохнул Ваня Комов.

Команда Вербова нависла с двух сторон над плечами Лобанова.

– Что вы сказали? – хрупким голосом проговорил в полной тишине Титов.

– Манта… фагоцитола.

– Что?!

– За ним! – закричал Пинчук. – Догоним!

Вербов очнулся.

– Отставить погоню! Если это сторож здешнего Буфера, мы его только разозлим, а во-вторых, не он наша цель.

– Значит, мы на верном пути, – удовлетворённо сказал Ковалёв. – Насколько я успел разглядеть, этот НПО действительно похож на морскую манту.

– Точно такие же громадины охраняли антарктический Буфер, – сказал Лобанов, продолжая описывать круги лучом прожектора. – Один к одному. Что будем делать, командир?

Вербов оглянулся на Вершинину.

– Есть предложения, полковник?

Инга хмурилась, раздумывая, обернулась к археологу.

– Юрий Илларионович, вы не ошиблись? Это точно указатель? Не религиозный минарет?

– Гиперборейцы не поклонялись богам, как атланты. Их религия – знание, а не вера в сверхъестественные силы. Не уверен на все сто процентов, но Бараний Рог очень похож на Угол.

– То есть мы можем-таки ошибиться? – продолжила развивать свою мысль Инга.

Ковалёв виновато развёл руками.

– С какой-то долей вероятности можем.

– В таком случае предлагаю изучить Рог на предмет его функционального предназначения, прежде чем идти наугад искать Буфер. Если он не имеет входов-выходов, как Купол в озере Восток, и мы ничего не найдём, поплывём дальше, следуя в том направлении, куда указывает загнутая вершина Рога.

– Как скажете.

– Командир? – нетерпеливо посмотрел на Вербова Лобанов. – Товарищ полковник?

– А этот скат… гм-гм, не нападёт? – хмыкнул Титов.

– У нас есть лазер, – повёл плечом капитан, – и два пилона с кассетами гранат.

– Но гранаты не торпеды…

– Ничего, отобьёмся в случае чего, слава богу, наши кураторы догадались снабдить новый «Краб» хоть каким-то оружием.

– Лучше обойтись без стрельбы, – сказал Ковалёв.

– Сам не хочу воевать, да и вряд ли мы подстрелим фагоцитолу, движущуюся намного быстрее, чем мы. Не зря они тут пасутся тысячи лет. Другое дело – пиндосы, против них наши гранаты и рассчитаны.

– Решено! – объявил Вербов. – Покрутимся вокруг Рога. Предельное внимание! Приготовить на всякий случай водолазные костюмы и скафандры! Капитан, подходим к Рогу ближе.

«Краб», зависший над сине-зелёными холмами дна, тронулся с места.

Бараний Рог при ближайшем рассмотрении оказался настоящим архитектурным шедевром.

Высота его над бугристым дном достигала ста десяти метров, а толщина в основании – двенадцати. Становясь тоньше к изогнутой вершине, он скручивался ровной спиралью. Покрытый донными отложениями, он засверкал металлом, когда «Краб» манипулятором счистил часть выпуклого бока спирали.

Впрочем, материал Рога металлом не являлся, судя по данным спектрального анализатора, это был скорее некий стеклянный мелкозернистый композит цвета легированной стали. Взять пробу материала с помощью манипулятора не удалось, и Вербов решил сделать это, опустившись под воду в скафандре.