Василий Евстратов – Ягор Дайч (страница 59)

Наблюдая, как девчонка засуетилась, принялась по комнате метаться, не зная, за что в первую очередь хвататься…

— Стоп! — притормозил я ее.

Она сразу и остановилась, замерла, всем телом ко мне повернувшись.

Добавив света в лампе, я указал на ее руки…

— Сначала умойся, лицо в том числе, — когда она рот рукой закрывала, моську свою тоже еще не до конца высохшей кровью испачкала, и даже не заметила этого.

— … — ругнулся я себе под нос.

Думал она в ступор впадет, или еще чего хуже — в истерику, но повезло, девчонка лишь на миг замерла, на руки свои глядя, потом они у нее к лицу метнулись, видимо догадалась, какой вид имеет, вампирша еще та, но тут же их отдернула обратно. Бросила на меня испуганный взгляд и в угол шустро метнулась, к кувшину с водой, который там стоял.

Пришлось помогать.

Забрал кувшин и принялся ей на руки сливать из него, и сливал прямо над кроватью с трупом, там все равно уже все испорчено, испачкано, а таза или какой другой емкости в комнате не оказалось.

— Тебя как зовут? — спросил, когда она умылась и принялась вытираться взятым с комода цветастым полотенцем.

— Сюли, — закончив с вытираниями, ответила она, стрельнув глазами в мою сторону.

Не дождавшись в ответ моего имени — нахмурилась, бросив на меня недовольный взгляд, но выступать не стала, еще раз внимательно осмотрев свои руки, кивнула удовлетворительно и снова заметалась по комнате. Откуда-то на свет появилась огромная сумка — баул целый, я бы сказал. Вот в нее вещи и полетели, видимо не один день она тут жила, успела их по разным местам разложить. А может просто не стеснялась, решила заодно и кой-какие вещи бывшей хозяйки комнаты прихватить.

Раньше она скорее всего дочке Варханова принадлежала, очень уж тут девичья обстановка. Светлые красивые обои, в тон им мебель подобрана — комоды, шкаф, стол и стулья. Везде салфеточки лежат, полотенчики цветастые, на комоде сверху две куклы примостились…

Короче, Сюли эту вполне достойно тут приютили, тем более непонятно, почему купец в итоге полез на нее. Да и парни, как их там, Шэнли и Фенг тоже неспроста темной ночью попытались в дом проникнуть. Видимо поначалу была у них какая-то договоренность с Вархановым, но потом что-то пошло не так и… получилось то, что получилось.

Сборы надолго не затянулись, дольше мы с ней шепотом пререкались, когда она хотела меня из комнаты выставить, чтобы переодеться. Но в итоге и с переодеваниями закончили, я честно не подсматривал, а она в рекордные сроки скинула с себя домашние одежды и оделась в походные. Они, впрочем, не сильно от домашних отличались, опять штаны, только утепленные, и поверх рубахи короткая, до середины бедер, шубка, на ногах сапожки, на унты похожие.

— Мне еще книгу заблать надо.

— Книгу? — удивленно я на нее посмотрел.

Оказывается, когда я ее в самом начале «знакомства» в комнату втолкнул, она как раз за книгой в кабинет купца и направлялась. Ее обязательно забрать надо, так как книга та является семейным достоянием многих поколений ее предков. Варханов несколько дней назад случайно увидел ее у нее и «взял посмотреть», несмотря на все ее возражения.

Ну и видя ее решительный настрой, я понял, без этого «достояния» она отсюда не уйдет, так что…

— Далеко его кабинет находится? — легче уступить ей в этой мелочи, чем опять в бесполезный спор ввязываться.

— Лядом, — чуть снова в полный голос не воскликнула она обрадованно, но, благо сама себя вовремя одернула, зашептала: — Возле лестницы его кабинет, книга там на столе лежала, я ее сегодня видела. Вот ключ, — продемонстрировала она его, видимо у купца из кармана халата вытащила.

— Жди тут, — ткнул я в нее пальцем, — пока я тебя не позову.

— Холосо, — кивнула она, чему-то радостно улыбаясь, безропотно отдав мне ключ.

Так и не поняв ее радости, снова притушил свет лампы…

— Держи, — сунул ее в руки Сюли, забрав у нее ее баул. — Жди.

Набросив на себя «покров», уловил еле слышное восхищенное «ах» за спиной, вышел из комнаты и на миг замер, убедился, что в доме все также тихо, спят все. Пройдя до лестницы, нашел нужную дверь, отомкнул ее, и снова замер — очень уж громко в тишине дома звук отпираемого замка прозвучал. Теперь уже минут пять простоял, прежде чем вернулся за Сюли.

— Пошли.

Она как будто в позиции «на старт, внимание, марш» стояла и сейчас услышала выстрел стартового пистолета, так рванула к кабинету, что меня чуть не затоптала, стоявшего на пути между ней и вожделенной книгой. Хорошо хоть практически беззвучно двигалась, ничего по пути не сбив, не спотыкнувшись и лампу не выронив. Видимо сказалось продолжительное пребывание в этом доме, расположение предметов в подкорку мозга отложилось, и она их рефлекторно огибала.

