Василий Евстратов – Шатун. S-T-I-K-S (страница 24)

Понимаю, пока никто не знает, что я здесь, могу сколько угодно продвигаться на запад так никем и не замеченным. А если машину прихвачу, то поиски начнутся – эту же дорогу легко перекрыть. Но и информация тоже нужна, а то мало ли, куда зайти так можно, запаришься потом оттуда выходить.

Здесь и место удачное для засады, после подъема скорость у машин небольшая, легко перехватить можно. Единственный минус: если с востока дорога просматривается вниз метров на пятьсот, то до изгиба на запад всего метров шестьдесят, и кто оттуда появится неожиданно, только богам известно. Придется тут наблюдать за подъемом, а потом до поворота быстро бежать и уже там перехватывать машину, если с запада помех не будет.

«Как напарника не хватает», – в очередной раз Саню вспомнил.

Решено. Перебираюсь с вещами поближе и пока просто понаблюдаю до вечера, чтоб знать, кто тут катается, заодно и отдохну. А дальше посмотрим, может, и получится кого прихватить, а нет, так ночью на запад пойду. Пока будет возможность, по дороге идти буду, а днем отдыхать в лесу.

– Пошло движение, – пробормотал себе под нос, раскатывая маску по лицу. В кубрике офицерском нашел маску-балаклаву, чтоб каждый раз грязью лицо не мазать – прихватил ее.

Внизу, в начале подъема из-за поворота показалась грузовая машина. Приник к оптическому прицелу, пытаясь рассмотреть, кто это к нам в гости пожаловал?

– Нет. Таких гостей нам не нужно. – Снизу на подъем пошла обыкновенная тачанка на базе КамАЗа, пулемет пока не пойму, какой, но что крупный калибр, это точно. Сколько человек в блиндированной кабине и есть там кто кроме водителя, не разглядеть, стекло закрыто решеткой, а сзади в открытом кузове с низкими бортами отсюда сверху хорошо видно двоих, вернее, две головы мелькают. Есть еще кто, непонятно, сзади сразу за кабиной, короб небольшой стоит, могут там сидеть.

«Однозначно пропускаем… Твою же мать! Гребаный Улей! – Мысленно произнося множество самых грязных ругательств – готовился к бою. – Откуда ж ты взялась, вроде только оглядывался – никого не было?».

По дороге с запада в джинсах, кожаной куртке и в солнцезащитных очках на пол лица, с немаленькой женской сумочкой на плече шла девчонка. Засмотревшись на приближающийся КамАЗ, прощелкал ее приближение. Я было рыпнулся предупредить, чтоб с дороги уходила, но резко затормозил. Уже поздно что-то предпринимать – КамАЗ недалеко, да и девчонка не успеет убраться, даже если сразу поверит непонятному типу, вылезшему из леса.

Я понял, что это новенькая, слишком она беззаботная, видать, кластер перезагрузился недавно, может быть и этот самый, очень уж дорога выглядит свежей.

«Главное, чтоб там людей немного было», – размышляя, снимал оптику с «Кашмара», она на такой дистанции только помешает, закрыл крышки-бленды и убрал прицел в сухарницу на поясе.

Готов. Ствол нацелен на кабину КамАЗа, контролируя его приближение, и кто бы там ни был, им бы лучше проехать мимо, чтоб не пришлось их тут кошмарить.

Не проехали. Взобравшись на вершину, КамАЗ резко остановился: увидели эту дуреху, которая тоже обрадовалась машине, идет навстречу, руками размахивает.

«Надеюсь, ее не шлепнут сходу?» – Готовясь в случае чего сразу открыть огонь, подумал я.

Стоит, двигатель работает, и никакого движения. Видать, осматриваются. Но нет, вот над кабиной показалась голова одного из пассажиров кузова. Выглянул и пропал, но спустя мгновение показались уже двое, радостно при этом лопоча, за шумом мотора не разберешь, что, но не трудно догадаться, чему они обрадовались.

Двигатель машины внезапно заглох, и двери кабины синхронно открылись, на асфальт также синхронно спрыгнули двое: пассажир, полностью в камуфляже с банданой на голове и водитель, одетый только в штаны и разгрузку на голое тело.

Синхронисты хреновы.

Стоят, по сторонам посматривают, автоматы при этом держат наготове, но видно, что не сильно напряжены, наверное, тут такие встречи частое явление после перезагрузки.

Я тоже пока никаких действий не принимаю, жду, когда они успокоятся, да бдительность потеряют. С помощью «радара» уже убедился, что их всего четверо.

В кузове не выдержали, на дорогу выпрыгнули.

– Вы охренели? Кто за округой смотреть будет? – на что выговор получили от «банданы», видимо старший их, но те только рукой легкомысленно махнули в ответ, жадно рассматривая подходящую девушку.

– Привет! Вы не поможете?! – Видать, заподозрила неладное, остановилась в трех метрах от них. – У меня телефон накрылся, а мне позвонить срочно нужно!

– Обязательно поможем, солнышко. – К ней кинулся навстречу один из «кузовских». – Все, что скажешь, сделаем.

