Василий Головачёв – Атлантарктида (страница 58)

Молодые люди обменялись взглядами.

— Я не верю… — начала Вершинина.

— Да бегите же, наконец!

— Идём, — сказал Вербов, протягивая руку Дрёмову. — Может, успеете с нами, внук Перуна?

Дрёмов понял его, криво улыбнулся.

— Все мы внуки Перуна… я должен проконтролировать сброс, бегите! — в третий раз повторил он, поворачиваясь к пульту и хватаясь за змеевидные рычаги.

— Ты уверен, что действуешь правильно? — помедлила Инга.

— Хочу верить, — ответил Вербов.

Бросились к «деревьям», но Инга вдруг вернулась обратно, поцеловала Виктора Степановича в щеку и вернулась. Вербов, остановившийся у прохода между «деревьями», молча коснулся её руки.

Натянули маски, пробежали «посадки», наткнулись на груду оружия и на группу людей: двое лежали на полу лицами вверх, глаза их были закрыты, двое сидели на полу спина к спине, двое держали их на прицеле автоматов — моторист Ваня Комов и бортинженер Володя Пинчук.

Лобанов сидел на корточках возле одного из лежащих. Поднял голову, когда появились Вербов и Вершинина. Лицо у него было угрюмое, измазанное кровью.

— Такие вот пироги.

— Кто?! — выдохнул Вербов, хотя и так было понятно, кто из членов группы распластался на полу.

— Пальковский.

— Жив?

— Убит. — Лобанов выпрямился, виновато посмотрел на Ингу. — А мы хотели бежать к вам на выручку. Или вы разминулись с их второй бандой?

— Не разминулись, — буркнул Вербов.

— Уходим, — сказала девушка, окинув сидящих на полу американцев быстрым взглядом.

— А где Виктор Степанович?

— Остался.

— Зачем?

— Капитан, потом объяснимся!

— Слушаюсь. — Лобанов стёр со щеки кровь, озабоченно посмотрел на ладонь, перевёл взгляд на убитых. — С ними что делать?

— Придётся оставить, нет никаких гарантий, что мы все уместимся в капсуле.

— А с этими как?

Инга помедлила.

— Я бы их оставила…убивать — марать руки… и спасать не хочется… stand up!

Пленники вскочили.

— Простите, мисс, я капитан Ренделл… — начал по-русски старший из них, с залысинами.

— Cilens! Before! Run!

Вербов развернул низкорослого капитана Ренделла в дыру прохода, по которому они недавно выходили в центральную зону Буфера, и все побежали в переливчатую пелену краевых искажений зоны, забыв о потере ориентации в странном пространстве.

Однако проскочили облако искр все, американцы в том числе, собрались в чешуйчато-ребристой трубке тоннеля, снова побежали вниз, под уклон.

Лобанов догнал Вербова, понизил голос:

— Майор, неужели всё то, о чём ты так красноречиво молчишь, правда?

— Преследователям кранты, — выдохнул Денис. — Дрёмов остался сам.

— Зачем?

— Направит всю эту махину в какое-то другое время… и нас спасёт.

— Каким образом?

— Увидишь.

Перегородки в трубе оказались открытыми, автоматика комплекса почему-то не стала ими заниматься. Мелькнула мысль, что люки мог открыть Дрёмов, и пропала.

Добрались до тамбура с «лежащими в обнимку» батиплавами — российским и американским. Пленники остановились кучкой, опасливо поглядывая на Ингу.

— Что дальше? — спросил задохнувшийся от бега Лобанов; ему было хуже всех, так как к сломанному ребру добавилось ранение в голову (Вербов только сейчас заметил струйку крови, стекающую капитану с виска на щеку), но Максим терпел.

— Сюда, — указал Вербов на выступ в потолке тамбура.

— Что это?

— Колонна… по словам Виктора Степановича — спасательный модуль, строители Купола предусмотрели для своих.

— Шутишь?

В глубине тоннеля, по которому они спустились к тамбуру, зародился неясный шум.

— Открывай! — взмолился Вербов, всем сердцем желая, чтобы Дрёмов, которому он поверил, не подвёл группу.

Лязгнуло!

Выступ вдруг раздвинулся тремя лепестками, образуя звёздчатое отверстие: похоже, все люки Буфера открывались одинаково. В полу под выступом с таким же лязгом вылез ступенчатый бугор, поднимаясь вверх на два метра.

— Всё предусмотрено, — с облегчением пробормотал Вербов, взбегая по ступенькам на бугор, а оттуда пролезая в дыру люка. — Я проверю.

В тесной каморке за люком вспыхнул неяркий синеватый свет.

Вербов выпрямился, разглядывая рёбра и знакомые чешуи на стенах, влез в трубу, внутри которой тоже вспыхнул свет, увидел ряды изогнутых пластин, напоминающих черпаки, оценил объём помещения и спрыгнул обратно в тамбур.

— Попробуем уместиться.

— Капитан, вы идёте первыми, — скомандовала Инга. — Примете этих уродов.

— Есть, — направился к ступенчатой пирамидке Лобанов.

Экипаж «Краба» скрылся в люке.

— Лезьте, — повёл стволом автомата Вербов.

Американцы полезли в люк.

Шум в тоннеле усилился, в тамбур выплеснулось облако «снежных хлопьев», пронизанное искрами и молниями.

Вербов подхватил девушку и буквально впихнул в начавшуюся закрываться звезду люка. Чудом пролез сам, поранив руки об острые края звездообразных лепестков.

Люк закрылся.

Помещение со всем его содержимым содрогнулось.

Девушка упала на рёбра люка, на неё свалился Вербов.

— Денис?! — прилетел сверху крик Лобанова. — Инга?!