Василий Драгослав – Кибер-Волх (страница 6)

Через некоторое время из глубины леса внезапно раздался зловещий волчий вой. Хищник вышел на охоту. Может быть, даже и не один. «Вообще-то, они стаями ходят», — напомнил мне Федя. Ещё спустя несколько минут заросли и кустарники вдоль дороги ощетинились огнями свирепых зрачков. Десятки пар. Правда, после сотен половцев под стенами Чернигова это была для меня вполне уже рабочая атмосфера.

«Впереди небольшая поляна, примыкающая к тракту — подсказал Федя, — беги к ней, бой лучше принять там». Я бросился вперёд и занял выгодную позицию.

Вокруг меня стало раздаваться рычание. К нему присоединился вой одного зверя, затем другого. Волчий хор давил мне на психику. Напоминал песню: «Чёрный ворон, что ты вьёшься над моей головой, ты добычи не дождёшься, чёрный ворон, я не твой». Враждебные твари окружали меня. Я обнажил меч-кладенец и стал ждать атаки.

Они появлялись из зарослей один за другим — для волков слишком крупные и, в отличие от них, способные ходить на двух ногах.

— Это волколаки, — сухо резюмировал Федя. — Люди-оборотни. Тебе придётся постараться, Вольга, чтобы выжить.

— Не мне, а нам, — ответил я.

От стаи отделился один наиболее крупный зверь. Он приближался ко мне, как и остальные, на двух задних ногах; его пасть была снабжена огромными острыми клыками, лапы оснащены длинными когтями.

Видок как у Фредди Крюгера — сухо заметил Федя. — Красные злобные глазёнки монстра впились в меня будто клещи. Он смотрит на тебя словно оголодавший бюргер на горячий бифштекс в мюнхенском ресторане Tantris, - добавил технический дух. Я не знал, что такое ресторан. Корчма, по-Вашему – пояснил Федя.

Длинные чёрные волосы человекоподобного зверя ниспадали ниже плеч, а его густая тёмная шерсть гипнотически блестела при лунном свете. Его вид был настолько же ужасен, насколько и омерзителен.

— Это альфа-самец, — резюмировал Фёдор. — После того как его убьёшь, остальные отступят. Сначала попробуй его заболтать, выиграть время, пока я что-нибудь придумаю, — добавил он.

— Доброй ночи, меня зовут Вольга — произнёс я. — Чем обязан?

—Я - Бельмондур! — прорычал зверь и добавил: — Зря ты сюда забрёл, путник. Тебе теперь не жить. Хищник бросил взгляд на полную луну, гарцующую в черничном небе.

— Обещаю оставить тебя в живых, если уйдёшь восвояси, — ответил я, не обращая внимания на угрозу.

Моя невозмутимость взбесила альфа-самца, и в следующую секунду он прыгнул на меня, стремительно переходя от слов к делу. Я был готов к этому, отскочил в сторону и рубанул мечом оборотня сбоку. К моему удивлению, обильно усеянный рунами и символом коловрата он с искрами отскочил от тела врага, словно наткнулся на норвежский фьорд. Встречным магическим импульсом отдало мне в правую руку. Казалось, что руны затрепетали, словно измученный жаждой бузы алкаш перед открытием корчмы ранним утром. Тварь бросилась на меня повторно.

— Я же просил заболтать, а не провоцировать, — сухо упрекал меня Федя.

Пользуясь моим кратким замешательством, Бельмондур вцепился мне в руку. Я стряхнул его одним могучим рывком.

— Меч-кладенец тебе не поможет, — быстро сориентировал меня Фёдор. — Враг заколдован, и его магия сильнее твоего меча. Импровизируй, Вольга!

Мне показалось, что искусственный интеллект взмолился цифровому Богу, если тот, конечно, существует в силиконовой вселенной.

Внезапно я взмыл над Бельмондуром метра на два в воздухе и, казалось бы, на секунду завис…, а затем отвесил злобному демону ногой смачный удар в челюсть. Федя потом вспоминал, что это было похоже на эпизод из фильма «Матрица» в исполнении Тринити. Удар в голову остановил моего противника и, пусть ненадолго, но дал мне небольшое тактическое преимущество. Бельмондур опешил от неожиданности. Кстати, похоже, мне удалось выбить ему из пасти один из его любимых и самых длинных клыков. Тварь озверела и приготовилась к новому прыжку. Рукопашный бой с оборотнем, да ещё и с альфа-самцом лунной ночью на опушке сумрачного леса в окружении его многочисленной стаи. Ну и дела. Лютый сюжет.

— Чем эту тварь можно убить? — вскричал я. — Федя, включайся уже в процесс выживания!

Технический дух встрепенулся.

— Тёмная магия делает его невосприимчивым к обычной стали. Коэффициент уязвимости к серебру: 95% Рекомендую использовать кинжал, полученный от Ланы.