Когда я ее нагнал, она уже в кабинете была, увидел при тусклом свете стоявшей на столе лампы, как она аккуратно, я бы даже сказал — нежно заворачивала нужную книгу в немалых размеров отрез шелка.

Не так.

Она заворачивала в шелк Книгу — именно с большой буквы, так как та была немалых размеров: сорок сантиметров ширина, полметра высота, ну и толщиной сантиметров тридцать.

Действительно, достояние предков, которое для нее очень дорого, иначе столь бережно бы к простой книге не относилась.

Но книгой все не ограничилось, упаковав ее и кидая на меня взгляды, она принялась в ящиках стола копаться.

— Ух, — выдохнула она радостно, чем-то там звякнув.

Как оказалось, в отличие от меня, она знала где Варханов деньги хранит, во всяком случае, небольшую сумму для быстрых расчетов. Но это для купца она небольшая, для Сюли, судя по тому, как в полумраке комнаты ее лицо ярче лампы от счастья засияло, эта сумма впечатляющая.

Деньги зло!

Только что она от счастья светилась, теперь же в полуприседе за столом замерла и оттуда на меня насторожено смотрит, боясь выпрямиться и продемонстрировать, сколько же и чего она там затрофеила.

— Давай быстрее! Не претендую я на твою добычу.

Я и вправду не претендовал: купца она завалила, значит и трофеи ее. Если все получится, хоть шанс и малый, то я намного больше получу, но пока рано об этом говорить.

Все еще насторожено на меня посматривая, она выпрямилась, держа в руках приличную пачку бумажных денег и несколько кошелей, разной наполненности, уже с монетами.

— Ты все или еще что-то искать будешь?

— Все, — кивнула она, успокаиваясь, видя, что я не обращаю внимания на ее богатства.

— Тогда уходим.

Дождавшись, пока она упакует книгу и деньги в свой баул, окончательно потушил лампу и, аккуратно выглянув за дверь, уверенно направился к нужному залу, а оттуда на террасу, слыша, как сзади семенит Сюли, ни на шаг от меня не отставая. Сумку, кстати, она сама тащила, видимо не доверяя мне нести свои богатства.

С террасы во двор спуститься никаких проблем не возникло, страха высоты, чего я опасался, у китаянки вообще не было, она как обезьянка, довольно ловко по столбу вниз съехала. И это со своим баулом за спиной, его она мне даже в этой ситуации не отдала.

— Ой, Шалый, — замерла Сюли при виде собаки, сжав руки в кулачки и прижав их к губам.

— Он жив, спит просто, — поспешил я ее успокоить, пока она снова не забылась и в полный голос не заблажила.

— Он холосый, доблый…

— Я верю! Но если этот добрый и хороший Шарый сейчас проснется и гавкнет, то нас весь город ловить примется, когда мертвого купца обнаружат.

Нам просто невероятно везло сейчас, уж поверьте моему опыту, еще в прошлом моем мире приобретенному, когда я разным-всяким промышлял. Убить купца, потом болтать чуть ли не в полный голос, бродить по дому, ограбить его и до сих пор не быть никем обнаруженным — это ли не везение? Но полагаться, что и дальше так будет… я сейчас головой на триста шестьдесят градусов вертел, просто глазами в темные провалы окон всматривался, «духовным взором» осматривался, постоянно ожидая, что вот-вот раздастся крик — «держи вора!». А вокруг тишина, только где-то вдали чья та собака лениво брешет и еще парочка ей также отвечает.

Сумку у Сюли, пусть с трудом, но я все же отобрал, когда пришло время через забор перебираться. Во время этого действа я всерьез задумался: а нужно и мне то, что я задумал, осуществлять? Может ну его, одуматься вовремя?

Эта «решала», убив купца, выглядела прилично на взводе, чуть ткни и нервы в разнос пойдут. При моем появлении она сначала еще больше напряглась, а потом, не знаю, что у нее в голове перемкнуло, полностью успокоилась, начала мне доверять (доверять доверяла, но сумку не хотела отдавать). И вот сейчас, когда я ее за талию взял и на верх забора забросил, она даже не напряглась, то есть, после всего с ней случившегося, мои прикосновения ее не пугали.

— Где блатья? — стоило ей только с забора спуститься, сразу задала она вопрос, принявшись по сторонам головой вертеть.

Я только вздохнул тяжко, не представляя, какой будет ее реакция, когда она увидит, как именно я ее братьев «вежливо» просил не спешить с визитом в дом и в каком они сейчас состоянии находятся.

— Там, — махнул я в нужную сторону рукой. — Пошли, они нас ждут.

— Сумку отдай!

Безропотно отдал ей ее баул и направился к парням, которые уже очнулись и сейчас активно старались развязаться.

— Жди здесь! — все же решил я ей связанных братьев не показывать, точно шум поднимет. — Сейчас их позову, и мы вернемся за тобой.