Подскочил, за плечи обнял и к машине ее подталкивает.

– Без рук, пожалуйста! – Скинула его руку с плеч.

– Да что ты как не родная! – И, как оказалось, совершил ошибку… Последнюю в своей жизни. Погладил ее пониже спины.

За что сразу словил впечатляющую плюху. Упал на задницу, головой трясет.

Вот теперь и мне пора подключаться. У них все внимание на девушку.

Водитель и «бандана» смеются – цирк, мать их так, а к девушке кинулся «кузовской 2», но тоже выхватил. Боевая деваха: сначала сумкой по морде ему, потом ногой в грудь.

Это у нас удачно получилось. Он как раз от ее удара отлетел назад, когда я в «бандану» выстрелил. И так получилось, что он под пулю «Кашмара» попал, но и старшему досталось, отлетел, будто его кувалдой треснули: одной пулей двоих. Вот что значит правильный калибр.

Перевел ствол на водителя, короткая очередь на три патрона – успел достать. Все-таки, почти все мной встреченные муры резвые ребята: только стоял расслабленным, смеялся, и вот уже летит за машину в прыжке. Так его в полете и подловил, благо кучно стояли, только брызги полетели.

Выскочил из укрытия, кинулся к первому «ударенному», держа его на прицеле – язык нужен. Девчонка в стойке стоит, глазами лупает, очки после первого удара скинула – ученая.

Проскочил мимо нее, прикладом в лицо сластолюбцу – пусть пока отдыхает. Остановился, прислушиваясь, и чуть не поплатился, только и увидел, как блеснуло что-то, и в грудь прилетел нож. Выстрел. Живучий народ, плечо у «банданы» так разворочено, что рука практически оторвана, а он другой еще и ножи с такой силой кидает. Отбросался. Достал из кобуры ПП-2000, в темпе проконтролировал остальных. Хоть водителю и не требовалось: с такими ранами никакая регенерация не спасет. Мечта, а не автомат, истинный кошмар для врагов.

Прислушался еще раз – тихо, никто не едет. Но шевелиться нужно. А то это пока тихо, а через минуту колонна пойдет, бегай потом от них по лесу. Девчонка все так же стоит, по сторонам головой крутит, никак не въедет, видимо, – слишком все быстро для неё произошло.

Разоблачил ушибленного, связал его же ремнем. Поднял нож, которым меня угостили – формой на лавровый лист похож. Цельнометаллический, специально для метания сделан, хорошо, что на мне бронник.

Девчонка на обочине уже на коленях стоит, видать въехала в ситуацию и теперь тошнит ее неслабо.

Пусть пока… Сейчас тела спрятать нужно и за вещами бежать, благо недалеко, вовремя перенес.

Закинул трофейные вещи в кузов, потом с ними разбираться буду, туда же пленного – или на адреналине, или действительно сил прибавилось, что довольно легко получилось. Привязал его к станине пулемета и только теперь на него внимание обратил. Что сказать, повезло мне. В кузове установлена ЗУ-23-2, если бы меня такой причесали, мокрого места не осталось бы, никакие укрытия не спасут.

Сбегал за своими вещами, на спальное место в кабине положил. Осмотрелся. Если не присматриваться, может, и не заметят ничего. Асфальт черный, крови практически не видно, только пятна блестят. Остальное все прибрал.

– Тихо-тихо, красавица. Уже все прошло. – Подошел успокоить девушку. Дежавю, прям.

Но не тут-то было. Оттолкнув меня:

– Да насрать мне на этих козлов. Мне хреново. Заболела я. Убью этих недоносков, что бросили меня. Шутники фиговы. Папке скажу, он их… – Что им папка сделает, не договорила, опять в приступе рвоты скрутило.

Я же от удивления замер, ни хрена не понял! Это что за чудо? На ее глазах четверых замочили, а ей по фигу?

– Вы можете скорую вызвать? – выпрямилась. – А то мне нехорошо. Заболела, а телефон сети не ловит.

– Скорой не будет. Тем более, нам убираться нужно отсюда. В кабину залазь, по пути все расскажу. А пока на, хлебни, – протянул ей флягу с живчиком. Пока не обратилась, не бросать же.

– Военный, ты охренел?! – Флягу забрала, но с места не сдвинулась. – Дай позвонить или хоть до города довези. Я заплачу. Хорошо заплачу, и папка тебя отблагодарит, от всего этого, – обвела рукой вокруг, – отмажет.

Сделала глоток и ее перекосило.

– Ты воду что, во флягу из-под водки налил? Не мог прополоскать нормально?

Забрав флягу, пошел, сел в машину. Выглянув из кабины, произнес:

– Жить хочешь? Залазь в машину, если нет – оставайся. И да, здесь нет твоего папки – война началась.

Во как встрепенулась.

– Какая война? Ты…

– Садись в машину, дура! – наорал на нее. – Некогда тут стоять, накроют нас!

Надо же, повелась. Залезла. И сумку свою боевую не забыла прихватить.

– Но мне действительно плохо. Очень плохо. Плывет все вокруг, и голова раскалывается… – перестал ее слушать, сосредоточился на дороге.