Смертоносный пазл сошёлся. Бельмондур рыча бросился на меня снова, вцепился в мою кольчугу когтями, но она выдержала его атаку. Пользуясь тем, что завязался ближний бой, я выхватил из-за пояса серебряный кинжал Ланы. Лезвие вспыхнуло прохладным белым светом, и я вонзил его под ребро волколаку. Чёрная кипящая кровь брызнула из открывшейся рваной раны, альфа-самец заревел и рухнул у моих ног. Он злобно прорычал, что быть мне теперь зверем навечно. После этого стал заметно слабеть. Ещё несколько мгновений его тело сотрясалось на земле в предсмертных конвульсиях. Затем волколак затих.

После смерти его клыки, шерсть и когти испарились. Он оказался довольно миловидным богато одетым молодым мужчиной, явно знатного рода, может быть, князем.

— Ну что, Бельмондур, отбегался? — сказал я, внимательно наблюдая за другими волколаками. — Кто следующий?

— Жаль, что Соловей-разбойник уничтожен, — посетовал Федя. — Сейчас было бы весьма к месту включить только на нормальной громкости композицию «Chi Mai» Эннио Морриконе.

— Похоже, звери отступают, — зафиксировал я, не обращая внимания на его болтовню.

Действительно, стая, поражённая тем, что их альфа-самец повержен, теперь вместо жуткого воя напряжённо молчала, а кое-кто из них тоскливо скулил, оплакивая лидера. Я воинственно двинулся к ним, вытерев серебряный кинжал от крови Бельмондура о полынь под ногами. Два волколака, крупнее других, оскалились и рванулись на меня мстить за гибель вожака. Остальные замерли, наблюдая, чем кончится дело. Я не стал ждать — шагнул навстречу. Они прыгнули одновременно. Я уклонился, рубанул мечом плашмя — одного. Второй из них когтями проверил кольчугу на прочность, но я отшвырнул его толчком, словно щенка. Он поднялся, попятился, прижимая уши.

Волколаки опустили звериные морды, избегая смотреть в мою сторону. Уже никто из них не рычал. Ненависть сменилась тихим рокотом, исходящим из их звериных глоток.

Но вот ещё одна дерзкая особь сделала пару шагов мне навстречу. Я обхватил кинжал покрепче. Мы сблизились. При лунном свете стало видно, что это самка. Странно, но в этот раз я не чуял от неё угрозы.

— Теперь они не нападут, Вольга, — сказала она.

Я испытал шок. Это была Лана.

— Ты убил альфа-самца. Согласно законам стаи, теперь займешь его место. Бельмондур укусил тебя – продолжила она.

Я отвёл взгляд и, наконец, увидел свою руку. В пылу боя я не заметил раны, не чувствовал боли. Моего мизинца не было на месте. Кровь струилась красным ручьем.

— Ничего, новый отрастёт со временем, — ободряюще успокоил меня Фёдор. — Молодильными яблоками восстановимся. В тебя интегрирована система биологического самовосстановления и самозаживления.

— Тебе легко рассуждать, — заявил я. — Болит у меня, а не у тебя. Рана на руке тревожно ныла. Отсутствие части тела, пусть даже и мизинца, заставляло понять, что дух Святогора мне не гарантирует бои без потерь.

— Ну давай я отключу тебе временно болевые рецепторы, — сжалился мой цифровой медбрат. Через секунду боль в руке испарилась, словно конденсат.

- И всё же, где мой мизинец? - успокоившись мысленно спросил я Федю.

- Тот, казалось, пожал невидимыми плечами и резюмировал: - в траве при лунном свете не видать, похоже, что голодная тварь его проглотила.

Тем временем Лана приблизилась ко мне и обернулась из волколака в человека.

— Не бойся, вражда с нашим кланом у тебя в прошлом, — произнесла она.

Девушка своим платком перевязала мне руку, чтобы остановить кровь.

— Спасибо за кинжал, — ответил я ей. — Похоже, ты спасла мне жизнь. Но зачем?

— Какой странный вопрос, — сказала она. — Во-первых, долг платежом красен, а во-вторых…

Она смущённо замолчала и посмотрела мне в глаза. Пауза затянулась.

Я мгновенно всё понял и, не теряя времени, обнял и поцеловал девушку, чтобы успеть это сделать до того, как Федя меня заблокирует. Но, к моему удивлению, он в этот раз закрыл на нашу с Ланой мимолётную близость цифровые глаза. Видимо, был мне кибернетически благодарен за спасение или использовал удобный случай, чтобы обновить свои базы данных о любви. Какая, впрочем, разница.

Глава 8. Замкнутая петля

— Видишь на руке у Бельмондура перстень? — спросила меня Лана. — Возьми его, и тогда ты получишь власть над всеми волколаками наших земель. Сможешь призывать их к себе магическим заклинанием, командовать ими.

Внутри меня щёлкнуло, и хладнокровный голос моего кремниевого друга прозвучал в сознании:

— Бери, не тормози, — сказал он мне. — Нам понадобятся союзники, пусть и такие дикие, как эти. Согласись, наши оборотни роднее, чем вражеские, глобалистские. Юнг считал, что: «Знание собственной тьмы — лучший метод борьбы с тьмой других».

Я последовал советам Ланы и Фёдора. Перстень Бельмондура был холодным и тяжёлым. Когда я надел его на безымянный палец, по телу пробежал странный ток — смесь отвращения и прилива силы. Твари вокруг нас приникли передо мной головами к земле и покорно завиляли хвостами.